Конструктор живых систем: Красный лед (СИ)

— Нет, он борется за свою жизнь, в чём ему активно помогают наши лучшие светила медицины.
— Дай Бог ему здоровья! — невольно вырвалось у меня, а полковник согласно кивнул, удовлетворённо улыбнувшись.
— Если другого выхода нет, то я, конечно, согласен, весь вопрос в том, как я смогу есть, если вынужден не выходить из общежития?
— На этот счёт вы можете не беспокоиться, господин Дегтярёв. Я вам выдам сейчас десять злотых, этого хватит для закупки продовольствия на три дня, а кроме того, когда мы вас станем забирать, то обязательно дадим возможность пообедать после окончания приёма. Так что, не переживайте. Продукты лучше купить сегодня, а затем просить о помощи вашего друга, если они закончатся раньше. Вместе с ним и чай попьёте, по вечерам. Вы молодые, вам всегда есть хочется. А в дальнейшем мы планируем забрать вас на пару недель практики, в зависимости от итогов приёма, и для того, чтобы о вас на время забыли в академии.
  
— Это правда, — вздохнул я, — бывает, что есть хочется очень сильно. Хорошо, я согласен.
— Ну, так вот. Пока ничего определённого я вам обещать не могу, но уже завтра я узнаю точно, примут ли вас на высочайшем уровне или нет. Вам сообщат об этом, и если всё сложится благополучно, то хватит времени вас подготовить. Одежда на вас весьма приличная, и сами вы создаёте благоприятное впечатление, так что, подготовка к приёму не затянется. Ваша основная задача в ближайшие дни — это не высовываться и уцелеть.
— А что, Ваше превосходительство, всё настолько серьёзно?
— Вы слишком много видели, господин студент, и пока всё не рассказали, вами могут заинтересоваться те, кто и организовал данный теракт. О вас пока не знают и, надеюсь, что и не узнают. По всей стране сейчас идут облавы, поэтому им не до вас, но бережёного Бог бережёт, и мой долг вас предупредить об этом. Так что, знайте и готовьтесь. Сейчас вас отвезут обратно, по дороге вы посетите магазин и закупите себе продуктов, ну и вернётесь в общежитие, а с утра комендант принесёт вам справку и сделает за вас всё, что нужно. Отдыхайте.
— Но…
— Господин Дегтярёв, вы хоть и не на службе, но подчиняться вам придётся. Запомните это.
Я молча кивнул, решив, что спорить, во-первых, бесполезно, во-вторых, бессмысленно, а в-третьих, меня всё устраивает. С учёбой я постараюсь разобраться и наверстать, а всё остальное идёт мне только в плюс, не знаю ещё в какой, но надеюсь, что очень большой. Кроме того, душу мне грело одно весьма тайное желание: если я окажусь на приёме хоть где-то в верхах, то это может стать первой ступенькой моего восхождения… нет не в элиту, а хотя бы в дворянский круг, что приблизит меня к возможности женитьбы на Женевьеве.
Наверное, я ей тоже не безразличен, иначе она сразу дала бы понять это, причём в весьма жёсткой форме, а она… Я даже не знаю, как это сказать, она делала вид, что…. В общем, не понимаю я, что она делала за вид, но не отгоняла, и то хорошо. Эх, увидеть бы её!
— Я всё понял, сделаю, как вы говорите, — вынырнув из мечтаний о Женевьеве, ответил я.
— А раз так, то больше не задерживаю. Вас отвезут в общежитие, и дальше всё сложится так, как я вам сказал, если вы чётко последуете моим указаниям.
— Да, я понял и готов.
— Вот и отлично! А сейчас вы можете идти.
После разговора с полковником меня вывели из кабинета, усадили в авто (локомобиль весьма затрапезного вида, не привлекающий лишнего внимания) и повезли в общежитие. По пути мы заехали в какой-то большой гастроном, где на выданные мне деньги я накупил себе различных продуктов, консервов и вкусностей, потратив сразу пять злотых.
Вполне довольный собой, я добрался до общежития и, нагруженный свёртками, зашёл в него в гордом одиночестве, пока шёл в свою комнату, подумал: «Жалко, что обеды пропадут, хотя, почему пропадут, я скажу Петру, и он за меня их съест». В общем, везде одна выгода, и мне хорошо, и жандармам.
— Ты где пропадал⁈ — встретил меня ожидаемым вопросом не на шутку встревоженный Пётр.
— Ездил, коменданту помогал полдня, вот он накупил мне всяких продуктов в награду, и я заболел, кажется. Голова болит и вообще, знобит.
— Ну ты даёшь⁈ Давай тогда чай попьём, а как же занятия, если заболел?
— А раз я работал на коменданта, то ему и помогать мне с врачами. Давай чаю попьём, немного позанимаемся и спать.
— Ага.
  
