Как приручить дракона 5 (СИ)
И, главное — на Земле я не был драконом. Само понимание, что в случае чего я могу обернуться в самое страшное существо в мире и выжечь изнутри всю эту кремлеподобную высотку до того, как меня прикончат, придавала некоторой лихости и задора.
Костюм и багаж я оставил в камере хранения на вокзале, оливу на спецовку и каску поменял в кабинке платного туалета. Рыжую бороду с помощью драконских способностей втянул внутрь, на глаза нацепил защитные очки желтого цвета — мир тут же стал теплый и дружелюбный на вид, а черты моего лица исказились. Закинув на плечо сумку с инструментами и материалами самого серьезного вида — типа уровня, огромных клещей, мотка кабеля, киянки и прочего всякого — я двинул прямо к зданию Чародейского приказа.
Вокруг него совершал обход патруль опричников: ногами брусчатку меряла пара утомленных солнцем мужчин без брони, в обычной черной форме с собачьими головами и метлами на рукавах. Их явно разморило на весеннем солнышке, гораздо более, чем за безопасностью, они следили за ножками и попками девчат, которые в связи с наступившими теплыми деньками одевались куда как легко по сравнению с зимой, и для любого нормального мужика это всегда срабатывало как мощный удар под дых.
— Доброго дня! — я шел к опричникам открыто, даже руку протянул в приветствии. — Господа, а где тут пожарная лестница? Палыч каких-то ЦУ надавал, замок, говорит, поменять надо, клинить стал…
— Замок на пожарной лестнице? — они переглянулись, пытаясь понять, чего же хочет от них этот одинокий рабочий. — Слушай, ну это тебе стремянка нужна, там на высоте примерно второго этажа ступеньки заканчиваются… А какой замок?
— Да я понятия не имею, Палычу какая-то баба из хозчасти мозг прополоскала, поменяй да поменяй… Он меня и отправил посмотреть, — я похлопал себя по сумке с торчащими инструментами.
— Владимировна, наверное, — вздохнул старший. — Такая душная, аж бесит! А Палыч — это который на гаражах, или который из сектора охраны?
Тут я почуял подвох — и не повелся. Наверняка не было ни там, ни там никакого Палыча! Так что выдал нечто максимально общее:
— Не, мы из спецстроя, по договору подряда… Так что, мне теперь за стремянкой идти? Елки-моталки… А где хоть лестница-то эта пожарная? Пойду, посмотрю фронт работы. А потом буду нашим звонить, пусть подвозят…
— «Парикмахерскую на Кудринке» знаешь? Которая на Большом Конюшковском? Вот на нее ориентируйся… Там у министерского здания такая… Ну, крыло, приступочка, как тебе объяснить? Выступ! Вот под мужиком каменным, который на самом углу крыши сидит — вот под ним лестница свисает. Там и заехать грузовиком можно, в принципе… — почесал затылок младший опричник. — А зовут тебя как?
— Кабаргин моя фамилия! — широко улыбнулся я. — Спасибо большое и сердечное! Я-то сам в Москве недавно, но сразу понял — окромя опричников, кхазадов и гоблинов тут толковых людей нет, и обратиться больше не к кому!
— Иди уже, работя-я-яга! — отмахнулись они и пошли делать обход дальше.
Найти мускулистого каменного мужика на углу этой самой пристройки и лестницу под мужиком оказалось довольно просто. Проблема подкралась внезапно: я представлял себе что-то вроде лестницы в фильме «Брат-2», по которой он шел выбивать гонорар неблагодарного хоккеиста у нечистого на руку менеджера, но все оказалось гораздо более печально… «Я узнал, что у меня есть огромная семья» тут мне помочь не могла. Тут имелась обычная железная висячая лестница с перекладинами! И ладно бы только тут! До двадцать третьего этажа, где заседал нужный мне стольник Виноградов, чьи координаты мне сообщил Павел Сапега, я мог добраться только и исключительно по такой же самой страшной конструкции.
— Однако! — только и смог сказать я.
Но — делать было нечего. Поудобнее пристроив на спине сумку с инструментом, я напружинил ноги — и прыгнул, уцепившись руками за последнюю перекладину. Ну да, без дракона на такую высоту не взлетишь, так что я мигом подтянулся, сделал выход силой, в два счета забрался на крышу пристройки и спрятался за статуей мускулистого мужика, приводя дыхание в порядок и возвращая себе состояние нулевки.
Топот тяжелых ботинок опричников стал доказательством моих опасений.
