Объявленный дампир (ЛП)

Лифт медленно поднимался наверх, и мое беспокойство росло вместе с ним. Похищение и пытки Натана были моей виной. Должно быть, Бранс каким-то образом связал меня с исследовательским центром, с моим участием в побеге Алина и спасении ребенка. Если бы он не установил эти связи, то не был бы так уверен в том, кем была Лорна. И если бы Бранс не обнаружил эти связи, он никогда бы не использовал мастера вампиров, чтобы заманить Лорну в свои объятия.
  
Было не так уж сложно проследить путь Лорны. Ее действия в последние несколько дней были единственной причиной, по которой никто не верил заявлениям Бранса. Дампир никогда не контролировал себя. Я просто надеялся, что она не обвинит меня во всем, что произошло, хотя у нее были на это все основания.
Эллиотт и Деймон также имели все основания злиться на меня. Наш лидер чуть не погиб от рук Бранса. Так вот почему Эллиотт сейчас молчит?
Когда лифт замедлил ход, связь с Лорной ожила. Ее облегчение, любовь и волнение чуть не сбили меня с ног. Эллиотт покачнулся на ногах. Я взглянул на него, но он не смотрел на меня. Он сосредоточился на дверях, будто мог заставить их открыться одним взглядом.
— Думаю, наша девочка рада, что мы дома, — сказал он, нарушая повисшее между нами молчание.
— Верно.
Я удивился, откуда он узнал. Он не мог почувствовать ее через мою связь, если только… Должно быть, Лорна заявила на него права. Меня кольнуло раздражение. Они наслаждались друг другом, пока мы с Натаном сражались с фейри. Я понимал, что злиться неразумно — мы все знали, что рано или поздно это случится, — но я не мог сдержать горечи, подступающей к горлу.
Двери лифта открылись, и на пороге появилась она, одетая в шорты Эллиотта и одну из его футболок. Ее волосы были еще влажными после душа, который она, вероятно, приняла, как только приехала сюда. То, в чем я отчаянно нуждался.
Она поднесла руки ко рту, и в ее глазах заблестели слезы.
— Кенрид, с тобой все в порядке? — Ее мольба, произнесенная шепотом, рассеяла все мои тревоги. Она не злилась. Она беспокоилась обо мне. Несмотря на то, что на ней была одежда Эллиотта, она в первую очередь думала обо мне.
Я обошел Эллиотта и захромал к своей второй половинке. Она протянула руку, но не коснулась меня. У меня не было сомнений, что я весь в синяках. Я чувствовал каждую боль, но не позволю ей оторвать меня от другой половины моей души.
Я обнял ее и прижал к себе, вдыхая аромат ее свежевымытых волос. Она обняла меня в ответ. Мне было так приятно прижиматься к ее телу, несмотря на причиненную боль.
— Мне так жаль, Кенрид, — сказала она. — Я бы никогда не простила себя, если бы ты… — Она замолчала и сделала долгий, прерывистый вдох. — Я так сильно тебя люблю. Мне нужно, чтобы ты знал, как сильно я тебя люблю.
— Я знаю, — сказал я, и мое сердце наполнилось радостью от ее слов. — Ты ни в чем не виновата. — Я осторожно отстранился и посмотрел в ее заплаканные глаза. — Ты в порядке?
— Нет, я так волновалась за тебя, — ответила она. — И за Натана. — Она вздрогнула и оглянулась через плечо. — И за Эллиотта и Деймона. У меня так много вопросов.
Я отодвинулся чуть дальше, переплетая свои пальцы с ее. Я нуждался в ее прикосновении, даже если это могла быть только ее рука в моей. Мое тело болело слишком сильно, чтобы даже думать о сексе.
Эллиотт поставил пакеты с едой на обеденный стол и вернулся к Лорне. Его взгляд метался от ее лица к нашим соединенным рукам, но он не замедлил шага. Как только он подошел к ней, то обхватил ладонями ее затылок и поцеловал. Это был требовательный поцелуй, призванный продемонстрировать, что она принадлежит ему.
Она запустила пальцы свободной руки в его волосы и поцеловала его в ответ. Но она не отпустила меня. Этот маленький знак обладания с ее стороны показался мне удивительным.
Их поцелуй закончился, но Эллиотт не отпустил ее.
— Бранс ведь не причинил тебе вреда, правда?
Она покачала головой, все еще зажатая в его руках.