Глава 16
 
Вокруг да около
 
Утром мне пришлось изображать болезнь, громко кашлять, захлёбываться соплями. Лучше всего получалось хлюпать носом, потому как насморк имел место и без всякой профанации, а вот кашель пришлось сымитировать.
— Скажи, что я заболел, а справку от врача предоставлю завтра, — сказал я Петру.
— Скажу, но переживать не стоит, это же твои проблемы, не ходишь на лекции, значит, ищи их самостоятельно, главное — экзамены сдать на хорошую оценку, да практические занятия все отработать. А справка врача, она больше тебе нужна, чем канцелярии.
— Да, я согласен. Мы с тобой только полгода отучились, впереди ещё четыре, так что, наверстаю.
— Тем более, чего тогда переживать? Ладно, пойду я, Федя, а то опоздаю на занятия, — и Пётр ушёл, оставив меня одного.
Полчаса я поскучал, после чего налёг на изучение пройденного материала и стал заново перечитывать лекции и листать недавно полученные учебники. За этим увлекательным занятием прошло время до обеда, когда ко мне в комнату постучали. Это оказался комендант.
— Ну, всё, Дегтярёв, я в канцелярию деканата сообщил, что ты болен, справку им отдал, чтобы они тебя в прогульщики не зачислили, так что, сиди, лечись, как только понадобишься, я приду за тобой. Всё, бывай, а то мне некогда, — и он ушёл.
Вскоре с занятий возвратился Пётр и, кратко пересказав мне лекции, отдал свой конспект, который я и стал переписывать. Вечером никто меня не тревожил и не приходил, я же смирно сидел в своей комнате и не бродил даже по общежитию. Продуктов у меня ещё имелось достаточно и, прозанимавшись весь вечер и славно поужинав, мы улеглись спать.
А вот наутро всё и закрутилось, не успел я умыться, как меня вызвали к коменданту, и пошло-поехало.
Недалеко от академии меня уже ждал локомобиль, задние колёса которого оказались заменены на лыжи. До него мне пришлось идти полквартала, чтобы не привлекать лишнего внимания. Впрочем, час ранний, занятия ещё не начинались, и улица казалась пустынной.
Увидев описанный комендантом локомобиль, я направился прямо к нему. Конечно, мне это жутко не нравилось, такая строгая конспирация заставляла меня невольно чувствовать опасность и возможность нападения, но я понимал, что это необходимо.
Из локомобиля вышел знакомый поручик, заметив его, я окончательно успокоился и ускорил шаг, когда внезапно почувствовал, что в меня кто-то целится. Я нервно оглянулся, пытаясь заметить источник опасности, но не увидел его и пошёл ещё быстрее, сразу нырнув в машину, как только открыл дверь.
— Не надо нервничать, — заметил поручик моё состояние, как только я очутился внутри. — Нас подстраховывают, такой дар у человека, ты его смог почувствовать, но это редкость. Можно ехать, — тут же переключил он внимание на шофёра, и локомобиль тронулся.
— Вы серьёзно насчёт подстраховки?
— Да, ситуация становится серьёзной, а ты пока ещё не успел всем продемонстрировать свои умения, так что, лучше остерегаться. Мы пока можем себе позволить привлекать к защите нужных людей, хоть и на короткое время. А вот дальше заботиться о собственной безопасности тебе придётся самому.
— Я понял, — погрустнел я и стал смотреть в окно локомобиля.
  
Я думал, что мы поедем, куда и в прошлый раз, но ошибся, мы направились совсем в другую сторону. Поездка длилась недолго, и вскоре мы въехали во внутренний двор большого здания, назначения которого я не знал.
— Приехали, тебе нужно уже сегодня идти на приём, — сказал мне поручик и открыл дверцу.
— Но почему вы не сказали мне об этом вчера, я бы подготовился? — опешил я. Мы вышли из машины и разговаривали уже на ходу, направляясь в сторону подъезда, возле которого дежурил городовой.