Ферма. Бхаг До (СИ)
Вперед. А затем еще чутка.
Через часок по обыкновению подыскал возвышенность, образованную покосившейся башенкой неясной принадлежности. В ней не жили, нутро точно бетонные соты. Если только для альтернативно маленьких людей. Но если судить по щербатой клетушке, в которую заглянул для профилактики, башенка относилась к технической части инфраструктуры. Но так — то без разницы, хотя зданий, чье предназначение не смог угадать, набирается уже порядком.
На высоте метров 12 скромно устроился на сломе перекрытия и закрыл глаза. Момент мне нравился. Близкий контакт с тем, что таит опасность — вроде от наших щедрот вашим, кто кому занесет. Звуки привычны, запахи обычны. Но некая заноза не давала настроиться.
Улица внизу образцово катастрофична, остатки квартала под стать. Много изломов, рытвин и останков былого величия. Но я не чувствовал угрозы. Значит, запишем в долгосрочное — до новых случаев, когда становится неуютно от ничего. Может, сука, старею?
Мысленно посмеялся. Шутка за триста, еще могу. Но дань внимания зоне отдана, пора вниз и на добычу. Сигнал звучал бодрячком. Считай уже отвык от столь ярких намеков машинной реальности.
На первом этаже, перед выходом в серый день меня слегка покоробило. С некоторым удивлением коснулся наполовину оторванного дверного створа, качнул, прислушиваясь к скрипу. Эт че за херня? Адресованный организму вопрос остался без ответа, потому как мышцы скрутило и меня швырнуло в уголок парадного. Функция, зараза ты своевольная.
Приложившись к холоду стены, попытался дернуть автомат и замер.
— Джимми, — позвал с улицы женский голос.
Могу сразу намекнуть — нотки вообще ни разу не сексуальные. Просто приятный ровный тембр, которого быть не должно. Я чутка продвинулся вверх — к разбитой бойнице оконца и выглянул на раз-два.
Стоит. У противоположной обочины — там, где между каменных отвалов, ныряет во дворы кособокий проулок. Дистанция — метров 10, и я не пойму, как она подобралась столь близко. Подходы я контролировал. Слепая зона могла возникнуть при спуске, когда лесенка уводила под уцелевшие стены, но это секундные отрезки.
— Джимми, будь добр, — новый посыл.
Видок у нее примечательный — темный комбез с нашлепками защитных пластин и добротная разгрузка. Огнестрела не видать, но общий образ удивительно напоминал торговых упырей. Вот прям срисовано, что незначительно увеличивает число проблем. Не подумайте плохого, вопрос, когда торговцы соблаговолят проявиться и спросить должок, посещал меня раза два. Но они отчего-то медлили, становясь неинтересной частью прошлого. Так неужто оторвали ленивые жопы и вспомнили обиду?
— Не буду, — ответил лаконично.
Вектор стрельбы пока чист, но крепла уверенность, что патрон будет потрачен зря. Вот какого хрена она вышла как дура? И самое стремное, я не чувствую позиций прикрытия — от слова совсем.
— Я тут одна, — она помахала рукой. — Выйди, есть разговор.
— С кем?
— Я представляю торговый анклав.
— У меня палец не железный. Да и спусковой не отлажен, — намекнул, осторожно подтягивая АК.
— Мне не нравится перекрикиваться, — Она повернулась вокруг оси. Фигура, конечно, скрадена экипировкой, но меня заинтересовал нож на правом бедре. Отсюда вижу — инструмент достойный. Иного оружия не увидел. Любопытно, реально любопытно. — Пять минут разговора. Максимум — десять. Потом устроим кровь, крики и тому подобное.
Впечатление такое, что падла ворует мои реплики. Функция, усадившая меня в укрытие, настороженно притаилась. И даже знаю почему — от незнакомки несло искаженными адхарами, чего инсталляция не переваривала. Слишком много непонятных переменных.
Вышел, добросовестно целясь в направлении угрозы. Сделав пару шагов, аккуратно зыркнул по сторонам и вновь сконцентрировался на объекте. С минуту постояли — женщина терпеливо ждала, я готовился к Армагеддону. Но не случилось. Я чутка поморщился — сдается, мой контроль лишь фикция.
