Месть Аделаиды. Второй шанс для жены дракона (СИ)
Глава 23
Я прижалась к стене так сильно, что занозы впились в щеку.
— Он рассказал мне сказку, — продолжила Гера, и в ее голосе зазвучал мрачный восторг, — О Топких землях. О том, что там, в глубине болот, прячутся ведьмы. Настоящие чернокнижницы, не знающие ни законов, ни морали. Он сказал, что за определенную плату они могут навести мор, проклясть целый род, заставить врага сойти с ума. Он смеялся, говоря, что даже спесивые Драконы облетают их болота десятой дорогой.
— Бред, — отрезала Изольда, — Драконы не боятся болотной швали. Они просто не могут их выжечь, магия Топких глушит их огонь.
— Возможно. Но мне было плевать на Драконов, — прошипела Гера, — Утром, когда всадник уехал, я забрала спрятанные матерью гроши, украла отцовский нож и ушла на болота.
— И они тебя не сожрали? — Валериан лениво звякнул бокалом.
— Почти. Я искала их месяц. Чуть не сдохла от лихорадки, но нашла. Их было семеро. Семь дряхлых старух, изгнанных со всех королевств. Они жили в покосившемся огромном доме, смердящем гнилой кровью. Я упала им в ноги и умоляла взять меня. Кем угодно, хоть рабыней.
Она замолчала, словно заново переживая те дни.
— Они оставили меня. Я отмывала их алтари после жертвоприношений, сдирая ногти в кровь. Стирала их смердящие тряпки. Я была тихой и покорной. Одна из них… самая старая, ее звали Мая…
Я резко втянула воздух, подавившись именем Мая.
— …она от скуки стала учить меня грамоте, — голос Геры стал тише, опаснее, — Показала древние фолианты, что они прятали. А потом, видя, как я надрываюсь, научила простейшим бытовым заклинаниям. Но во мне не было ни капли магической искры, ваше величество. Я была пуста. Тогда старая идиотка провела ритуал. Она отдала мне каплю своей силы, просто чтобы я быстрее чистила котлы.
— И ты поняла, что силу можно просто взять, — утвердительно, с оттенком уважения, произнес Валериан.
— Я не просто поняла — я нашла способ. Я стала варить Мае сонные отвары из трав, что росли за домом. Она пила их перед сном, а я приходила к ней ночью, и тянула. Понемногу. По капле, чтобы она не заметила упадка сил, списывая все на возраст. Мой резерв рос. Я начала практиковаться втайне от них.
Стебелек ужаса пророс в моей груди, опутывая сердце холодными кольцами. Это было чудовищно.
— А потом я поняла, что беременна, — голос Геры дрогнул, но не от раскаяния, а от застарелой злобы, — От того самого всадника. Беременность протекала тяжело. Болота высасывали из меня жизнь. Когда пришли роды, я думала, что сдохну. Боль была адской. И тогда старая Мая, сжалившись, начала вливать в меня свою магию, чтобы облегчить страдания, чтобы ребенок выжил.
Она сделала паузу, и я услышала ее тяжелое, прерывистое дыхание.
— Связь была установлена добровольно и канал открыт. Во время последней схватки, когда ребенок выходил из меня… я просто не закрыла его. Я потянула изо всех сил. Всю ее жизнь, всю ее магию я втянула в себя. Она иссохла на моих глазах за секунды. Превратилась в шелуху в тот самый миг, когда закричала моя дочь.
— И никто не понял? — голос Изольды звучал глухо.
— Они списали это на возраст и напряжение, — фыркнула Гера, — А чтобы они ничего не заподозрили, я рыдала над ее трупом и назвала свою дочь в ее честь. Маей.
Меня затрясло — крупная, неудержимая дрожь била мое тело. Я закрыла рот обеими руками, чтобы не издать ни звука. Мая — имя, данное в честь убитой старухи. Памятник собственного предательства.
— Я прожила там еще пять лет, — равнодушно продолжила Гера, — Они умирали одна за другой. И каждая смерть делала меня сильнее. Я выучила все их книги. К тому моменту, когда последняя ведьма поняла, что они своими руками вырастили палача, было уже поздно. Ее я убивала открыто, в честном бою. Она горела красиво.
— Очаровательная история, — протянул Валериан, — Но болотная магия быстро истощается, не так ли?
