Нам здесь (не) жить (СИ)

Торангэлит:
Слабаком и неудачником в нашей семье всегда считался Очкарик. Я же был его полной противоположностью — красавец, лучший боец, папина гордость и надежда, альфа-самец всего выводка. Был даже шанс, что лет через двести я смогу пробудить в себе Дикую Магию — ради этого я воздерживался от изучения ранговой. А это даже папе не удалось!
  
Но последние две недели, состоящие из сплошного дикого унижения, полностью сломали и растоптали эту гордость, которую я считал основой своей жизни и личности.
Ну, попался людским охотникам и был вынужден биться на арене ради свободы… Ну это, скажем так, бывает. Я даже обрадовался — думал, порву всех, заставлю зрителей бояться, и так прославлю нашу семью. И что, тысяча людей, характерно, поначалу мир меня в этом заблуждении даже поддержал. Первые десять схваток, три пробных в подземельях и потом семь за вознаграждение на арене, я выиграл даже без особого напряжения. Даже чуть сильнее стал, самую капельку, но мы, драконы, такие вещи умеем отличать. После этого я всерьёз задумался о том, чтобы не возвращаться в семейное логово (где я неизбежно получу хвостом по голове от отца за раздолбайство), а остаться тут и продолжать набирать силу и мастерство.
Увы, близкое знакомство с Королём-Воином эту иллюзию разбило вдребезги. Непосвящённым со стороны могло казаться, что он одолел меня с трудом, еле-еле, из последних сил, во многом благодаря везению и хитрости. Но у меня было достаточно опыта, чтобы понять, какая между нами пропасть на самом деле. Таких, как я, он может жрать десятками. Жрать в буквальном смысле, кстати говоря — тролли любят драконье мясо даже больше, чем драконы — троллье. Мне посчастливилось не стать закуской лишь из-за пустяка — у него было ещё несколько боёв впереди, так что мой «хозяин» успел меня забрать в стойло.
А потом в этом самом стойле ко мне наведался клятый Бафомет… И тут я понял, что предыдущие проблемы яйца выеденного не стоили!
Эта тварь просто достала серьгу из уха и позволила мне на полсекунды ощутить её ауру… Этого мне хватило, чтобы самым позорным образом обмочиться и непроизвольным выплеском силы заморозить всё стойло.
Демон-Бог! О Император Драконов, спаси и сохрани! Самый натуральный трижды проклятый Демон-Бог!
Не один из Четвёрки — их я бы опознал, папа заставил меня вызубрить характерные признаки. Или Тот Кого Нет, или вообще новый Игрок. Одно другого не легче. Хуже мог бы быть только Лорд-Дракон Катастрофы собственной персоной. Понятия не имею, что он задумал, возясь с людишками, которых мог бы поработить или истребить просто щелчком пальца. Однако я был совершенно уверен, что роду драконов в целом и моей семье в частности эти замыслы ничего хорошего не сулят.
Король-Воин, которого я час назад боялся до дрожи в хвосте, теперь казался мне практически родным и милым. Ну подумаешь, что он мог меня сожрать. Это ещё оставляло кое-какой шанс на на спасение. Не стал бы он поглощать всё до последнего кусочка. Отец выкупил бы мои кости, а мамы провели бы ритуал воскрешения. Да, конечно, за это пришлось бы заплатить длительной слабостью, возможно, даже отдать кому-то из братьев место альфы — но со временем я бы восстановился.
Бог-Демон был угрозой совершенно иного уровня. Он запросто мог уничтожить всю нашу семью. Навсегда. Поэтому, как только я хоть капельку оклемался от шока, я тут же дал себе клятву, что никогда не дам ему даже намёка на существование клана Оласир. Я одиночка с тех пор, как вылупился из яйца, родителей своих не знаю, скорее всего они уже давно мертвы. Сражаюсь один. Если надо, умру один. Только так.
Но пока что требования этого монстра оставались на удивление скромными. При других обстоятельствах я бы точно взбесился, если бы кто-то вслух допустил хотя бы мысль о том, чтобы использовать меня как транспорт для вонючего тролля. Сейчас? Да с радостью, крылья Императора! Какая, в сущности, малость!
Потом битва на арене в Королевстве Троллей, где из меня почти высосали жизнь — добавив третьего персонажа в список моих кошмаров.
