P.S. Люблю

А еще у меня огромное количество красок, карандашей и прочих штучек, что есть у настоящих художников. Вот только я не художница, хотя очень хотела заниматься живописью. Но жизнь расставляет приоритеты, да и не только она. Последнее слово, как оказалось, было не за мной.
И вновь горло сдавил невидимый комок.
– Я немного рисую. В свободное время.
– Хобби?
Мои губы скривились.
  
– Типа того.
– Пейзажи? Портреты? Или что-то еще? – он задумчиво сдвинул брови, будто вспоминал школьный курс ИЗО.
Хотелось рассмеяться, да вот только мне было не до смеха, когда дело касалось моего увлечения. Именно того, что я любила всем сердцем, к чему стремилась. Чем на самом деле хотела заниматься.
– В основном портреты.
Мужчина кивнул, будто что-то отмечая для себя.
Я же вновь ощутила себя не в своей тарелке. И что я здесь делаю?
Ах да. Прячусь от Жени. Ведь если она увидела бы меня разгораживающей с мужчиной на улице, обязательно бы доложила моему отцу. Звучит странно, но я знала, что Женя шпионила за мной. Отец так просто не отпустил бы меня жить отдельно, вдали от родного дома. Он полностью управлял моей жизнью после смерти матери. Словно я стала для него приоритетной целью. Хотя так оно и было.
Стоило признать – я попала под гиперопеку родного отца. Потеряв любимую жену, он всеми силами старался защитить меня. Вот только некоторые вещи не во власти моего отца, отчего он злился еще сильнее. И стоило мне допустить хоть какую-нибудь оплошность, о которой бы папа узнал, то не видать мне самостоятельной жизни.
Горько признавать, но я все еще зависела от него.
А теперь вот на свою голову согласилась поужинать с незнакомцем, а сама то и дело бросала взгляды в сторону дверей. Не войдет ли сюда Женя с подружками. Не увидит ли меня. Не донесет ли отцу…
И где была моя голова?!
– Ваш заказ.
Вздрогнув, взглянула на поднос, который опустился передо мной. Выдохнула. Так, быстренько все съем и сбегу, конечно же, поблагодарив и не забыв сказать, что теперь мы точно в расчете, и ему не стоит переживать из-за того, что он сбил меня с ног и раздавил своим ботинком мою счастливую статуэтку.
Подарок мамы.
Ее последний подарок перед тем, как она оказалась в больнице и уже больше не вернулась домой.
Слезы подступили к горлу.
– Та вещица… Она дорога тебе?
Если бы я не сидела, то свалилась бы с ног. Я посмотрела на мужчину, во взгляде которого отчетливо читалось беспокойство.
Он будто читал мои мысли.
Медленно кивнула. Зачем лгать, не правда ли?
– Извини.
– Вы уже извинились.
И опять эта неловкая пауза, от которой только тошно становилась. Я потянулась к чашке, но так и не смогла выпить ни глотка. Поставила чашку на стол и положила перед собой руку.
– Это был стеклянный журавль. Мне его мама подарила, – сглотнув, я опустила взгляд. – Она любила коллекционировать подобные штучки. Папа никогда не понимал ее увлечений, и все равно поощрял. Поэтому у нас дома было целых три огромных стеллажа со всякими статуэтками. Когда мамы не стало, – мой голос перешел на шепот, – папа избавился от всей коллекции. Сказал, что они напоминают ему о маме…
Моей руки коснулась чужая ладонь.
Я вздрогнула и взглянула на Валерия.
Он отдернул руку и неловко улыбнулся.
Я отвернулась, сморгнув слезы.
– Прости.
– Я пойду.
Поднялась с диванчика. Сжала кулачки.
Валерий взглянул на меня, но ничего не сказал. Наверное, он чувствовал себя неловко, вдруг выслушав исповедь девчонки, которую совсем не знал. А я… Тоже молодец! Зачем все выдала ему как на духу?
Дура!
Всхлипнув носом, качнула головой в знак прощания и покинула кафе, пока было не поздно. Слезы обжигали глаза.
Как добралась до квартиры, я не помнила. Зато быстро пришла в себя, когда поняла, что где-то потеряла телефон. Обшарив все карманы, с тихим всхлипом опустилась на стул.
– Что же сегодня за день-то такой…
 
