Бывший. Сыграем в любовь (СИ)

Заглядываю внутрь, сквозь прозрачные контейнеры вижу знакомые блюда. Те самые, которые я с Камилем заказывала.
А ещё там лежит салфетка. На которой неровным почерком нацарапано послание.
Я узнаю почерк Юсупова без проблем.
"Приятного. До лета ещё далеко, ни в чём себе не отказывай. Заказал нам троим билеты".
Вот же с...
И как мне на это реагировать?
— А что это?
  
От мысленного проклятия Юсупова спасает сын. Иля подскакивает ко мне. С интересом рассматривает еду.
— Это папа прислал? — восторженно спрашивает он. — Класс.
— И как ты узнал? — я жду новой подставы.
— А только он присылает. Баба Лида говорит, что это всё гадость. И надо самим готовить. А ты — ужин готовила. Не стала бы заказывать. Значит — папа. Я угадал?
— Угадал, мой юный следопыт.
Сын с восторгом рассматривает еду. А всё, чего хочу я — избавиться от неё поскорее.
Или запустить в наглую рожу Юсупова. Я пишу ему гневное сообщение. Он слишком далеко заходит.
"Женись на мне, Юсупов".
Телефон вибрирует мгновенно. Словно Камиль ждал моего сообщения. Судя по миллиону вопросительных знаков — не такого ждал.
Ну, я девочка-сюрприз.
Следующие сообщения приходят один за другим.
"Эм..."
"Да?"
"Кто бы знал, что тебя так легко подкупить". А здесь он уже себя в руки взял.
Я выжидаю паузу. Как раз выставляю контейнеры на стол. Включаю чайник, и лишь после медленно набираю ответ.
"Женись-женись. Когда я тебя грохну и стану вдовой, хоть наследство получу".
После этого я ставлю телефон на беззвучный режим. Отправляю о подальше.
Я крепко сжимаю в руках очередной контейнер. Их здесь десяток, не меньше. Пластик трещит под напором.
— Мам, ты чего? — Иля озадаченно смотрит на меня. — Ты расстроилась? Потому что готовила? Хочешь, я не буду это есть? Твоё возьму. У тебя всё равно вкуснее всегда.
— Ешь уже, — вздыхаю я. — Оставим на завтра.
— Точно? Ты не обидишься?
— Не обижусь.
— Здорово. Видишь, какой папа молодец? Он о нас позаботился.
Я потираю лоб. Справляюсь с накатившим раздражением. Напоминаю себе, что дети — цветы жизни.
Просто иногда очень хочется наорать на эти цветы. Но это мелочи.
Вместо ругани я выбираю другой подход. Я присаживаюсь напротив сына.
— Иль, помнишь, мы говорили о личных границах? — я начинаю. — Что нельзя вмешиваться в жизнь другого взрослого человека?
— Ага, — кивая, сын продолжает уминать морепродукты. — А что?
— У меня тоже есть границы. С кем мне быть — часть этих границ. Я сама выберу. Кого захочу.
— А почему папу не хочешь?
— Просто не хочу. Ты ведь без повода не хочешь математику делать.
— Но я же делаю!
— Потому что это нужно. Мне с твоим папой быть — не нужно. Так лучше для всех, просто поверь мне.
Сын горестно вздыхает. Смотрит на меня недоверчиво и грустно. Он аж даже есть перестаёт.
Я знаю, что у детей такое бывает. Когда их родители разведены — свести их. Но это плохая идея.
— Понимаешь... Мы с папой не будем вместе. Я на свидания хожу. И ты сам меня отправил, так ведь? Иль?
— Да, отправил, — бурчит он.
— И у папы есть Зоя.
— А они расстались!
— Это не важно. Будет другая девушка. Ты не должен пытаться нас свести. Из этого ничего не получится. А ты только расстроишься.
— Меня просто достало! Я не хочу жить напополам. То с тобой, то с ним. Мы никогда никуда не ходим вместе. Я только рассказываю потом. Ты не видела вживую те классные горы. И как я на лыжах катался. А папа пропустил день, когда я плавать научился!
Иля выпаливает слова, как из пулемёта. Честно и откровенно говорит со мной. Я этому рада.
Значит, приз "худшая мама года" пока не мне достаётся.
Я смогла построить доверие с сыном. И он сейчас мне про свои чувства рассказывает.
