"Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

— Если это просто вероятность, нам следует рискнуть, — заключила Нинь. — Устройте аудиенцию.
— Как пожелаете, ваше величество, — поклонился первый министр и вышел из тронного зала.
Оставшись в одиночестве, Нинь повернула взгляд на одну из белых арок, заменяющих стены, из которых открывался вид на город. Солнечный свет разливался с голубого небосвода на золотистые волосы и мантию девушки, придавая им немного слепящее свечение, и всё же лицо её, казалось, накрыла чёрная тень.
  
Если бы прямо сейчас в тронном зале находился другой дракон или человек, даже первый министр, он бы немедленно свалился на колени, задыхаясь от давления, которое производила неистовая жажда крови…
…
…
…
Воля тирана способна уладить любую формальность. Не прошло и часа, как Сима оказался в коридорах царского дворца Отдалённой марки — огромного, залитого светом здания с многочисленными арками и рабочими кабинетами, напоминавшего нечто среднее между старинной имперской администрацией и современным офисным пространством.
Сопровождали Сима и Лу Инь два рослых зелёных дракона — судя по всему, именно это клан имел наибольшее распространение в Отдалённой марке — на стадии Десяти Тысяч Чешуек. За время «экскурсии» они сказали всего две фразы: «За нами», когда встретили Сима и Лу Инь в городском порту, и «Проходите», когда провели их к тронному залу.
Сима краем глаза посмотрел на Лу Инь, которая стояла рядом с ним с опущенной головой, изображая смиренную рабыню, и проследовал вперёд.
За непримечательной дверью его встретил круглый зал с белыми арками, в центре которого стоял рабочий стол. За ним, держа в руке деревянную кисточку, сидела юная девушка. Сима знал, что они не были кровными родственниками, и всё равно немного удивился тому, насколько она была НЕ похожа на Гинь.
С виду Нинь была старше на пару лет, её лицо было спокойным, без хитрой улыбки, волосы не спадали водопадом, но были завязаны в аккуратный узел. Когда она приподняла на него свои глаза цвета белого золота, Сима показалось, что девушка пытается просмотреть его насквозь. Именно «пытается», что, опять же, отличало её от Гинь, которой не нужно было прилагать для этого никаких усилий.
— Подойди, — сказала Нинь, снова опуская взгляд на рабочий стол перед собой и делая некие записи кисточкой.
Сима и Лу Инь направились к ней.
— Один, — прибавила девушка.
Пара переглянулась. Сима кивнул, показывая Лу Инь, что всё в порядке, и дальше пошёл один.
Лишь когда между ними оставалось примерно три шага, Нинь сказала:
— Стой.
Сима встал.
— Когда она погибла? — спросила девушка.
— Вы знаете? — напрягся Сима.
— Я почувствовала твою родословную двадцать минут назад, — невозмутимо ответила Нинь.
Сима кивнул:
— Примерно неделю назад.
— Как это случилось?
— В схватке с Асурой, которая блокировала проход из Мира Людей в Мир Драконов. Она просила сообщить вам, чтобы вы…
— Держалась подальше от Шестого канцлера, я знаю, — заявила Нинь, не отрываясь от кисточки.
Сима на мгновение растерялся.
— Это было ожидаемо. Шестой канцлер давно собиралась от меня избавиться, и я ничего не смогу сделать, если она действительно исполнит своё намерение. Она… моя сестра тоже это понимала, поэтому и направила тебя ко мне.
— Тогда я сам немного не понимаю… — заметил Сима.
— Тебе и ненужно, — сказала Нинь, на губах которой вдруг промелькнула лёгкая улыбка. — Более того, если бы ты понимал, что именно она хотела сделать, ты бы никогда не попытался со мной встретиться.
Ты ведь человек, так? Тебе известно, что драконы способны поглощать души своих предков и таким образом наследовать их силу, память, мудрость, понимание законов мироздания? Для этого необходимо провести особенный ритуал и запечатать душу внутри артефакта или формации. Если же сделать это невозможно, то у всесильного Дракона Небесной Мудрости и Третьего канцлера найдётся и другой метод: использовать живой сосуд, который должен переправить осколок её души к подходящему наследнику.
Ты и есть этот сосуд, — приподнимая голову сказала Нинь. — Моя сестра отправила тебя ко мне, чтобы я тебя съела.
…
…
…
  