— Не выстрелишь, — спокойно сказала женщина. — Я тут присмотрелась, как ты ведешь дела. Резкий как понос, этого не отнять. Но живешь по правилам. Такая херня губит, держу в курсе.
Я промолчал, настороженно присматриваясь. Дамочка среднестатистическая, примерно за 40 — средний рост, простое лицо, шатенка. Особых примет нет, кроме тараканов в голове.
— Ушки на макушке? — опустив оружие, приблизился еще на метр. — Суешь пальчики во все фермерские щелки?
— Фу, — она передернула плечами. — Но за клиентами нужен пригляд, согласись. А тут еще ты поперек всего колхоза. Джимми.
Мне не понравилось, как прозвучало имя. Напомнило идентификационную маркировку под образцом.
— Зачем мы разговариваем? — поддал я накала. У меня типа миссия и дохнущая машинерия на остатках питания. Разговаривать некогда.
— Ты сделал все, чтобы тебя нашли. — Она искренне улыбнулась. — Знал, какие люди за тобой придут и вышел один. Смело. Мне понравилось.
Продавщица отчасти заблуждалась, а то и конкретно обосралась с выводами, но поправлять не стал. Интересно куда заведет нас диалог?
— Почему ждали пока выйду? — вопрос из практической сферы. Сам бы я нагрянул к противнику в среде, которая априори считается безопасной. В сортире там или на променаде за высокими стенами и цепными псами охраны.
— Ферма перспективный рынок, — пожала она плечами. — Потерять такой — дурной тон. Противоречит кодексу.
Промолчал. Но как по мне — кодексов вокруг многовато. Народу походу скучно просто выживать, хотят сделать это по красоте и на высокой ноте.
— Амиго благоволит тебе, — продолжила женщина с усмешкой. — А беседовать с Амиго я не готова.
Пока она изрекала, я успел заглянуть в смешливые карие глаза собеседницы. И большинство вопросов отпало. Не узнать ад, который плескался по ту сторону хрусталика, сложно. Зверь игрался, зверь принюхивался. Как же сука бодрит. Нет, стрелять сейчас — только портить послевкусие.
Я аккуратно отложил автомат, да и рюкзачок скинул. И женщина одобрительно кивнула. Да, да, да — продолжай говорить, мне нужны любые крохи информации. А у торгашей, насколько понимаю, полезных данных просто сраный вагон.
— Как там Регион? — задал наводящий вопрос.
Дамочка поморщилась, точно нюхнула непотребного.
— Пятый то? — Она повращала шеей, разминая. — Не знаю как, но ты его изрядно разозлил. До потери вменяемости. Придурок орал о проклятом там, где не следует. А это плохо для бизнеса, понимаешь? Центровые его временно отстранили, может выдохнет, перебесится… Но я бы не рассчитывала. Чего он там обещал… На костяк и мясо, ведь так, осемененный?
— Один раз не пидо… — ответил спокойно и сдвинулся чутка влево.
— Тупая присказка.
— Согласен. — Я улыбнулся. — Тогда кто ты?
— Я то… — Зверь начал подергивать цепь. — Расчетчица 2 класса. Позывной — Рахель.
— Бухгалтер что ли? — позволил я удивление.
— Смешно. — Она сделала крохотный шаг, повела плечами. — Я хотела взглянуть на проклятого, о котором орал Пятый. Честно говоря, ему нихрена не поверили. Я и сама не до конца верю… Вочер, так — дань традиции, может только изначальные помнят, как эта хрень пищала, чуя проклятых. И вот представь, на какой-то сраной окраине фольклор стал реальностью. Ты бы поверил?
— И че? Пришла убить сказку?
Она неопределенно покачала ладонью. Намерения давили, обостряя нервное. Расчетчица 2 класса… Знавал, таких, сводивших дебет с кредитом. За ними посылали нас, призраков, и не всегда победа доставалась инструкторским выкормышам.
— Я присмотрелась, Джимми. Ты слабо похож на проклятого, а я ни хрена не злодей. Выйдем по классике — нож на нож. Не люблю задвигать херню, но ты вроде как достоин. Хоть и принял семя.
Не, пусть верит и видит глубокий смысл. Я не против. Мы даже прекратили неприметные движения, что вели нас по радиусу предстоявшей схватки. Замерли и Рахель довольно улыбнулась.
— Слышишь? — спросил я строго.
— А? — Она несколько поумерила довольство.