Если мы когда-нибудь встретимся вновь (ЛП)

— Кстати, о Люке — где он? — Лео огляделся по сторонам. — Ушел за кошельком вечность назад.
Фарра постаралась игнорировать второй, более тревожный трепет в животе. Тот самый, что возникал каждый раз, когда Лео открывал рот. Или когда она смотрела на него. Или думала о нем.
В отличие от Блейка, Лео был на сто процентов в её вкусе. Наконец-то парень, от которого сердце делает сальто! Брюнет с кудряшками и всезнающей улыбкой, говорит на пяти языках и может с ходу процитировать классиков.
  
Жаль только, что этот парень уже занят.
— Скоро придет, никуда не денется.
Кортни прижалась к боку Лео.
О Кортни можно было сказать что угодно, но только не то, что она тормозит. В первую же ночь, прежде чем Фарра успела хотя бы представиться, Кортни и Лео вовсю целовались в углу комнаты 808.
Они не встречались как таковые, но спали только друг с другом. В колледже это считай одно и то же.
Фарра допила напиток и стала изучать бар, лишь бы не смотреть на парочку. «Джино» напоминал типичный американский студенческий кабак на стероидах. Толпы студентов, местных и приезжих, облепили столы, заваленные бургерами, картошкой и выпивкой. Из колонок под потолком орали хиты Топ-40, заглушая крики игроков в бир-понг. Граффити покрывали каждый сантиметр стен и даже лезли на потолок.
Фарра принялась читать надписи рядом с их столом.
«Будь вежлив с таксистом, — советовал кто-то черным маркером, — а то высадит тебя черт знает где». Выше был чей-то номер телефона, а еще выше — лаконичный хэштег #яйцаяйцаяйца.
Обожаю барные граффити.
Оливия наклонилась к ней и шепнула:
— Ты как?
Она была единственной, кто знал о чувствах Фарры.
— Нормально, — соврала та.
Кортни — её подруга, Лео — парень Кортни (ну, почти), и точка. К тому же Фарре не привыкать к неразделенной любви. У нее был талант влюбляться в недоступных парней, даже если она еще не знала, что они заняты.
— Я забила.
Оливия посмотрела на нее с сомнением.
— О чем шепчетесь? — Сэмми заглянул Оливии через плечо. — Колитесь.
— О гене под названием «не суй нос в чужой вопрос», — Оливия невольно улыбнулась. Рядом с Сэмми невозможно было не улыбаться.
— Ну же, я могила. Умею хранить секреты. — Сэмми поиграл бровями. — Там что-то неприличное?
— Размечтался, — Фарра запустила в него картошкой фри. — Мужчины вообще способны думать о чем-то, кроме секса?
— Да. Иногда мы думаем о еде. — Сэмми поймал картошку на лету и отправил в рот.
Оливия ткнула его локтем под дых, а он в ответ начал её щекотать. Она взвизгнула и чуть не свалилась с лавки от хохота.
Фарра спрятала улыбку за бокалом.
— О, глядите. Явился наш Неандерталец с дарами.
Крис вскинула брови.
— И даже Блейка Райана с собой прихватил. Какая щедрость.
Фарра резко обернулась.
Люк пробирался к ним, держа в каждой руке по огромному коктейлю-«аквариуму», а Блейк следовал за ним по пятам.
— Опять кости мне перемываешь, Крис? — Люк поставил напитки на стол.
— Ты никак не мог меня услышать в таком шуме.
— А мне и не надо слышать. Я и так знаю, что ты вечно несешь чушь.
Кортни рассмеялась:
— Тут он прав.
— Ты на чьей стороне? — фыркнула Крис.
— На твоей, конечно.
Кортни похлопала ту по руке.
— Мы же сестры по общаге.
За исключением Сэмми и Нардо, которые были лучшими друзьями еще со времен колледжа, Крис и Кортни были единственными в группе, кто знал друг друга до поездки.
— Второй раз за вечер. — Блейк подмигнул Фарре. — Начинаю подозревать, что ты за мной следишь.
— Я пришла сюда первая.
— Они все так говорят. — Блейк протянул ей бутылку пива. — Будешь?
— Не люблю пиво.
— Да ладно тебе, расслабься. Выйди из зоны комфорта.
— Пиво вряд ли можно назвать «жизнью».
Тем не менее Фарра выхватила у него «Циндао». Их пальцы соприкоснулись, и по её коже снова пробежал электрический разряд.