— Хоть бы раз что-то вместе сделать, — поджимает сын губы. Те дрожать начинают. — Понимаешь? Разочек. Пойти куда-то. Погулять просто. Разве я многого прошу?
— Не обязательно быть парой, чтобы проводить вместе выходные.
— Но мы никогда так не делаем!
Горячо возражает сын. Он едва не хнычет. Мир несправедлив. И мне очень жаль, что Иля об этом узнал так рано.
Я кусаю щеку. Мне горько из-за того, что сын расстраивается. Особенно из-за таких простых вещей.
— Одного похода тебе хватит? — уточняю я. — Чтобы закончить роль сводника?
— Да, — он часто кивает. — А можно? Погулять всем вместе!
— Ладно, — малодушно соглашаюсь я. — Один поход в парк вместе. И на этом всё.
— Класс! Спасибо, мам, ты самая лучшая.
Иля резко начинает лучезарно улыбаться. Он виснет на моей шее. От грусти не остаётся и следа.
А я чувствую себя так, словно меня жестоко развели.
Я убеждаю себя, что в этом ничего такого нет. Кроме осознания, что мой Иля — отличный актёр и манипулятор.
Но провести один выходной втроём с Камилем — это не сложно. Мы взрослые, цивилизованные люди.
Я имею в виду, я и Иля. Юсупов — пропащий, это ясно. Но выдержать его можно будет.
Если от этого станет легче моему сыну. Я понимаю его претензии. Вспоминаю себе в детстве.
Мне тоже было обидно. Когда на выступление в театре приходил только папа, а мама не успевала.
Когда мама поспешно пересказывала папе, какой я была смелой в парке аттракционов. А отец лишь одобрительно кивал.
Мелочи, которые кто-то упускал. А хотелось, чтобы видели все.
Так что... Илю я понимаю. И мне жаль, что у него мало моментов "на троих". Но это не значит, что мы всё время должны проводить время вместе.
В больнице столько успокоительного нет, чтобы я выдержала.
Особенно с тем, как сейчас Камиль себя ведёт.
Словно рехнулся.
Может, ему нашим "мозгоправам" показать? Вдруг заметят болезнь, а?
Адекватный мужчина не станет так себя вести. Спустя восемь лет — прими обратно, а?
Нагулялся, блин.
Нет, я понимаю. У каждого из нас своя личная жизнь. Я монашкой не жила, я тоже на свидания ходила.
Юсупов не по свиданиям, но тоже гулял. Не так чтобы о его похождениях весь город гудел... Но жил как свободный мужчина.
Вот пусть и дальше живёт. И гуляет. Только подальше от меня.
— Нельзя хмуриться, — Иля давит пальчиком на мой лоб. — Иначе морщинки будут, мам. Надо улыбаться.
— От улыбки тоже морщинки, — я мягко улыбаюсь.
— От улыбки — красивые! И ты у меня красивая.
— А ты маленький егоза. И выдумщик.
— Я такой.
Сын горделиво распрямляет плечи. Я не сдерживаю улыбки. Сердиться на него просто невозможно.
Мой телефон вибрирует. Оповещает о новом сообщении на сайте.
— О! — заинтересованно поглядывает Ильяс. — А кто там? Кто-то написал?
— А это уже моё дело. Через час уроки проверю.
— Ну мам!
Я щёлкаю его по носу. Подхватив телефон, я ухожу в свою спальню. Наедине просматриваю сообщения.
Одно — от Ивана. Я содрогаюсь от воспоминаний о нашем "свидании". Худший опыт в жизни.
А мне есть с чем сравнивать!
Вроде прогулки зимой по парку до окоченевших рук. Потому что:
— На кофе я только потом приглашаю. Чего деньги тратить?
Или когда парень сидел на свидании со мной, а переписывался с бывшей всё время.
Так что...
Ваня приз выигрывает.
Иванушка просит прощения за свою маму. Говорит, что она сама влезла в его телефон. Намеренно всё устроила.
Миллион извинений. Мужчина просит дать ему второй шанс. Но я отказываю.
Может, всё получилось ужасно. Но зато с предполагаемой свекровью я познакомилась. Мне не зашло.
Она из тех, кто вечно будет мешаться в жизнь сына и его семьи. А зачем мне такой стресс?
Некстати вспоминаю другую неудавшуюся свекровь. Мама Камиля — Алисия — была прекрасной. И есть, конечно же!
  
Спокойная, мудрая, уравновешенная. Она приняла меня тепло, и сейчас мы неплохо общаемся.