Нам здесь (не) жить (СИ)
Но правительство Японии, в свою очередь, не хотело даже слышать, чтобы на год оставить своих граждан в руках работорговцев. Ну или в руках императора, что не намного лучше.
Зорзал В ПРИНЦИПЕ не возражал отдать пленников в кредит — и получать грузы потом. Если бы у него была гарантия, что японцы обещание сдержат. А гарантий у него не было и быть не могло — война это путь обмана, и ни один международный суд не обвинил бы JSDF, если бы они хитростью выманили заложников, а потом вместо оплаты разбомбили Садеру к такой-то матери.
Поэтому был предложен следующий компромисс. Зорзал собирает всех японских «рабов» у работорговцев и размещает их во дворце со всеми удобствами. К каждому из них отправляются два безоружных наблюдателя — врач и психолог. Которые проследят, чтобы пленники не претерпевали НОВОГО физического или психологического насилия, и потихоньку реабилитировались после уже испытанного. Пока эти наблюдатели рапортуют, что с заложниками всё в порядке — они поочерёдно обмениваются на поставки. Как только условия содержания нарушены — подвоз зерна прекращается, а японская артиллерия или авиация наносит удар по чему-нибудь важному за пределами Садеры — чтобы напомнить, что так делать нельзя.
Изначально это было всё затеяно как военная хитрость. Использовать тот факт, что Зорзал пока не понимает, НАСКОЛЬКО солдаты с огнестрелом превосходят привычных ему вояк. Да, у наблюдателей не будет оружия, но передатчики-то у них будут, а японскому спецназу большего и не надо. Как только местонахождение заложников будет точно установлено, молниеносный рейд тут же валит всю охрану и их вытаскивает. После чего боевые действия возобновляются уже в полном масштабе и без оглядки на возможность задеть своих. А о контракте никто не вспоминает, с террористами переговоров не ведут.
Однако после возвращения дипломатов на Алнус этот план был военными рассмотрен и отменён. Не знаю точно, почему — предполагаю, что учли тот самый фактор, который привёл к потере вертолёта и захвату экипажа БРДМ. Здесь ходит что-то такое, что может быть опасно и для современной бронетехники. И японцы очень не хотят, чтобы об этом стало известно большим дядям. Иначе их могут вежливо отодвинуть в сторонку и сказать «дальше, ребята, мы сами». По той же причине и гибель племянника Рока стараются замять — кроме разбитого или угнанного вертолёта и пары бронемашин в небоеспособном состоянии, других потерь здесь пока не было. Методом исключения делаем вывод, что он был в одной из трёх пострадавших машин. К сожалению, я не спросила вовремя, какая у него была должностная специализация.
К приезду руководства «Лагуны» мои ребята выяснили, куда лучше всего ставить жучки и за кем понаблюдать плотнее. Сами мы их не ставили, ибо были теперь не бандой, а законопослушными дипломатами. Но с Китаем и США нелегальную разведку согласовали, потому что им в потёмках сидеть тоже не хотелось, а Бенни и Рок, если что, были готовы сделать невинную мину «не знаем никакой Балалайки, это всё мы сами по личным мотивам». Им, конечно, надерут задницы и выставят прочь, но не посадят — в этом случае мы найдём способ поднять шум, а шум японцам не нужен.
Сейчас «Лагуна», конечно, не была той крошечной конторой из четырёх человек на одном катере и одном авто, как в дни нашего первого знакомства. Она разрослась до вполне приличной фирмы с персоналом в сотню душ. Датч стал гендиректором, Реви возглавила силовой отдел, Бенни — информационный, а Рок — логистический. Если же учесть всех, кто работал на них по разовым контрактам, то счёт легко мог дойти и до тысячи. Но большинство, конечно, продолжали как ни в чём не бывало работать в южных морях. Японцы, скрипя зубами, согласились пропустить во Врата два десятка, предварительно тщательно проинспектировав каждого, изучив биографию и едва ли не до трусов раздев. Только Реви и Датчу разрешили оставить личное оружие — впрочем, предупредив, что толку от него будет мало. Все остальные проходили как гражданские специалисты и в вопросах безопасности должны были целиком полагаться на JSDF.
