Завещание великого шамана
– Петрович, а как же система тебя увидела? И чем ты для неё являешься? – Лешка немного тревожно смотрел на меня.
– Если говорить, отпустив подробности, то я являюсь пилотом спасательного звездолета, одного из двенадцати законсервированных на нашей Земле. Как бы там ни было, а наша планета пытается спасти, хотя бы часть своих детей…
– Звездолёта?! Спасательного?! Так это какие технологии?! Петрович, а ты сам будешь им управлять или там компьютеры да роботы? – почти застонал от изумления Лёха.
– Управлять не сложнее, чем автомобилем, кроме того я прошел довольно объемный курс обучения. А вот технологии там, действительно, класс! Опережают все наши почти на три тысячи лет!
– Три тысячи! Это же просто умом не охватить! Так вот откуда у тебя такие способности! Ты хоть скажи: компьютеры там есть?! – не унимался Алексей.
– Есть и компьютеры, и автомобили, только у них нет колёс и они скорее самолеты, точнее – гравиелёты.
– Значит на гравитацию уздечку все-таки надели! Ну а энергия откуда? Все ещё уголь да нефть жгут?
– Нет, энергия давно черпается из темной материи, через лептонный обмен, это мельчайшие частицы информационного поля.
– Погоди, Алексей, – Сергей Филиппович жестом руки успокоил начальника отдела информации.
– Скажи-ка, Александр Петрович, а самое главное достижение этого кремниевого царства, какое?
– Самое главное? Постижение тайны времени…
– Ну, это и не такое и главное… Чего им с их миллиардами лет? Крутись вокруг своей оси да считай дни рождения…
– Не совсем так! Вот вы определяете время по-своему, а давайте поразмыслим вместе, что есть время? Если спросить, сколько вам лет, то вы назовете конкретную цифру. А это значит, что планета по имени Земля обернулась столько раз вокруг Солнца. Кстати, на Меркурии год в три раза короче – значит вам в три раза больше лет! Ах, не согласны?! Тогда давайте послушайте, что есть время на самом деле.
Представьте, что вы купили книгу, скажем в сто страниц, если вы откроете её на пятнадцатой странице, то вам не видно, что напечатано на пятидесятой. Но там, безусловно, есть текст! Так вот время – и есть такая книга! Прошлое, будущее и настоящее идет в нем параллельно и одновременно! Когда мы научимся «открывать его листы», то сможем и читать, что там написано! Сейчас мы подобны дикарям, которым дали электронную книгу и включили одну страницу. Мы видим текст, картинки – интересно, но не знаем, как попасть на последующую или предыдущую страницу, и от этого считаем, что вся книга и есть один лист! А система может попадать на любой «лист» и значит читать одновременно всю книгу! С помощью особого устройства, да называйте его так, как и окрестили его фантасты – портал времени, это будем делать и мы.
– Петрович, а зачем нам такая головная боль? У тебя есть звездолет, рванем на похожую планету и дело с концом! – «Филиппок» даже бросил нож.
– Это невозможно! Так как другие планеты – такие же системы…
– Ага! И за угон звездолета – начальник охраны соорудил из пальцев подобие решётки.
– Примерно… Да и зачем нам угонять межзвездный корабль? Когда мы можем частично управлять системой?
– Это как? Подключиться к её компу и гнать свою программу?
– Алексей, не нужно этих хакерских замашек! Система сама с удовольствием согласится нам помочь! – всесильный каменный идолище идет на поклон к жалкой букашке – человеку! Эта фантазия понравилась мне больше всего!
– Не идет Магомет к горе, гора сама поспешает к Магомету! Верх крутизны! – Лёха откинулся на резную спинку стула.
– Так вот после столь жарких споров, дебатов и длинных научных лекций мы приблизились к предлагаемому мной плану!
