S-T-I-K-S. Призрак и Рыжая смерть. Книга 2

– Ну вы и животные! – сплюнул на пол Призрак. Обратившуюся в пустыша девушку он и сам был бы вынужден убить, но вот использование её для удовлетворения похоти вызвало у него отвращение. Не одобрил он действия и Хрипатого. О том, что иммунная девушка активно сопротивлялась насилию, свидетельствовали свежие кровавые шрамы на лице мужчины. Призрак уже деактивировал невидимку, и муры перед смертью успели его увидеть и услышать.
  
– Дымка, в сторону!
Кошка нехотя разомкнула челюсти и, недовольно фыркая, отошла. Чтобы не задеть девушку, Призрак приблизился и сильным ударом берца сбросил с неё продолжавшего завывать насильника. Без всякого сожаления надавил на спусковой крючок, прервав вопли. Затем без малейшего раздумья перевёл ствол автомата на стоящего рядом Малого. Молодой мур разом побледнел.
– Не надо!
Призрак молча потянул спусковой крючок. Короткая автоматная очередь распорола на груди разгрузку. Стреляные гильзы со звоном раскатились по полу. Ноги Малого подломились, и он свалился в лужу собственной мочи. Стоявший с опущенными брюками Шершавый вышел из оцепенения и неожиданно резко рванул в сторону выхода. Спутанные брюками ноги стремительно замелькали, делая короткие шажки. Их движения слились в единое целое. Хватило всего доли секунды, и опытный мур исчез из вида.
«Сверхскорость!»
В тот же момент со стороны входной двери донеслась автоматная очередь.
– Чех, ты там воюешь? – громко крикнул Призрак, на всякий случай держа на прицеле проход.
– Я! – Послышался звук приближавшихся шагов. – Крёстный, что у тебя здесь происходит? Какой-то сумасшедший с опущенными штанами и с хреном, болтавшимся во все стороны, выскочил мне навстречу. Чёртов спринтер едва с ног меня не сбил! А я по привычке палец держал на спусковом крючке. К тому же нервы на пределе. Ну, я его и завалил, времени разбираться, кто таков, совершенно не было. Или я всё же поторопился?
Тут Чех осёкся, увидев на полу двух полураздетых девушек. Одна неподвижно лежала. И неудивительно – из проломленного черепа торчало окровавленное орудие убийства. Вторая подавала признаки жизни: пальцы рук еле заметно подрагивали. Но ещё более привлёк внимание Чеха труп парня с прокушенной, заляпанной кровью правой ягодицей. И тоже со спущенными брюками.
– Я так понимаю, эти полудурки, возомнившие себя половыми гигантами, здесь активно развлекались? Вы же совсем некстати сюда припёрлись и испортили им всю малину. Дымка, твоя работа? Ух ты, моя хорошая! – Чех потянулся к пуме, намереваясь почесать её за ушком.
Его монолог и дальнейшие действия прервал протяжный стон, а затем истеричный плач. Это окончательно пришла в себя потерпевшая. Тело девушки содрогалось от крупной дрожи, слезы ручьём лились из раскрасневшихся глаз. Через некоторое время, отрыдав и поняв, что более никто её насиловать не будет, девушка принялась приводить себя в порядок. При этом, кривясь и болезненно охая, по очереди боязливо косилась на трупы и на спасителей. Кое-как поправив разорванную одежду, со стоном схватилась за голову и судорожно начала массировать виски. Но, насколько можно судить по выражению её лица, облегчения от активных действий не получила.
– Крёстный, похоже, муры даже не удосужились напоить её живчиком. Как чувствуешь себя, милая? Хотя можешь не отвечать. Я и так вижу, что тебе погано.
Продавщица вновь простонала, в очередной раз обхватив голову. Дымка подошла к ней и потёрлась об неё мордой и телом, по-своему, по-кошачьи, успокаивая.
– Чех, напои её нашим живчиком, а то неизвестно, какой у муров шмурдяк. Я пока соберу до кучи оружие и осмотрю их рюкзаки и карманы.
Крестник согласно кивнул, вытаскивая из чехла армейскую фляжку. Отвинтив пробку, протянул сосуд с целебной жидкостью девушке.
– Если хочешь жить, как бы тебе противно ни было, сделай всего два глотка. Уверяю, тебе сразу же полегчает.
