Меня зовут господин Мацумото! Том 3 (СИ)

— Видимо, всерьёз нацелились на твои, — с улыбкой подсказала развеселившаяся девушка, которую эта ситуация позабавила. — Смотри, как они делают вид, будто пришли сюда случайно, по своей воле. Не подскажешь, зачем? — полюбопытствовала, чувствуя волнение и в какой-то степени давление «соперниц», что льстило её самолюбию.
В это время по всем телевизорам, показывающим одну и ту же картинку, начали крутить популярную рекламу новой модели Тойоты.
— А это разве не ты? — поражённо спросила Хаякава, показав пальцем в сторону ближайшего экрана, разумеется, подав этим знак и для остальных.
Не заметить наше сходство было сложно, тем более, имея перед глазами образец для сравнения.
— Нет, не я. Но мне часто говорят, что я чем-то похож на этого актёра, — неловко улыбнувшись, отказался от чести стать знаменитостью прямо сейчас.
Грим меня в рекламе хоть и состарил, но всё же оставил узнаваемым.
После минутной паузы, во время которой Хаякава задумчиво пила коктейль через трубочку, в новостной программе, пришедшей на смену рекламе, вновь показали меня, но в другом образе. При обсуждении законопроекта об усилении норм пожарной безопасности в качестве примера показали сюжет, как я самоотверженно спасал людей из горящего здания.
— Это тоже не я, — угрюмо заявил, почувствовав, как на мне скрестился с десяток заинтересованно-изучающих взглядов.
Убил бы журналиста за проведённое им расследование, касающееся личности героя. Далее по телевизору показали ролик, где я избивал дюжину якудза у круглосуточного магазинчика. А ведь продавщица меня уверяла, что копий у неё не осталось. В очередной раз убеждаюсь, никому нельзя верить. Причём новость была подана так, словно неизвестный герой боролся с хулиганами, нарушающими общественный порядок. Что не удивительно, ведь якудза в положительном образе в официальных новостях никогда не показывали.
— И это не я, — уверенно заявил, не поворачивая головы.
Затем пошли кадры, на которых я погнался за похитителем женской сумочки. Сначала с камеры ближайшего магазинчика, а потом и патрульной машины. Да сколько же в Японии уличных камер? Они что здесь, на каждом шагу? Уже плюнуть некуда, чтобы через минуту не получить автоматически выписанный штраф. Ну и как же обойтись без сюжета об оказании мною первой помощи госпоже Хитачи, в продолжение поднятой темы о достойных гражданах, живущих среди нас? Словно в насмешку, фокус внимания был сосредоточен на том, как «спасатель» трогал её за пышную грудь. Зрители такое любят, что полезно для рейтингов программы.
— Да он же даже на меня не похож, — возмущённо показал рукой на экран, пытаясь оправдаться, хотя меня никто ни о чём не спрашивал и, уж тем более, ни в чём не обвинял.
Казалось, теперь-то всё, можно выдохнуть, сюжет закончился. Но нет, в разделе международной хроники нам показали безобразия на Ближнем Востоке. Описывая конфликт с пиратами в Сомали, за каким-то ёкаем показали кадры из Йемена, на которых правительственные войска спасали иностранных туристов от террористов. Нужно ли уточнять, каких именно? И о том, что туристы передвигались с вооружённой охраной, попав в засаду?
Пусть мне назовут адрес того кулинарного техникума, откуда набирают нынешних журналистов, я на них в суд подам, за некачественную выпечку. Видимо, для них, что Сомали, что Йемен, находятся где-то рядом, буквально через улицу, а не через пролив. Найденный в сети ролик показался им удачным, а главное, подходящим по смыслу, вот его и взяли за основу, для описания ситуации. Нет чтобы как все продвинутые «профессионалы» взять кадры из компьютерной игры и выдать их за реальные. Монтажёры хреновы.
— А это, тем более, не я и не в Сомали! — повысил голос, начиная злиться и внутренне паниковать.
Одно дело получить сомнительную славу борца с хулиганами и совсем другое, то ли жертвы, то ли борца с террористами. И, конечно же, новости завершились выражением благодарности сознательному гражданину, спасшему от нападения горного медведя беззащитную девушку в окрестностях отеля Рётте. По их словам, выходило так, будто этот гражданин медведя чуть ли не голыми руками забил до смерти. В Японии это довольно популярный мотив для историй и фильмов про каратэ. Хорошо не сказали, что он пасть ему порвал, повторив подвиг легендарного Самсона.
