Меня зовут господин Мацумото! Том 3 (СИ)

Перед уходом обратил внимание на взгляды знакомых мне женщин. Я всё-таки решился на это. Такэути выглядела удивлённой и недоверчивой, что меня оскорбило, даже не знаю почему? Токугава сначала снимала всё происходящее на телефон, а потом принялась кому-то звонить. Наверное, я зря это сделал, но представил себе начало её разговора.
«Алло, Галочка? Ты сейчас умрёшь! Потрясающая новость! Якин бросил свою кикимору, ну… И уговорил меня лететь с ним в Гагры!.. Алло, Вава? — Ты сейчас упадёшь…»
Хотя, скорее всего, это должно выглядеть так.
«Алло, Микадочка? Ты сейчас умрёшь! Потрясающая новость! Мацумото бросил свою кикимору, ну… И уговорил Хаякаву сходить с ним в онсен!.. Алло, Итакура? — Ты сейчас упадёшь…»
— О чём думаешь? — у Хаякавы сработала женская интуиция.
Как они это делают? Хочу научиться.
— Тебе лучше не знать, — мрачно отказался говорить, не поворачивая головы.
Поскольку мне не нужно было с ней что-то из себя изображать, пытаться ей понравиться, быть обходительным, мы общались довольно свободно, как старые приятели. Я не верил, что ещё раз с ней встречусь после отъезда из Рётте, вот и не заморачивался по этому поводу.
— И всё же? — настояла девушка, предчувствуя, что это точно что-то интересное, а значит, нужное ей.
Узнав, в чём дело, Хаякава задорно рассмеялась.
— А что, ты действительно хочешь предложить сходить в онсен? — ехидно спросила, не воспринимая мои слова всерьёз. — Мечтаешь увидеть меня без одежды? — игриво поправила рукав дизайнерской блузки с украшением на воротнике.
Это с Итидзё мы придавали особую важность вчерашнему свиданию, поэтому старались всячески избегать неосторожных слов и недопониманий, смущаясь, волнуясь о пустяках, ведя себя глупо, поскольку думали о будущем. Видели в партнёре возможного члена семьи, а значит, не хотели его разочаровывать или расстраивать. Сейчас же атмосфера нашего совместного времяпрепровождения была совсем другой, как и поведение. Она ощущалась более непринуждённой.
— Почему бы и нет, — спокойно пожал плечами. — Только в разные дни, в разные отделения и в разных отелях. Не хватало ещё нарваться на дуэль с Сацуки. Он не медведь, может и обидеться.
— Кто, этот пижон? Не смеши, — презрительно усмехнулась Хаякава.
Её отношение к Сацуки за эти дни кардинально поменялось. Вот что значит, разочароваться в человеке.
— Если что, я сама ему мозги вправлю.
— То есть, это ты приглашаешь меня в онсен? — наигранно испугался и восхитился её смелостью.
— Не будь дураком, — несильно ударила меня кулачком в плечо. — Приличная девушка такого себе позволить не может.
«Даже если хочет» — почудилось продолжение, относящееся не ко мне, а к предполагаемой ситуации в целом.
— Так это приличная, — беззаботно пожал плечами, за что тут же получил болезненный пинок в лодыжку.
Ну да, это точно не Итидзё, та бы просто покраснела до корней волос. И не Киока, которая бы одними словами растёрла меня в порошок, заставив чувствовать вину и раскаяние.
Накамура на произошедшее в баре отреагировала, как и ожидалось. Она сильно удивилась. Выглядела немного потрясённой и обеспокоенной. Подойти к нам так и не решилась. Судя по выражению лица, размышляла, как много непуганых медведей бродит возле отеля, в котором собралось огромное количество гостей и важных персон. Просто чудо, что всё так обернулось и никто из них не пострадал. И животные в том числе, а то бы зоозащитники устроили тут настоящий шабаш ведьм. В Японии права представителей животного мира охранялись очень серьёзно.
Хорошо, что эта новость была подана в положительном ключе. Учитывая, что я сотрудник компании Теннояма, так и вовсе из неё можно извлечь выгоду. Директор ПР службы Мацудара-корп так и поступил бы. Даже раньше, чем закончился репортаж. Однако Накамура не из пиар отдела и не из Мацудара-корп, так что просто ограничится выписыванием премии мне и штрафом службе безопасности Рётте. Я так думаю. Ещё и управляющему отеля устроит грандиозный разнос, почему она узнаёт об этом инциденте из телевизионных новостей, а не из служебной записки. Подозреваю, управляющий потом сорвёт злость на своём заместителе, а тот на мне. Скажет, вовремя не доложил, хотя я так и поступил, как только вернулся в отель. Не сделал больше, чем сделал, уж извините за тавтологию. Униженно не извинился перед гостьей, в присутствии своего начальника. Если гость попал в неприятности по вине отеля, то перед ним требуется извиниться вне зависимости от предпринятых мер по их устранению. Так что меня и поощрят, и накажут, и пристыдят, и я ещё должен буду за это остаться благодарным.
