Месть Аделаиды. Второй шанс для жены дракона (СИ)

Я собрала остатки воли в кулак и начала транслировать ему образы. Короткие, хлесткие, как удары плети.
Сначала золоченые решетки на окнах дворца я за ними. Затем образ умирающего короля Матеуша. Образ Изольды и Геры, их сближенные головы, и заговор, еще, образ Валериана, и его пальцы, сжимающие мое запястье, его смех, и обрывки разговора…
…мой венценосный отец слишком цепляется за жизнь. Обычные яды, которые вы ему подливали, не действуют. В его жилах, пусть и разбавленная, течет драконья кровь. Я поехал к ведьмам за чем-то более действенным.
  
….именно поэтому мне нужна Аделаида. Через нее я свяжу руки Марцелу. Без его армии… остальные лорды-бунтовщики не посмеют пискнуть, когда отец наконец испустит дух.
….Дейран — проблема. Но он застрял на границе, а когда вернется, Аделаида уже будет моей женой перед лицом богов и людей, и я обрюхачу её. Если он посмеет открыть пасть…
….если он посмеет, — я сама с ним разберусь. Родство не спасет его от эшафота, если он пойдет против короны. Я найду способ заткнуть племянника.
Я выливала эти картинки в его разум, задыхаясь от боли, чувствуя, как из носа в реальности потекло что-то теплое и липкое.
На том конце связи повисла мертвая, звенящая секунда тишины. Он принимал и осмысливал информацию.
Его мысль ударила четко, прогоняя мой главный страх.
— Марцел жив, но слегка ранен. Мы разбили их основную часть наемников. Нашли сундуки с королевским золотом.
Он тяжело, с присвистом втянул воздух (я почувствовала это так ясно, словно он стоял позади меня).
— Этот ублюдок решил убрать нас чужими руками, — рык Дейрана завибрировал в моих костях, — Если можешь — беги.
— Что? — я опешила.
— Ты нашла тайный ход. Уходи через него, — его голос не терпел возражений. Это был тон альфы, спасающего свое, — Скройся в городе. Мои люди в столице найдут тебя через время. Я не позволю тебе оставаться в одной клетке с этим выводком.
Боль в голове стала невыносимой, но я упрямо, зло стиснула зубы.
— Я не побегу! — бросила я в ответ, вкладывая в мысль всю свою непреклонность.
— Аделаида! Не смей со мной спорить! — Его ментальная хватка стала жестче, почти причиняя боль.
— Если я убегу сейчас, — я сопротивлялась его давлению, выстраивая свой собственный щит, — Они убьют короля этой же ночью! А завтра утром объявят отца и тебя в государственной измене! Скажут, что северные легионы бросили границу и идут на столицу поднимать бунт! Я не позволю Валериану надеть корону!
— Это не твоя война! — взревел он в моем сознании.
— Это моя война! — я кричала в ответ, и по моим щекам в реальности текли горячие слезы, — Услышь меня! Я не могу этого допустить!
Наши воли столкнулись. Лед и пламя, Белый Северный дракон и Огненный дракон. Это было физически больно, это разрывало меня на части, но я не отступила ни на миллиметр. Я чувствовала его колоссальное сопротивление, его желание просто прийти, схватить меня за шкирку и утащить в безопасное место. И его медленное, тяжелое, скрипящее осознание того, что я права.
— Черт бы тебя побрал, Аделаида, — его мысль прозвучала как хриплый стон человека, сдающегося перед неизбежным. В ней мешались дикая, собственническая злоба и такое пронзительное, обжигающее восхищение, что мое сердце сделало сальто. Он уступал.
— Хорошо, — глухо произнес Дейран. Расстояние начало брать свое, его ментальный голос начал искажаться помехами, — Следи за ними…
Его присутствие внезапно стало таким плотным, словно он прижался лбом к моему лбу.
— Если с тебя упадет хоть один волос, я сожгу весь их род, этот замок, этот город и всю эту землю!
Связь начала рваться. Воздух вокруг меня взорвался тысячей осколков.
Бриенна, где-то на периферии сознания, кричала от напряжения, не в силах больше держать контур.
— Аделаида! — голос Дейрана прорвался сквозь нарастающий гул в последний раз, спеша передать самое главное, последнюю деталь.
В моем сознании яркой вспышкой возникло изображение королевского указа, зачитываемого глашатаем. И мысль Дейрана, холодная, как сталь палача:
— Матеуш не подписывал приказ о переносе Отбора и вашем вывозе. После ранения он так и не пришел в сознание.
Связь оборвалась.
Меня швырнуло вперед. Я рухнула лицом прямо в кровавую золу, тяжело, со свистом хватая ртом воздух.
Тело сотрясала неконтролируемая, крупная дрожь. Кровь, капающая из носа, заливала губы и подбородок, капая на ковер. В голове стоял непрерывный, мучительный звон.
Я попыталась открыть глаза, чтобы найти Бриенну, и замерла — мир вокруг меня был серым, и абсолютно, пугающе плоским.
Магическое зрение, которое последние месяцы позволяло мне видеть потоки силы, руны и чужие ауры, исчезло без следа. Я больше не чувствовала вибрации защитной нити в стене. Я не чувствовала слабой ауры Бриенны, которая без сил осела у камина, прижимая руки к груди.
Мой источник был пуст. Иссушен до самого дна этим колоссальным броском сознания через сотни миль. Сейчас я стала абсолютно слепой и беззащитной перед магией, я стала обычной, слабой смертной.
Король был еще жив, но Валериан уже фактически присвоил себе власть. Тихий и бескровный переворот уже начался, прямо у меня на глазах.
— Мы должны спасти короля, — прохрипела я, сплевывая кровь и с трудом отрывая тело от пола, — Пока он еще дышит.
  