Она открыла бутылку и сделала глоток, тут же сморщившись.
Блейк расхохотался:
— И правда не любишь.
— На вкус как моча.
— И откуда ты знаешь вкус мочи?
Фарра сделала еще глоток:
— Не хочу с тобой разговаривать. Ты невыносим.
— Это ничего. Кроме разговоров, есть куча других занятий. Правда, не гарантирую, что они будут менее изматывающими.
Блейк сел напротив неё. Даже в простой черной футболке и джинсах он выглядел как модель с обложки GQ. Ткань обтягивала его широкие плечи и мускулистые руки, а кожа в тусклом свете бара казалась золотистой.
Блейк поймал её взгляд и самодовольно ухмыльнулся.
— Нравится то, что видишь? — прочитала она по его губам.
— Видала и получше, — беззвучно ответила она.
И это была правда. В залах античной скульптуры в Италии.
Блейк только усмехнулся с уверенностью парня, который точно знает, что он здесь самый горячий.
Люк что-то ему сказал. Когда Блейк отвернулся, Оливия вцепилась Фарре в руку:
— Это что сейчас было?
— Что «это»?
— Вот это! — Она кивнула на Блейка. — Я чуть не расплавилась от этого сексуального напряжения.
— Ха! Ты просто перебрала. — Фарра никогда не слышала такой чуши. — Никакого напряжения нет.
— Ой, детка, еще как есть. Зачем сопротивляться? Блейк — огонь. — Оливия понизила голос. — Он поможет тебе забыть сама-знаешь-кого. Как говорится, лучший способ пережить старую любовь — завести новую.
Впервые в жизни Фарра была рада тому, что всегда краснеет от алкоголя. Это скрыло вспыхнувший на щеках жар смущения.
— Он не в моем вкусе.
— Не смеши. Он во вкусе любой девушки.
Фарра вздохнула. Как же ей надоело это слышать.
— Ребята, смотрите, что принес Люк! — Кортни помахала в воздухе колодой карт. — Как насчет партии в «Короля»?
— О да! Я бог этой игры! — Люк ударил себя кулаком в грудь. — Раздавай!
— Твое сходство с гориллой просто поразительно, — заметила Крис.
— Укуси меня.
— Мечтай больше.
— Дети, угомонитесь.
Кортни перетасовала карты и разложила их рубашкой вниз вокруг бутылки «Байцзю», которую они пронесли с собой. Бутылка стояла нетронутой уже час. Персоналу было плевать, но ни у кого не хватало смелости её открыть. «Байцзю» крепостью от 40 до 60 градусов был китайским аналогом самогона. С ним шутки плохи.
— Правила стандартные, да? Туз — «водопад», двойка — выбираешь того, кто пьет, тройка — пьешь сам, четверка — все руки на пол...
Кортни выпалила инструкции на одном дыхании.
— Согласен, но с одним условием, — вмешался Блейк. — Туз — это «Горячее кресло». Тот, кто его вытянет, должен честно ответить на один вопрос от каждого игрока.
— О-о-о. — Кортни расплылась в улыбке. — Мне нравится. Очень нравится.
Фарра прищурилась. В этом весь Блейк — прийти и перекроить правила под себя.
Игра пошла бодро. Все по очереди тянули карты. Первые несколько раундов Фарре везло: ей попадались безобидные десятки («категории») или пятерки («пьют парни»).
Но в пятом раунде удача отвернулась.
Сразу после того как Оливия вытянула тройку (и выпила), пришел черед Фарры. Она оглядела карты. Рука уже замерла над ближайшей, но в последний момент она передумала и вытянула ту, что лежала с другого края. Перевернула.
Туз. Первый за вечер.
Стол взорвался криками.
Фарра застонала:
— Я вас ненавижу.
— Тебя никто не заставлял её брать. Это судьба, — подколол Сэмми.
— Да-да… — Фарра обреченно развела руками. — Я готова. Давайте, задавайте свои вопросы.
И они навалились. Вопросы сыпались один за другим. Как и ожидалось, большинство были про секс, но вполне безобидные.
Был ли секс втроем? Нет.
Самое странное место для секса? Спасательная вышка на пляже (смотря что считать за «секс»).
  
Мечта о знаменитости? Иэн Сомерхолдер или Генри Кавилл. А лучше оба сразу. Фарра добавила последнюю фразу ради шутки, хотя парни посмотрели на нее с интересом.