 
— А вот это уже совсем неправда! — обиженно повысил голос, облокачиваясь на барную стойку, пытаясь дотянуться до пульта. — У меня был электрический массажёр для лица и апельсин.
Тонкая чёрная полоска, прикрывающая глаза упомянутого в сюжете «неизвестного» героя, могла сохранить анонимность только автора ролика, но никак не показанного в нём человека. Лучше бы на студии так хентай цензурили, сволочи, а не оберегали личную информацию граждан. Хотя они и так этим занимались, безо всяких подсказок. Законы в Японии не только суровы, но и своеобразны. Чёрная полоса на показанной фотографии есть? Есть. Что-то же она закрывает? Закрывает. Значит, закон соблюдён. Её размер же нигде не оговаривается, как и местоположение. Впрочем, в утешение могу сказать, что личность Итидзё скрыли на том же «высочайшем» уровне.
В конце выпуска зрителям традиционно пожелали хорошего дня. Спасибо! Как это своевременно. Что-то у меня неприятно засосало под ложечкой. И спина вдруг зачесалась. И тихо как-то стало. Ой как не хочется оборачиваться.
 Глава 19 
Чего я не ожидал, так это того, что мне начнут громко аплодировать. Причём абсолютно все присутствующие в баре посетители и сотрудники, выражая благодарность за спасение людей. Где бы вы ни были, такие поступки всегда вызывают уважение, а их исполнителей чествуют, как героев. Из-за этого я почувствовал себя довольно странно. Мне стало приятно, чего скрывать, но в то же время и неудобно перед ними. Будто бы я специально всё это подстроил, действуя тогда не из сострадания, а из корысти. Кроме того, меня смущала мысль, а действительно ли я всё это заслужил?
— Ты не рассказывал, что свалил медведя ударом кулака, — шутливо упрекнула подозрительно радостная Хаякава.
Ещё бы, ведь брызги льющегося на меня потока благодарностей попали и на неё.
— Не издевайся. Я его не вырубал. Я с ним вообще не дрался. Мы мирно разошлись, — попытался оправдаться, занявшись совершенно бесполезным и неблагодарным делом.
Когда люди хотят услышать то, что им нужно, они это сделают и в шуме ветра, и в шуме воды, и в шуме травы.
— Конечно, скромность украшает настоящего мужчину, — понимающе закивала Хаякава, ничуть мне не веря.
— За счёт заведения, — бармен с сияющим от восхищения лицом подал нам два фирменных, самых дорогих коктейля. — Поверить не могу, — тихо забормотал, переходя на другую сторону стойки. — Буду всем рассказывать, что угощал в своём баре человека, сумевшего отметелить медведя, спасая из его когтей девушку.
Ну вот и родилась очередная байка. Похоже, я только что встретил свою овцу на главной площади, в полдень, с которой хоть и не согрешил, но все так подумали. Теперь, что ни соверши и ни скажи, все будут с удовольствием вспоминать именно этот эпизод моей биографии, преумножая его с каждым поколением верующих в сказки. Кому будет интересно, что там произошло на самом деле? По новостям же сказали, а в них обычно всё преуменьшают и не договаривают, вот мы это и поправим.
И это при том, что на меня до сих пор после съёмок в рекламе оборачивались люди, задумчиво разглядывая. Пытались угадать, он это или не он? В офисе на эту тему уже не раз подшучивали. Теперь даже не представляю, чего ожидать. Попробуй докажи, что медведь был маленьким, уставшим и добрым. В воображении слушателей он предстанет, непременно двухметровым, заросшим чёрной, длинной шерстью, свирепой зверюгой с налившимися кровью глазами и устрашающими когтями. Жаль, не догадался сфотографировать эту «машину для убийства» охотничьих сосисок.
Опасаясь оставаться в баре, а то ко мне подходило всё больше людей, желающих поздороваться и расспросить о тех событиях, а ещё лучше со мной сфотографироваться, будто я им какая-то достопримечательность, решил сбежать из «долины страшных историй». Вовремя подхватил Хаякаву под локоть, а то она уже начала прихорашиваться, приосанилась, готовится давать интервью. Даже знать не хочу, о чём девушка собралась рассказывать. Не слушая возражений, потащил её на свежий воздух, мечтая встретить очередного медведя. В этот раз я буду умнее. Однако судьба второго шанса не дала.