Глава 28
 
Мир без магии оказался пугающе тихим и плоским, словно из него выкачали все краски, оставив лишь серый, выцветший холст.
Утром, открыв глаза в своей роскошной дворцовой спальне, я попыталась потянуться к тому теплому, пульсирующему озеру силы, которое еще вчера отзывалось на малейшее мое желание. В ответ меня встретила глухая, звенящая пустота. Иссушающий ментальный бросок через полстраны к Дейрану выжег мой резерв до самого дна. Тело казалось налитым свинцом, словно оно было не моим. Виски ломило от тупой, пульсирующей боли, а во рту все еще стоял солоноватый привкус вчерашней крови.
Я была слаба и пугающе уязвима, но именно эта физическая слабость стала моей лучшей защитой, когда в дверь сухо постучали.
— Леди Аделаида, — голос гвардейца за дверью прозвучал неожиданно громко, — Его Высочество принц Валериан ожидает вас прямо сейчас в своем малом кабинете.
Я резко села на кровати. Когда я натягивала скромное, закрытое платье, поняла, что мои пальцы дрожат от волнения. Одно радует — никакого грима сегодня не потребуется, зеркало итак отразило бледную, изможденную девушку.
Малый кабинет Валериана встретил меня запахом дорогого табака с ноткой металлического запаха начищенного оружия. Валериан стоял у высокого стрельчатого окна, заложив руки за спину. Услышав мои шаги, он медленно обернулся.
Свет падал на его идеальный точеный профиль. Он скользнул взглядом по моей поникшей фигуре, задержался на дрожащих руках, и уголок его губ хищно пополз вверх. Однако, в его глазах не было ни капли человеческого тепла.
— Вы бледны, леди Марцел, — бархатный баритон Валериана заполнил комнату. Он сделал плавный шаг ко мне, — Дворцовые ночи лишили вас сна?
Я сцепила пальцы в замок так сильно, что костяшки побелели и заставила себя нервно сглотнуть.
— Я… я беспокоюсь об отце, Ваше Высочество, — мой голос дрогнул, идеально сыграв на нужной струне. Я опустила взгляд на его начищенные до зеркального блеска сапоги, — Новости о нападении диких племен застали меня врасплох… все произошло так внезапно.
Валериан усмехнулся, и этом смешке было столько высокомерия, что меня едва не замутило.
  
— Ваш отец — генерал, Аделаида. Война — его ремесло, — принц подходил все ближе и ближе. Расстояние между нами неумолимо сокращалось, — Однако меня больше заботит его преданность, и преданность других северных лордов. Скажите мне, как на Севере относятся к короне? До них уже дошла весть о болезни короля?
Это был тонкий и острая допрос, замаскированный под светскую беседу.