— Он сделал тебе больно?
— Ни капли. — Эллиотт улыбнулся и, наконец, отпустил ее. — Давай поедим. У всех нас есть вопросы.
Еда показалась вкусной. Я плюхнулся на ближайший стул, радуясь возможности отвлечься. Лорна помогла Эллиотту распаковать коробки с едой, которую он купил в местном каджунском ресторане морепродуктов.
Я положил себе на тарелку овощи и макароны и стал ждать неизбежных вопросов. Это не заняло много времени.
— Я прошу прощения за то, что позволил увести себя от Натана, — сказал Деймон.
Мы все уставились на него, разинув рты. С какой стати он решил, что это его вина?
— Это не твоя вина! — воскликнула Лорна. — Все, что случилось, — дело рук Бранса и Элиссы. Не смей пытаться взять вину на себя.
Я улыбнулся своей свирепой паре.
— Это и не твоя вина, что Кенрид и Натан стали мишенью, — возразил Деймон, разделяя мои опасения.
Лорна нахмурилась и открыла рот, чтобы возразить, но Эллиотт перебил ее.
— Деймон прав. Не похоже, что ты бегал вокруг, размахивая плакатом с надписью «Я дампир!», — Эллиотт замахал руками в воздухе, хреново передразнивая голос Лорны. — Ты сделала все возможное, чтобы всех разубедить. Это не твоя вина.
Лорна фыркнула и начала говорить снова, но я поднял руку и остановил ее.
— Я видел тебя сегодня утром с Брансом, — сказал я. — Ты снова выставила его дураком перед фейри. Ты выставила его лжецом, хотя мы не умеем лгать. Элисса выползла из той комнаты, зная, что ты — не дампир.
Лорна уставилась на меня так, словно я понятия не имел, о чем говорю. Но как только слова слетели с моих губ, в голову пришла другая мысль. Та, о которой я не хотел думать. Вместо того, чтобы убедить фейри, что она — не дампир, она подтвердила, что она именно то, на что надеялись фейри? Хотел ли я озвучить эти опасения? Не совсем.
— Это не твоя вина, Лорна, — сказал я. — Если кто-то и виноват, кроме Бранса и Элиссы, так это я. Должно быть, я что-то сделал, что заставило их связать тебя с беременной женщиной, сбежавшей из исследовательского центра.
— Это нелепо, — отрезала Лорна.
— Нам нужен план, — сказал Эллиотт, снова прерывая свою пару. Она бросила на него свирепый взгляд, но, похоже, его это не задело. — Даже если Лорне удалось убедить остальных фейри, что она — не дампир, королевы фейри должны быть убеждены. Именно они подталкивают Изгнанников к поискам Лорны.
Эллиотт был прав, но я не знал, как убедить королев отступить. Элисса, скорее всего, расскажет им о том, что видела, но я не был уверен, что этого будет достаточно. У двора фейри должны быть какие-то другие доказательства существования Лорны. Мои мысли снова вернулись к тому, как Элисса интерпретировала бы контроль Лорны.
Я оглядел сидящих за столом людей, которым доверял больше всего, и принял решение.
— Я просто размышляю, — сказал я, поймав на себе удивленные взгляды Эллиотта и Деймона. Я никогда не делился с ними своими теориями, поэтому их удивление было в какой-то степени оправданным. — Если Элисса расскажет королевам о том, что она видела, это может обернуться совсем не так, как мы надеялись, и подвергнуть Лорну еще большей опасности. Лорна столько раз демонстрировала свое самообладание. Она именно то, что пытались создать фейри.
За столом воцарилась тишина. Деймон нахмурился. Эллиотт издал низкое рычание. У Лорны перехватило дыхание.
— Стойкий дампир, — сказал Деймон через несколько мгновений. — Я должен был убить их всех.
Лицо Лорны побледнело, а глаза из голубых стали черными. Я мог только догадываться, что подумала ее дампир.
— Они не могут заполучить ее, — заявил Эллиотт, снова зарычав.
  
— Да, не могут, — согласился Деймон. — Возможно, у меня есть план, который удержит их на расстоянии, если они действительно узнали правду.
Я перевел взгляд на демона, ожидая, что он объяснит. Он взял вилку и начал есть почерневшую креветку у себя на тарелке.
— Ну, не держи нас всех в напряжении, — сказала Лорна, но я услышала в ее голосе нотки дампира.