— И какого хрена датчик сработал? — удивился старший, оглядываясь. — Какая, к черту, хтонь на поверхности?
— Да вот смотри, и у меня показал, — продемонстрировал какую-то приблуду на запястье младший. — А теперь — не показывает… Нуль! Чисто, аки в храме Божьем.
— Не упоминай имя Господа всуе! — погрозил пальцем старший. — Давай, отправь показания в Центр, пусть разбираются, крыса из Нижнего города по канализации поднялась или еще какая зараза. Сейчас-то — все тихо? Тихо! Вот и ладненько. А работяга этот где?
Они принялись оглядываться. Младший пожал плечами:
— Понаедут из земщины… Какой замок? Какой Палыч? Наверное, поглядел, что никакого замка тут нет — и свалил. Тоже доложить?
— Давай через часок. А то и рабочий, и хтонь — это уже чересчур. Помнишь, что господин штабс-капитан про мальчика, который кричал «Волки!» рассказывает постоянно? Во-о-от!
И они удалились дальше, бдительно разглядывая ножки и попки весенних москвичек. А я, честно говоря, перекрестился. Потому что в мою пользу сыграло бешеное везение и их безалаберность, и моя тройственная натура, и вообще… Если бы меня поймали тут, на крыше, и банально посадили в тюрьму за нарушение периметра режимного объекта — это было бы весьма кретинское завершение всей этой истории. А так — я имел прекрасную возможность размазать себя тонким слоем по очень-очень длинной металлической лестнице, которая вела на вершину Министерства магии.
Но никакой нужды лезть на вершину высотки не имелось! Мне нужно было на двадцать третий этаж! И без всякого дракона, что характерно. Предстояло сделать это как самому обычному человеку, если я не хотел, чтобы сработали все страшные-чародейские системы безопасности, которые срисовали даже один-единственный нечеловеческий прыжок! Так что я порадовался своей предусмотрительности и крепким сварочным перчаткам на руках, короткой перебежкой преодолел крышу пристройки, взялся за перекладину пожарной лестницы и полез наверх, размеренно дыша и бормоча под нос, конечно, Сергея нашего Есенина…
— Любовь Столица, Любовь Столица,
О ком я думал, о ком гадал.
Она как демон, она как львица,—
Но лик невинен и зорьно ал…
Может, на Арбат сходить после всего этого, поклониться памятнику Сергея Александровича? Должен ведь там стоять памятник Есенину? Не может не стоять!
* * *Когда я ввалился в окно двадцать третьего этажа, то оказался в какой-то каморке, забитой картонными коробками с бумагами. Мне казалось, что на руках я уже натер мозоли, несмотря на перчатки, в глазах двоилось, легкие горели, от холода зуб на зуб не попадал, а ноги попросту отваливались. Каким идиотом нужно быть, чтобы рассчитывать на то, что я успею на Всероссийский педсовет после такого вояжа?
— УСПЕЕШЬ, — приободрил меня Пепел. — ГЛАВНОЕ ИЗ ОПРИЧНИНЫ СВАЛИТЬ — И ПОДЛЕЧИШЬСЯ. И ТАКСИ ВЫЗОВЕШЬ…
— Такси можно и с крыши вызвать, - вдруг подал голос Гоша. — Опричное, летающее. Добросит до Белорусского вокзала.
— Мы с вами — отличная команда! — признал я, закрывая за собой окно и пытаясь отдышаться. — Пойдемте искать кабинет 23−15 и бить замминистра магии, сиречь — дьяка Чародейского приказа Виноградова головой о стол!
— МЕСТО, КУДА ПРИВОДЯТ МЕЧТЫ — КАБИНЕТ 23−15 ЧАРОДЕЙСКОГО ПРИКАЗА! — пафосно провозгласил в моей голове дракон, и я подумал, что это мог сказать и я, и Гоша с одинаковой вероятностью.
Честно говоря, Министерство Магии меня разочаровало. По крайней мере — двадцать третий его этаж точно! Никаких телепортов в каминах, никаких волшебных примочек… Просто — длиннющий коридор с кабинетами, на дверях которых — таблички. Вообще ничего интересного! Ну да, ремонтик приличный, ручки золоченые, девочки с папочками носятся туда-сюда симпатичные, дядечки в дорогих костюмах… И никто из них меня не замечает, точнее — замечают, но спецовку и каску, а не меня. Магию я тут увидел только один раз: в холле какой-то моложавый господинчик в очках с золотой оправой явно чародейским образом вывел на стену проекцию графиков и вещал что-то своим коллегам: