Нам здесь (не) жить (СИ)
Разумеется, кончилось это тем, чего и следовало ожидать. Кого-то они, конечно, стоптали копытами, кого-то зарубили или насадили на копья — но потом легионеры просто задавили их массой, зажали с двух сторон, не давая развернуться стащили с коней крючьями, забили клевцами и чеканами… Потери противника с этого захода составили около трёх тысяч, наши — около тысячи. Вот всего-то ещё 99 раз так же — и можно свести битву вничью, что Империю вполне устроит.
А пока в пятом форте шла эта мясорубка, Дюран, даже не дождавшись её окончания, послал сапёрные команды проделать аналогичный проход в соседний, четвёртый форт.
Зорзал самолично прибил одного гонца, принесшего ему донесение о новой атаке. Спасибо не до смерти, только сотрясение мозга от удара по шлему. Добрый у меня сын вырос, мог бы и голову отрубить. Это мне отсюда через зеркало всё сразу видно, а ему приходится как обычно через вестовых приказы отдавать и доклады получать. И то, что он сейчас получает, ему очень не нравится. Дюран понимает, что большую армию под контролем не удержит, а потому работает ювелирно, небольшими отрядами, чтобы иметь возможность дать каждому конкретное и подробное задание. Может себе позволить — он ведь атакующая сторона, инициатива у него…
Была. Пока из дыры в стене пятого форта не вылетело, как снаряд из катапульты, нечто огромное, тёмно-зелёное и чудовищно стремительное. Все варвары, что оказывались у него на пути, разлетались в стороны, точно соломенные детские куклы — хорошо если одним куском. Конные или пешие, в броне или налегке — этому чудовищу было совершено без разницы. Только отряд великанов смог его задержать. Секунд на десять. Ровно столько понадобилось Го Гину (а я уже понял, что это наш «уважаемый союзный король»), чтобы раздать каждому по удару кулака — кому в челюсть, кому в висок, кому по черепу сверху. Великаны, в отличие от простых смертных, от его ударов не взрывались кровавыми фонтанами — всего лишь падали, как подкошенные. Огры тоже — только чаще уже не дышали после этого.
Варвары засыпали его стрелами, тыкали копьями… Бесполезно. На тролля это всё производило не больше впечатления, чем детское игрушечное оружие из тростника — на легионера в полном доспехе. У меня возникло полное впечатление, что он один, даже без своей свиты, может выиграть нам войну. Такого подавляющего превосходства одного воина над целой толпой я ни разу в жизни не видел. Будто сам Эмрой спустился на землю поразвлечься, истребляя жалких смертных, сея ужас и безумие.
Не стоило мне его вспоминать…
Го Гин внезапно остановился, точно налетев на стальную стену. На его пути стояла с пьяной ухмылочкой и горящими глазами совсем юная девица в чёрном платье, едва вошедшая в возраст замужества. Ну то есть, это так выглядело со стороны, если не знать, кто она на самом деле.
Апостол Эмроя Рори Меркури. И в спокойном-то состоянии опаснейшая из этих тварей! А сейчас она явно насосалась под завязку крови и душ, уже пролитых воинами на поле брани. Что сделало её… Не знаю, во сколько раз сильнее, но раз в десять безумнее — точно!
По сравнению с Го Гином, только что разметавшим пару центурий, она выглядела хрупкой щепкой, но король троллей явно не собирался судить о ней по размерам. Ответив ей точно такой же безумной ухмылкой, после того, как перемолвились парой слов, он извлёк странную деревянную дубину, при виде которой глаза Апостола расширились. Боги, как бы я хотел понимать, о чём эти двое сейчас говорят!
Самого столкновения я не увидел — оба бойца двигались чересчур стремительно для человеческого глаза. Алебарда Апостола вонзилась в плечо тролля… И застряла там, прорубив кожу и мускулы, но явно остановившись об кость.
Оружие Апостола! Способное пробить каменную стену, как обычная алебарда пробивает бумагу! Было остановлено телом живого существа! Теперь я точно видел в этом мире всё, включая то, чего не может быть.
Рассечённая до кости мышца, кажется, Го Гина не побеспокоила совершенно. Он сделал какое-то хитрое движение раненой рукой, стремясь перехватить алебарду за древко пониже и заодно ударить этим древком Рори в живот. Апостол крутанулась вокруг древка и ударила его ногой в челюсть. Го Гин цапнул зубами и ступня Рори вместе с половиной голени исчезла в его пасти.
Апостол всё-таки выпустила алебарду и прыжком ушла в сторону на трёх конечностях, пока Го Гин задумчиво и с видимым удовольствием жевал её ступню. Нога отрастала просто на глазах, но всё-таки где-то на полминуты её подвижность снизилась. Они с Го Гином снова обменялись какими-то комментариями. Возможно, он сделал комплимент её вкусу, а она была польщена. Учитывая степень безумия этих двоих, я бы не удивился — они явно нашли друг друга. Войска обеих сторон вокруг них замерли, не осмеливаясь вмешаться в поединок полубога с чудовищем.
Тролль перехватил алебарду — в его лапе она казалась простым боевым топором, и вес божественного оружия, неподъёмного для смертных, ему никак не мешал. И снова рванулся в атаку с такой быстротой, что на миг пропал из виду. Рори ещё не до конца восстановила ногу, поэтому «рыбкой» проскочила у него то ли между ногами, то ли под рукой — рассмотреть точно я не успел, но так или иначе она оказалась у него за спиной, оттолкнулась здоровой ногой и перекатом ушла подальше. Го Гин развернулся вокруг оси, прыгнул следом, сделал длинный выпад алебардой…
Рори её поймала. За лезвие. Двумя пальчиками. Сказала что-то с ехидным видом.
Вряд ли даже обожравшись душ она смогла стать НАСТОЛЬКО сильнее. Скорее она сейчас сказала что-то вроде «моё собственное оружие никогда не причинит мне вреда». Или может «отнять его у меня — ещё не значит лишить меня власти над ним».
Тролль понимающе усмехнулся, а потом сделал что-то очень странное. Он ударил своей деревянной дубиной по лезвию алебарды сбоку. Внешне с божественным оружием от этого ничего не произошло, но Рори… Почему-то рухнула, мгновенно обмякнув, точно марионетка с обрезанными нитями. Го Гин подхватил её за шиворот, как человек хватает котёнка, и разом утратив весь интерес к человеческим сражениям, направился обратно в лагерь, неся бесчувственного Апостола в одной руке, а её оружие — в другой. Само собой, его никто не посмел остановить, все — и варвары, и наши — торопливо расступались.
— Бесконечный запас еды? — с ехидцей поинтересовался Бафомет, когда Го Гин вступил в город.
— В том числе, — столь же весело ответил тролль. — Однажды я её сожру до конца. Но не сразу. Наш поединок ещё не окончен. Дождусь, пока она восстановится и мы подерёмся ещё раз. Мне нужна честная победа, сила против силы, мастерство против мастерства. А сейчас я же просто оружие проверял. Сам не ожидал, что ТАК сильно подействует.
— А что за оружие-то? — уточнил бафолк.
Говорили они на языке Людоедских Земель, но в МОЁМ городе у меня всегда достаточно шпионов, чтобы записать и перевести любой диалог. А полулюди даже не думали скрывать своё общение.
— Ивиса, подаренная мне в Королевстве для боя против Нерождённого. Очень сильна против нежити. А поскольку душа Апостола находится в его оружии, он в некотором роде нежить. Апостола бога смерти это касается даже больше, чем остальных.
Как только варварские короли пришли в себя от шока, вызванного появлением Го Гина, они продолжили штурм, видимо решив, что он будет некоторое время занят Апостолом, а других бойцов такой силы у нас нет. Увы, угадали они верно.
Дварфы проделали дыру в укреплениях четвёртого форта, пока эльфийские лучники не давали нашим бойцам восстановить заграждения пятого. Легионеры использовали передвижные заграждения, чтобы вести сапёрные работы за ними. Дюран пустил в ход боевых слонов, которые, сумей они дойти до зоны работ, разметали бы эти заграждения, словно гнилую солому. Но наши войска были к этому готовы, и отогнали элефантерию, используя трубы, литавры и фейерверки. Пустить в ход мумаков на таком фоне варвары не решились — хотя те гораздо крупнее, спокойнее и сильнее обычных слонов, это же является и их слабостью — если они взбесятся и кинутся топтать своих, то остановить их практически невозможно. Слонов звероусты укротили почти без потерь, но повторно идти на источник огня и шума они отказались.