 
Что касается Мивы, то она выглядела несколько растерянной и хмурой. Где-то секунд пять. Потом подозрительно заулыбалась и одарила меня многозначительной улыбкой. Странно, что не показала двумя пальцами сначала на свои глаза, а потом на мои. Видимо, не удовлетворённая одной пощёчиной, поняла, что сделать мне гадость здесь стало значительно сложнее. Как и ненавидеть за сам факт моего существования. Какая «жалость». Впрочем, чем ей хуже — тем мне радостнее, поэтому покровительственно, со снисхождением кивнул этой стерве, вызвав у неё очередной всплеск жажды убийства. Как приятно, что в этом мире хоть что-то остаётся неизменным.
Выведя Хаякаву на тенистую аллейку, повёл девушку в парковую зону, где намеревался её оставить. Дальше пусть сама решает чем заняться. Кого бы ей ещё подоставать. В крайнем случае, выясню и сдам убежище этого трусливого енота Сацуки. Его больше не жалко.
Вроде бы, всё только успокоилось, мы перестали ловить на себе любопытные взгляды, как я заметил неприятную сцену, от которой сразу же насторожился. Почувствовав неясную тревогу, моё тело отреагировало на неё автоматически, будто напружинившись, перейдя в режим повышенной готовности.
На наших глазах какой-то лохматый, узколицый, длинноволосый, неопрятный тип в клетчатой рубашке и чёрной футболке с принтом черепа приставал к благообразной женщине средних лет. Пока он обходился без распускания рук и явно выраженной агрессии, но к этому, судя по всему, всё шло. Этот человек производил неприятное впечатление, похоже, не только на меня. Неподалёку ожидали дальнейшего развития событий два сотрудника службы безопасности Рётте. Пока женщина не нуждалась в чужой помощи и не просила её, они не вмешивались, уважая личное пространство гостей, какими бы они ни были.
Проходя мимо этой пары, как и многие другие люди на аллее, оборачивающиеся на шум, мы услышали часть их спора. Женщина оказалась известной писательницей, замужней, если это кому-то интересно. В Рётте она приехала представлять свою новую книгу. Давала автографы, фотографировалась вместе с поклонниками её творчества, отвечала на их вопросы, как и полагалось. Лохматый тип называл себя её преданным фанатом. Причём во всех смыслах.
Что-то в последнем томе ему сильно не понравилось, от слова — совсем. Он попытался донести до писательницы свою точку зрения, но, видимо, выбрал для этого неудачный способ и не нашёл понимания. Писательница попросила его удалиться, отказавшись давать автограф. Он начал громко возмущаться, будучи легко возбудимым, нервным человеком. Как позже выяснится, принимающим антидепрессанты, да ещё и обладающим очень уязвимым самолюбием. Естественно, охрана вывела его из отеля подышать свежим воздухом.
Вместо того, чтобы покинуть негостеприимное место, мужчина, затаив обиду, решил дождаться писательницу. Пойдя на принцип, он захотел добиться от неё извинений. Писательница, выйдя немного прогуляться, на свою беду попалась ему на глаза. Будучи гордым человеком, знающим себе цену, и уважаемым профессионалом, в чём все её убеждали, женщина отказалась идти ему навстречу. Постепенно их спор скатывался во взаимные обвинения и банальную ругань. Обычно это всегда плохо заканчивалось, если никто из конфликтующих людей не был готов сделать шаг назад.
Чувствуя себя в столь людном и престижном месте в полной безопасности, потеряв терпение, больше не в состоянии терпеть этого наглеца, она его грубо оскорбила. На глазах обиженного инфантила блеснули слёзы. Личную обиду и разочарование он принял за оскорбление всех её поклонников, конечно же, в своём лице. Решил, что она безвозвратно испортила сюжет замечательной книги и дальше всё будет только хуже. Поддавшись эмоциям, этот придурок захотел спасти своих «собратьев» от того, что он только что пережил. Как это лучше всего сделать? Правильно, устранить источник проблем. В «праведном» гневе, неожиданно для всех, мужчина выхватил из кармана маленький перочинный ножик, который тут же приставил к шее женщины, крича, что она продажная шлюха и лицемерная тварь, и должна за это гореть в аду.