Дар! (СИ)

— Отец, ты сошёл с ума? Говорят, плохой мир лучше хорошей войны. Ещё неизвестно кто победит. Я знаю историю. Силы всегда были равны. Только понапрасну полягут демоны и белаторы, к тому же Ория и вовсе может погибнуть при захвате.
— На ней твоя метка. Я свою женщину тоже там найду.
— И что с того? Отрубит какой-нибудь вояка ей ухо сгоряча, и она станет его трофеем. Он ведь не будет готов к тому, что среди белаторок может находиться моя женщина. А какую свою ты собрался искать? Хочешь получить крылатую супругу и попробовать сделать её демоницей?
Господин Грор задумался. Он не знал, как признаться Кьену в том, что мечтает вернуть себе тот подарок, который когда-то готовил для него. Прошло столько времени, а он всё ещё помнил её нежную кожу, крутой изгиб бровей, сладкий вкус запястий и губ, к которым он едва прикасался.
Он понимал, что никогда не сможет обладать ею, как своей женщиной. Эта девушка была хрупкой вазой из дальних измерений, которой следовало лишь любоваться, сдувая пылинки и гордо демонстрируя эту бесценную красоту другим демонам, причём, только тем, кому доверял.
Их отношения могли напоминать горечь сближения мотылька с огнём, где мотылёк, вспыхнув на мгновение, гаснет навсегда, а огонь вынужден ещё долго страдать, понимая, что его грубая пламенная любовь уничтожила жизнь возлюбленной.
«Нет, это не выход» — подумал он.
— Знаешь, схожу-ка я к Зуре.
— Зачем? — удивился сын.
— Не может быть, чтобы не было средства, позволяющего демонам нашей силы иметь в наложницах человека, вдруг всё-таки есть средство.
— Я спрашивал, когда Ория была в таком теле, увы.
— С той поры год прошёл. Вдруг магичка уже его придумала.
Кьен пожал плечами, давая понять, что его это мало интересует. Зато мысль о том, что можно ворваться в Белаторию будоражила. Демон давно мечтал всей грудью вдохнуть сладкий воздух бывшей родины. Под основание пообрубать крылья тем, у кого они есть! Заполучить Орию, как трофей, а после этого, живя в доме Нита, каждую ночь делать с ней на ки всё, что захочется. При этом даже не пытаясь казаться тем крылатым, который быть с ней недостоин, а оставаться в собственном обличии. Ведь она будет рабыней, добытой в бою, а значит не сможет ему отказать.
Он на мгновение представил Нита, держащего Орию в объятиях, и глаза его заполыхали ненавистью. Это виденье Кьен отгонял от себя очень часто, но оно снова и снова преследовало его, особенно во снах, после которых он просыпался злой и срывал гнев на прислуге.
Раз отец заговорил о военных действиях, значит, у него был план. Не тот это демон, чтобы болтать по-пустому. Вернётся — спрошу, а пока нужно успокоиться. Какой смысл распалять себя до высшего накала, если это лишь бесполезная трата сил?
Грор вернулся хмурым.
— Похоже, Зура мне не помощник, — заявил он с порога.
— Что там? — поинтересовался сын.
— Там чёрт-те что, — ответил отец. — У неё по дому носится какая-то служанка с орущим ребёнком, говорит, что хозяйка никого не будет принимать год или два. Я так её и не увидел. Какая дура нанимает демониц с детьми? Из-за этого демонёнка я не смог ничего толком понять… то ли она в отъезде, то ли просто ей видеть никого не хочется.
Демон нахмурил брови.
— Год-два? Да я с ума сойду за это время.
— Отец, я сам схожу с ума, но придётся подождать, если ты не хочешь испепелить страстью свою белаторку.
— Не белаторку, — смутившись, ответил генерал. — Человека.
— Человека? В Белатории? Я не ослышался? — удивлённо переспросил Кьен.
— Помнишь мой подарок…?
Кьен удивлённо посмотрел на отца.
— Ту девушку, которую подложил мне в кровать? Ты не шутишь?
— Сам бы не поверил, скажи ты это мне пару лет назад. А теперь я боюсь, что она растает, когда я её отыщу, не сдержусь ведь.