К его большому удивлению, видимо, из-за перенесённого стресса девушка никак не отреагировала на вкус и аромат напитка. Выпив и утерев ладонью губы, молча вернула фляжку. Но уже через пару секунд страдальческое выражение лица сменилось изумлением. Хлопая длинными ресницами, смотрела на фляжку. Машинально протянула к ней руку, но Чех её уже закрыл и засунул обратно в чехол на поясе. Перехватив взгляд девушки, мужчина, улыбаясь, отрицательно повертел головой.
– Хватит. Больше нельзя. Раз, я смотрю, тебе полегчало, то давай, милая, начни собирать для себя вещи. Бери вон тот рюкзак и положи в него один, но лучше два камуфляжных костюма. В третий здесь переоденешься. Так же и с обувью. Не забудь ещё выбрать несколько маек. Надеюсь, их тебе пока хватит. Ну и чего сидим? Времени у нас не так уж и много.
– А с чего вы решили, что я должна куда-то собираться? Я, – девушка посмотрела на убитую напарницу, – в магазине единственное материально ответственное лицо. Нужно срочно позвонить в полицию и Сергею Николаевичу. Это наш хозяин. У него по городу десять торговых точек.
– Забудь про полицию и своего уже бывшего хозяина. Ты, наверное, ещё не поняла, что города больше нет, а основная масса жителей превратилась в таких же невменяемых, как и твоя напарница? Электричества и мобильной связи нет и уже больше не будет. Да ты сама хорошо об этом знаешь. За те четыре дня, что вы с подругой провели в магазине, думаю, смогли в этом убедиться. На какой день она обратилась и попыталась тебя покусать? Но вначале у вас обеих сильно разболелись головы, вам очень хотелось пить. И, сколько бы вы ни пили воды, утолить жажду никак не удавалось. Я прав? Так и было?
– Откуда вы знаете?! – Продавщица с широко раскрытыми глазами смотрела то на Чеха, то на Призрака, потрошившего муровские рюкзаки.
– Потому что сами прошли через это. Так на какой день всё произошло?
– Вчера вечером Маша обезумела, я с трудом смогла её запереть в туалете. А сегодня утром эти появились… Я обрадовалась, думала, помощь пришла, и дверь им на свою голову открыла…
Слёзы вновь сыпанули из глаз, но девушка, хоть и с трудом, смогла справиться с чувствами.
– Хватит горевать, что случилось, то случилось. Давай собирайся. Времени у нас крайне мало, а дел впереди много.
Тяжело вздохнув, она поднялась с пола и, пошатываясь, подошла к длинному ряду с камуфляжными костюмами. Друзья отвернулись, дабы не смущать девушку.
– Ну что, готова? – Друзья оценивающе посмотрели на разительно изменившуюся продавщицу. Что ни говори, а любая форменная одежда и камуфляж очень идут представительницам прекрасного пола.
Как ей и посоветовали, девушка уложила в рюкзак самые необходимые вещи для дальнейшей новой жизни. Правда, она ещё не до конца осознала, насколько круто изменилась её судьба.
– Ещё один важный момент. Тебя как зовут? А то в спешке так и не узнали твоё имя. Ну а наши ты слышала, когда мы между собой общались. Но всё равно напомню: я Чех, а он Призрак. Пуму зовут Дымкой.
– Я Василиса.
– Очень редкое и красивое имя! – восхитился Чех. – Вновь прибывшие сюда меняют прежние свои имена. Для мужчин процедура обязательная, ну а девушки по желанию. Ты как?
– Нет, нет! Мне моё имя дорого!
– Так тому и быть. Остаёшься Василисой, – вынес вердикт Чех. – С этой минуты я твой крёстный. Более подробно тебе всё объяснят в стабе. А сейчас, крестница, прими от нас небольшой подарок. – Чех протянул девушке увесистый пакет.
– Что это? Виноград? – Сквозь прозрачный пластик виднелись продолговатые ягоды желтоватого цвета. – Спасибо, но у меня на него аллергия.
– Нет. Это спораны – наша местная валюта и основной ингредиент для приготовления целительного напитка. Ты сама уже убедилась в чудодейственном эффекте живчика. Более подробно тебе расскажут в поселении, куда мы тебя сейчас переправим. Поверь, в нём тебя примут с большой радостью. Предоставят жильё, работу. Обзаведёшься новыми друзьями.
  
Василиса приняла пакет, повертела в руках, рассматривая, затем упаковала в рюкзак.
– Ещё не всё, – предупредил девушку Призрак. Рядом с рюкзаком парень опустил на пол небольшую дорожную сумку с широким ремнем через плечо. Расстегнул молнию и показал содержимое. В ней лежали автомат АКСУ, два рожка к нему, пистолет Макарова в коричневой кобуре. К нему имелось четыре магазина.