Глава 3
 
– Это ваш телефон? – спросила официантка, указывая рукой в сторону свободного диванчика.
Я вынырнул из мыслей. Сначала взглянул на официантку, попросив повторить вопрос, а далее, перегнувшись через стол, увидел лежащий на сиденье смартфон в голубом чехле.
Тихое хмыканье сорвалось с губ.
– Моя знакомая забыла.
Официантка молча пожала плечами и отправилась разносить заказы, а я, взяв в руки забытый гаджет, повертел тот в руках. Может, она вернется за телефоном, когда поймет, что забыла его. Нынче все без смартфонов жить не могут, ни на секунду не выпускают из рук. Да что там. Я ведь такой же. Все время с телефоном. Все время куда-то спешу, что-то делаю, звоню, решаю.
У меня абсолютно нет времени на себя.
Кажется, я уже забыл, как дышать. Как просто жить.
А ведь моя жизнь, как оказалось, коротка.
Неприятное ощущение заскользило под кожей, как ледяная змея, которая вот-вот обовьет шею и задушит.
Стряхнув с себя чувство, так похожее на страх, я вновь глянул на телефон. Простой, в силиконовом чехле. Нажал кнопку. Экран блокировки без кода. Нет, я, конечно, копаться в телефоне не собирался, но решил подождать. Может быть, она все-таки вернется.
Но шло время. Мой то ли поздний обед, то ли ранний ужин подходил к концу, а пропажу забирать так никто и не пришел.
Расплатившись по счету, я сунул телефон в карман и направился обратно в офис. Оставалось еще несколько важных дел, которые могли бы подождать до понедельника, но теперь у меня не было такого простого, но важного ресурса, как время.
Время было не на моей стороне.
Я закопался в делах, что когда зазвонил мобильный. Вздрогнул и снес локтем папку с документами. Та свалилась на пол, а файлы, которые не были подкреплены, разлетелись вокруг стола.
Чертыхнувшись, полез одновременно за телефоном и стал собирать документы.
– Добрый день, Валерий. Это Иннокентий Маркович.
И вновь этот холод, что скользил под кожей змеей, вернулся, парализуя мышцы и превращая кости в камень.
– Добрый.
Хотелось сказать, что и ни черта не добрый, но мы же все люди взрослые, понимаем, когда нужно держать язык за зубами и принимать факты как данность.
– Надеюсь, я вас не отвлекаю.
– Нет. Что вы! Это я, похоже, забыл вам перезвонить.
На самом деле не забыл. Просто не хотел. Оттягивал время.
И зачем?..
– Вновь на работе?
Я глянул на заваленный бумагами стол.
– Да, забежал на часок. Кое-что важное нужно доделать.
И это важное вполне могло подождать до понедельника – терзал в голове противный голосок.
– Вы же прочитали мое сообщение?
Сглотнул. Глянул на пол, на бумаги, что валялись кучей под ногами. И на свою руку, которая тряслась.
– Да, видел. Обязательно заеду к вам в понедельник.
– Хорошо. Я буду вас ждать, Валерий.
Мои губы дрогнули в каком-то жалком подобии улыбки.
– И еще один вопрос, – добавил мой лечащий врач, когда уже было я собирался распрощаться с ним и сделать вид, что этого звонка не было. Хотя бы до утра понедельника.
– Да, слушаю.
– Вы уже приняли решение?
Молчание говорило за себя. Иннокентий Маркович все понял без слов.
– Прошу, Валерий, не тяните с решением. Для вас каждый день на счету. Нужно бы поторопиться.
– Да, я понимаю, – затараторил, стараясь не смотреть на дрожащую ладонь. – Давайте в понедельник все обсудим.
– Хорошо. До встречи.
Я опустился на стул. Тяжело вздохнул.
Больше не получится отмалчиваться, прятать голову в песок. Нужно принимать решение. Но как же сложно сделать этот шаг…
***
– Черт! Черт! Черт! – ругалась я, вылетая из кафе, в котором еще час назад сидела в компании не самого приятного собеседника, а теперь думала, где мне найти его!
  
Мой телефон, как сказала официантка, забрал мужчина, с которым я пришла пообедать. Или точнее сказать поужинать, судя по расположению стрелок на циферблате наручных часов.