Генерала стоило пожалеть. Большей глупости, чем влюбиться в человека, от демона ожидать было бы сложно. Кьен был уверен, что возлюбленная отца погибнет ещё до того, как Грор найдёт её в Белатории. Воины при захвате новых территорий никогда не церемонились с местным населением. Человеческой девушке при нападении не выжить, достаточно одного страстного поцелуя какого-нибудь шустрого захватчика и ей конец. А поскольку там одним поцелуем не обойдётся… Оставалось только выкрасть её заранее. Он бы и Орию забрал по-тихому, но из-за магов этого сделать нельзя.
 
— Хорошо, я завтра сам схожу к Зуре. Заберёшь свою человеческую возлюбленную до сражения. А мою белаторку придётся либо завоёвывать в бою, чтобы она стала законным трофеем, либо сначала мы должны уничтожить магов всех до одного.
— Магов нельзя, в этом случае мы станем мишенью для каждого огненного демона, — ответил отец, хотя сын и сам это прекрасно знал, а сказал лишь потому, что на самом деле никакого выбора не было.
Кьен думал над этим вопросом давно и не раз прокручивал все возможные варианты, не находя ни одного подходящего.
«Что ж, война так война. Если погибну, то хоть думать о ней не буду».
Единственное, чего Кьен боялся, это умереть в бою до победы. Тогда Ория может стать трофеем другого демона, а он останется пеплом, на котором потом вырастет трава. Маги быстро найдут белаторку и выкупят, ведь денег у них полно. А дальше судьба её будет незавидной.
«Тогда мне уже будет всё равно!» — успокаивал себя он.
Прежде, чем отправиться к Зуре, Кьен решил сходить к местному провидцу. Он видел немного, но ошибался редко. Если этот старый демон не сможет ничего сказать, то и ладно, ведь он от него особо ничего и не ожидает.
Предсказатель как обычно сидел в комнате полной дыма от каких-то вонючих палочек из-за которых Кьена чуть не вывернуло наизнанку.
— Не подходи ближе, — громко сказал хозяин этого зловония. — Я и так всё вижу!
Он запыхтел, засопел, а потом закричал, словно курица, пытающаяся снести яйцо:
— Ты уже умирал из-за неё, второй раз не оживёшь. Сколько бы не пробовал — она чужая. Твой удел наблюдать со стороны. Она подарила тебе сына. Ты должен быть благодарен ей и отпустить. А теперь пошёл вон!
Демон не слишком церемонился с посетителями.
Выйдя на улицу, Кьен прокашлялся.
Как можно сидеть в таком смердящем дыму целыми днями он не понимал, да и не хотел понимать.
Провидец наговорил много такого, что не состыковывалось в сознании. Если Ория подарила ему сына, то почему нужно её отпустить? А как же сын?
«Сын?»
Только сейчас он понял смысл слов этого странного демона.
«Выходит, Ория забеременела после тех двух ночей, а потом родила мальчика. Нит воспитывает сына не подозревая, что тот демон? Значит, цвет его глаз в мать, иначе он бы давно догадался. Орию и сына нужно забирать из рук этого белатора!»
С такими мыслями он отправился к магичке.
Зуру демон застал за перепиской каких-то бумаг: не то рецептов снадобий, не то бухгалтерией. Кьен в этом плохо разбирался. Цифры и буквы, написанные в столбик, вызывали в нём скуку и сонливость.
Никаких кричащих детей, никаких служанок, мечущихся по дому. Очевидно, отец что-то сгоряча напутал.
Хозяйка дома отложила работу в сторону и пригласила его присесть.
— Могу помочь? — спросила она вкрадчиво.
Кьен изложил вопрос, интересовавший отца.
Девушка насторожилась, он заметил это по тому, как она на долю секунды, замерла, но тут же расплылась в фальшивой улыбке, чтобы скрыть это.
— Вас заинтересовала возможность сделать человеческую девушку своей в постели?
— Не меня, одного моего приятеля.
«Конечно. Все так говорят, но в результате всегда оказывается, что никакого приятеля просто не существует», — усмехнувшись подумала она.
— Способ есть, только он вряд ли ему подойдёт, — произнесла вслух, пристально глядя на реакцию демона.
— Какой?
— Она не может стать демоницей, а он человеком запросто. Вот только…
— Что?
— Проживёт лишь человеческий век, а потом рассыплется в прах. Превращение будет длительным и болезненным. Когда огонь покинет его вены, демон надолго станет больным и немощным. Боюсь, до побед в постели он не дотянет. Пока восстанавливается, наступит старость. У людей к этому времени страсти гаснут, сил и здоровья на них не остаётся. Коротка их жизнь.