— Да. Она не имеет источника. Я выбралась из Топких земель, но мне нужна была подпитка. Мелкие деревенские колдуньи в землях Драконов давали лишь крохи. Я знала, что мне нужна истинная кровь. Драконья магия, и я пришла в столицу.
— Где встретила меня, — закончил Валериан.
— Где я встретила всадника, обрюхатившего меня в таверне, — поправила его Гера, и в ее тоне проскользнула ядовитая шпилька, — И мы заключили взаимовыгодный союз, не так ли, мой принц? Я стала вашей тенью, выполняющей грязную работу, а вы… вы дали моей дочери имя, заставив того жалкого барона жениться на мне. Жаль, что барон оказался таким расточительным и вскоре… покинул этот мир.
— Не прибедняйся, Гера. Я отдал тебе лорда Марцела, — осадил ее принц, — Это была идеальная комбинация. Ты получаешь доступ к магии его первой жены через девчонку, а я получаю контроль над Северной армией.
Я задохнулась. Слезы, жгучие, злые слезы хлынули из моих глаз, оставляя на пыльных щеках грязные дорожки. Моя мать. Моя бедная мама. Ее смерть при родах моего нерожденного брата… Это не было случайностью. Это Гера ослабила ее. Она проложила себе путь в наш дом, к моему ослепленному горем отцу.
— Раз уж мы вспомнили о комбинациях, Валериан, — голос королевы Изольды стал резким, требовательным, разрезая мои мысли, — Зачем ты вообще поперся в Топкие земли тогда?
Послышался скрип кресла. Валериан встал и, судя по звукам шагов, подошел к камину.
— Потому что я не хочу ждать, пока из меня посыплется песок, чтобы надеть корону, матушка, — его голос стал жестким, лишенным всякого притворства, — Мой венценосный отец слишком цепляется за жизнь. Обычные яды, которые вы ему подливали, не действуют. В его жилах, пусть и разбавленная, течет драконья кровь. Я поехал к ведьмам за чем-то более действенным.
— И они тебе его дали?
— Они дали мне вытяжку из черного лотоса, — раздраженно бросил он, — Но даже это проклятое зелье лишь на короткий миг вызвало у него лихорадку. Как видите — он все еще жив. И пока он дышит, Север смотрит на него. Именно поэтому мне нужна Аделаида. Через нее я свяжу руки Марцелу. Без его армии… остальные лорды-бунтовщики не посмеют пискнуть, когда отец наконец испустит дух.
— Есть еще Дейран, — слова Изольды прозвучали, как удар хлыста, — Мой дорогой племянник. Упрямый, как и его отец, Кассиан. Ты думаешь, Дракон отдаст девчонку без боя? Он считает ее своей.
Я вздрогнула так сильно, что ударилась плечом о стену. Благо, звук поглотило дерево.
Племянник? Дейран и Валериан — кузены. По-моему, я где-то это слышала, но не придала значение. Две ветви одной крови. Один — воплощение чести, другой — гниющее изнутри чудовище.
— Дейран — проблема, — процедил Валериан. Я услышала, как он с силой поставил кубок на каминную полку, — Но он застрял на границе, а когда вернется, Аделаида уже будет моей женой перед лицом богов и людей, и я обрюхачу её. Если он посмеет открыть пасть…
— Если он посмеет, — перебила его Изольда, и в ее тоне прозвучала ледяная угроза, — Я сама с ним разберусь. Родство не спасет его от эшафота, если он пойдет против короны. Я найду способ заткнуть племянника.
— Ваше величество, принц, — в разговор встряла Гера, явно пытаясь сгладить напряжение, — Не стоит так волноваться. Девчонка под моим контролем. На днях мы устроим для нашей северной принцессы небольшой сюрприз во время испытаний. Я выжму из нее последние крохи самоуверенности. Она сама приползет к вам, мой принц, ища защиты от всего двора.
Раздался тяжелый, размеренный стук в дверь покоев.
— Войди, — бросила королева.
— Ваше величество, — приглушенный голос слуги, — Подано горячее вино и фрукты, как вы приказывали.
Разговор был окончен. Я слышала звон посуды, какие-то незначительные фразы о погоде.
Я медленно, на негнущихся ногах начала отступать назад, во тьму коридора. Мне нужно было уйти, пока меня не стошнило прямо здесь, под их дверью.
Обратный путь я проделала как в бреду. Я не зажигала свет. Я шла на ощупь, спотыкаясь о камни, не обращая внимания на паутину и писк разбегающихся крыс. В моей голове кружился чудовищный, оглушительный вихрь.