А план мой прост как грабли: воспользовавшись небольшим разногласием планет, входящих в систему, и создав собственное управляемое и контролируемое человечество, поставить наш мир перед выбором: резко измениться или исчезнуть с лица земли. Для этого мы десантируем в один из параллельных миров наших представителей, которые, используя местные обычаи и религию, создадут там сначала небольшой островок цивилизации…
– Постой, постой, Петрович! Ты сказал, что там есть люди?! Местное население? Которое к тому же имеет свою культуру? И мы будем учить их, как жить по-другому?
– Да, это примерно так! Просто знайте, что все, что хоть когда-то занимало умы человечества и что понравилось или заинтересовало систему, создается в параллельных мирах, живет и как-то развивается! Бродят динозавры, богатые купцы ведут свои караваны, за ними гоняются разбойники, отмороженные пираты делят добычу, русалки плескаются в теплой воде…
– Ну, это уже сказки! Как-то не верится! – «Филиппок» снова схватил нож.
– Так это просто проверить! Через недельку, другую, вы сами Сергей Филиппович, будете работать с подобным контингентом. Там царит средневековье, со своей религией, обрядами и укладом жизни! Так сразу не возьмешь и не переделаешь! Лет двадцать нужно будет работать!
– Двадцать лет! Мне тогда будет сорок пять! А вот динозавров я бы посмотрел… – мечтательно произнес Артем.
Глава восемнадцатая
Тяжелый стол из мореного дуба, казалась, уходил в бесконечность. Там, в этой недосягаемой для простого смертного дали, на стуле с высокой стрельчатой спинкой, украшенной по бокам резными фигурками соколов с расправленными крыльями, сидел сам великий святитель.
Фаран IV принял этот пост от своего предшественника двенадцать лет назад. Ровно столько же лет назад окончились издевательства над ним: не нужно было лебезить и выслуживаться, не нужно было, согнув спину в почтительном поклоне, поддакивать бредням старого маразматика.
«Старого, – усмехнулся своим мыслям святитель, – да ему в то время было сорок три! На год старше, чем сейчас я!»
Однако, не дело предаваться пустым мыслям, пусть другие, вон их сколько в почтительном отдалении сидит по бокам за его столом, вот пусть они считают его года. А он ещё не собирается в святые чертоги создателя. Крепка его рука, не дрогнет, когда отправляет она на лютую смерть в кипящий котел своих недругов да еретиков. Да и пышногрудая Ламия ждет его сегодня вечером…
Ах, Ламия, Ламия! Сладки твои объятия, словно вино на пиру в райских садах создателя! Однако: прочь – прочь посторонние мысли:
– Именем святого синода великих святителей, ты – сын и внук дворянский Брадан, приговариваешься к покаянию: творить тебе ежедневно по сто священных знамений по утрам в течение следующей седмицы! И к уплате штрафа в триста сентамов в казну священного синода!
– Как велика милость священного синода! Как велика милость великого святителя! Слава создателю, во время света и тьмы! – бормотал отъевшийся, словно боров в дубовом лесу, потомственный дворянин Брадан, пятясь задом к дверям из зала синода.
– Да будет по сему – и великий Фаран четвертый, подняв правую руку, очертил в воздухе треугольник и резким движением ладони, словно рассек его пополам.
Это был условный знак почтения и повиновения пред создателем, своего рода знамение, которое каждый истинный верующий накладывал на себя во время начала света и перед приходом ночной тьмы.
Попробуй не сделай они этого! Ересь выкорчевывалась быстро и страшно – котел с кипящей водой, куда вопящего от ужаса еретика медленно опускали на веревке. И в напрасной тщете пытался поджимать он свои пятки перед мучительным концом.
– Легат Груль, что у нас там ещё? Дело Мефирских ведьм? Передайте его в местную епархию с указом не усердствовать в наказаниях! Если есть среди них пригожие лицом – передать в храмы любви! Пусть покаянием и усердной службой у главной храмовой жрицы зарабатывают милость создателя!
Те, что в силе своего тела – раздать по дворянам, с записью в собственность на веки вечные! Разрешаю для острастки прочих простолюдинов утопить парочку самых мерзопакостных ведьм! Во имя создателя!
– Слава создателю! – дружным хором ответили с десяток легатов, приняв должное святым словам положение.