Войдя в палатку, Рок вежливо поздоровался со всеми присутствующими и углубился в изучение предоставленной японцами геофизической карты. Благо самолёты-разведчики тут уже всё облетали вдоль и поперёк, так что лично изучать местность ему не требовалось. Хотя позже он признался мне, что был готов на всякий случай и к такому развитию событий. Что-то прикинув на калькуляторе, он уверенно кивнул.
— Так я и думал. Грузовиками выходит быстрее всего при заданной стоимости. Вертолётами или железкой — вырвемся за заданную смету не в разы даже, а на порядки. Баржами вышло бы немного дешевле, при идеальной организации — раза в два. Но втрое медленнее. Особенно в первый раз — учитывая, что нам надо ещё баржи или понтоны довезти до реки — а потом каждый раз возить к ней зерно всё теми же грузовиками. Я рекомендую не морочить себе голову, а сразу гнать к Садере автопоезда. Дорога римского типа — это, конечно, не современное шоссе — но гораздо лучше, чем полное бездорожье.
Говорил он на английском, видимо из уважения ко мне и остальным наблюдателям. Вряд ли даже двадцати лет в Роанапуре достаточно, чтобы забыть родной язык. Переводчики с японского у нас у всех были, но их участие замедляло бы процесс.
— Хорошо, — кивнул генерал Хазама, осмотрев начерченный карандашом Рока пунктир маршрута. — Мы обеспечим охранение — на земле и с воздуха. Хотите завезти всё за один рейс?
— Думаю, одну колонну в пятьдесят грузовиков вам будет проще прикрыть, чем две по двадцать пять грузовиков. Не надо будет распылять силы.
В первый рейс пошли, вооружившись просто до зубов. Три броневика спереди, три сзади, пять в самой колонне, четыре лёгких бронемашины, медицинская машина, инженерная машина, два вертолёта в воздухе. Я смотрела на всю эту роскошь и тихо подыхала от зависти. Ни в Афгане, ни тем более в Роанапуре ТАК организовать конвой мне бы никто не дал. Странно, что они ещё и танки не включили, для полного счастья.
— И это всё против дикарей с мечами и луками? — недоверчиво спросил Датч, явно впечатлённый не меньше.
— Против ТРЁХСОТ ТЫСЯЧ дикарей с мечами и луками, — уточнил лейтенант Янагида, адъютант Хазамы. — К нашему большому сожалению, количество всё-таки имеет значение, сэр. Особенно в поле, когда нет ни укреплений, ни тяжёлой артиллерии. По предварительным расчётам, если все войска, осаждающие Садеру, навалятся на нас одновременно — мы сможем нанести непосредственное огневое поражение лишь десяти тысячам в лучшем случае. Но это достаточно их задержит, чтобы мы успели перегруппироваться и отступить.
— Осаждающими? — слегка поднял бровь Рок. — Насколько я помню, войска 21 короля, что сейчас осаждают Садеру, были на тактической карте обозначены как условно дружественные…
— Весь вопрос как раз в этом «условно», Рок-сан. Условия могут меняться. Бывшие вассальные короли хотят, чтобы садерцы вымерли от голода. А мы хотим их накормить. Конфликт интересов, как говорят на гражданке в такой ситуации.
Как в воду глядел, мерзавец…
Мы не прошли весь путь с колонной. Рок и остальные ехали на собственном бронированном внедорожнике, настолько модифицированном, что я даже не смогла сходу опознать фирму-производителя. Конечно, чтобы проверить безопасность маршрута в целом — но вероятно, также Бенни параллельно прослушивал армейские переговоры и пытался их расшифровать. Вероятность, что по рации будет так или иначе упомянуто то, что убило его племянника, достаточно высока. Ведь сейчас бронемашины и вертолёты, как и в тот раз, покидают защищённый лагерь и выходят в поле.
Но спросить его, как успехи, я смогу только после возвращения. Потому что нас доставили к колонне вертолётом, когда ей оставалось всего несколько километров до первых заграждений мятежников, осаждавших Садеру. И пересадили в командно-штабную машину Type 82.
Ну что тут сказать, во всяком случае на сервис в Японии (или на любой территории, которую Япония считает своей) не пожалуешься. Ведь два водителя всю дорогу вели эту машину порожняком специально для нас. Чтобы предоставить и хороший обзор, и достаточно комфортный салон, и приличную защищённость. Чем мы и воспользовались, прилипнув к окнам — как для бронетехники, тут на удивление приличная видимость, почти как в туристическом автобусе.