За время перелёта через океан мне стало немного спокойнее. Я убедился, что Бафомет не собирается убивать нас всех в ближайшее время. Мне даже показалось, что я смог стать для него полезным.
А потом случилась эта дурацкая встреча с китами. Самое обидное в том, что в отличие от тролля, архидемона или Нерождённого, как раз они-то не были непобедимыми противниками. При других обстоятельствах я вполне мог бы уверенно сразиться с одним из них и победить. С двумя я бы бился на равных… Ну, трое меня бы скорее всего одолели… Но ведь я там был не один! Вот только ситуация была предельно далека от честного боя. К ночному нападению из-под воды во время сна меня никогда не готовили. В одно мгновение я перестал быть самым сильным и выносливым воздушным скакуном экспедиции, создателем плотов для ночёвки и главной воздушной ударной силой. Вместо всего этого я стал обузой, слабым звеном. Я был уверен, что меня просто бросят подыхать в океане.
Но они зачем-то потратили на меня несколько флаконов лечебных зелий, к тому же сплели носилки, на которых дракондоры с грехом пополам дотащили меня до Фалмарта. Я, конечно, был этому рад, но совершенно перестал понимать, чем руководствуется не только демон, но и остальные. В какую игру они вообще играют? Дома как-то всё было проще и понятнее — сильные властвуют, слабые либо подчиняются, либо умирают…
Так ко всему прочему они ещё и потащили меня в логово местных «богов». Мы, драконы, конечно знаем, что никаких богов не существует, но из веры в эти выдуманные сущности смертные порой могут черпать реальные силы. И Бафомет почему-то решил, что будет выгоднее уговорить их исцелить меня, чем подождать декаду-другую, пока раны заживут сами. Само собой, жрецы встретили эту идею без восторга. У них же нет никакого чутья на ауру, они не могут понять, какой угрозе подвергают себя и свой город — даже если архидемон снимет маскировку!
Вместо того, чтобы припугнуть их, сокрушив пару домов или призвав десяток низших демонов (я бы так и сделал на его месте), Бафомет почему-то сказал, что сам найдёт верховного жреца и постарается убедить его. Мне же оставалось только лежать в дворе храма и щёлкать челюстями на случайных посетителей. Уснуть я боялся, так как им ничего не стоило бы прирезать меня во сне, а потом сказать, что я умер от старых ран, которые оказались более серьёзными, чем выглядели.
— Это же ледяной дракон! — фраза прозвучала на незнакомом языке, но я её понял, из-за чего сделал вывод, что вернулся бард со своей переводящей магией. Однако голос говорившей был мне тоже незнаком, какая-то эльфийка. — Что делает дракон в храме Харди?!
— Владычица Харди благоволит драконам, — ещё один незнакомый женский голос, на этот раз человеческий. — Однако меня не предупредили, что один из них будет здесь… Воины Империи часто приводят сюда своих виверн на благословение, но это — немного другое…
Тьфу, виверны. Терпеть их не могу. Действительно приводят, я дважды видел только за этот день. Из-за них люди теряют всякое уважение к истинным драконам, думая, что мы такие же ездовые монстры, только может быть покрупнее и посильнее.
— Ради него мы, в принципе, к вам и хотели обратиться, — ответил наш бард, когда вся компания вошла во двор и я смог оценить, сколько новых лиц в ней появилось. — Мы гости садерского императора, наш ездовой дракон ранен, и нам нужна помощь клириков-целителей.
— Для богов нет разницы между Императором и последним нищим, — покачала головой рыжая самка, судя по всему — та самая верховная жрица.
  
— Вы не исцеляете по приказу властей, — констатировал бард. — Вы не исцеляете за деньги. И всё же иногда вы исцеляете. Что же может повлиять на ваше решение?
— Владычица Харди даёт благословение на исцеление детей, чьи души ещё не созрели для посмертия. А в качестве платы она принимает присягу ей на верность и отречение от всех иных богов.
— Наш дракон ещё не совсем совершеннолетний по меркам своей расы, хотя и не дитя… насколько я понял, он скорее подросток. Но его душу определённо нельзя назвать зрелой, драконы созревают очень медленно. Присягу должен приносить сам исцеляемый?