Глава 11
 
Доводы против
 
Сима слышал о способности драконов передавать свои силы и знания потомкам. Своими глазами он наблюдал это явление в другом мире, где местный тиран, Цзюнь Гуй, обрёл великую силу, хотя и по чистой случайности, когда в один из монументов, которые оставили драконы, ударила небесная молния, пока он стоял возле него.
Картина предательства, которую нарисовала Нинь, была весьма правдоподобной. Что если Гинь действительно всё это время воспринимала Сима как обыкновенный сосуд, намереваясь доставить с его помощью своё наследие единственному другому золотому дракону? В таком случае вся забота и дружба, которую она проявляла, представляла собой фасад, необходимый для того, чтобы Сима захотел исполнить её последнюю просьбу и сам отправился в пасть её сестры.
Заметив улыбку у неё на губах, Лу Инь немедленно положила руку на меч. Нинь посмотрела сперва на неё, затем на Сима и сказала:
— Не волнуйся, я не собираюсь тебя есть.
Сима похлопал Лу Инь по плечу, чтобы она сохраняла спокойствие. От драконихи действительно исходила жажда крови, однако Сима чувствовал, что направлена она была не на него.
— Ты не первый, кого моя сестра обманула. Возможно даже не последний, — с лёгкой, но пустой улыбкой сказала Нинь. — Я отреклась от неё после её восстания и не желаю иметь с ней ничего общего. Иди. Ты свободен, — велела дракониха, снова обращая взгляд на пергамент и опуская кисточку.
Сима на мгновение растерялся; затем, не желая испытывать судьбу, повернулся и направился на выход из тронного зала. Они с Лу Инь были в шаге перед дверью, когда Сима остановился, помялся и наконец сказал:
— Вы не правы.
— Почему? — не отрываясь от работы спросила Нинь. — Я должна тебя съесть? Я знаю, что моя сестра умеет запутывать чужие души, но разве у вашего вида нет инстинкта самосохранения?
— Не поэтому, — покачал головой Сима. — Ваша сестра не хотела, чтобы вы меня съели. Она, мой мастер, хотела, чтобы мы вам помогли.
Кисточка в руках драконихи остановилась.
— Мастер?..
— Верно.
— Очередной обман.
— Нет, — покачал головой Сима. — И я могу вам это доказать.
— …
— Вашей сестре вовсе не обязательно было оставлять мне свою родословную. Она сделала это, когда Асура ранила мою душу. Если бы она не запечатала рану, я бы сейчас находился при смерти и в итоге погиб. Это была случайность.
— Случайность, которая ничего не меняет, — парировала Нинь. — Ты всё равно обратился в сосуд для её родословной.
— Возможно, но это пока первый довод из четырёх. Второй заключается в том, что мастер говорила мне о способности драконов передавать свои сила потомкам. Если бы она действительно хотела использовать меня в качестве сосуда, с её стороны это было неразумно.
— Она говорила тебе о том, что в качестве носителя родословной можно использовать живое существо? Если нет, ты бы всё равно не мог угадать её планы, — хмыкнула Нинь.
— Возможно, но ведь разумнее было совсем об этом не рассказывать, не так ли?
— …
— Третья причина заключается в том, что вы не сможете меня съесть, даже если захотите, и Гинь это прекрасно понимала.
— Почему? Из-за неё? — спросила Нинь, смотря на Лу Инь. — Ты действительно думаешь, что человек сможет меня остановить? При условии равной культивации в мире нет никого сильнее Истинного Золотого Дракона, — без толики гордости, но как само собой разумеющееся сказала Нинь. — Твоя подруга — это всего лишь ещё один деликатес, который мне отправил твой «мастер».
  
— Не факт, — уклончиво ответил Сима.
Нинь нахмурилась, затем помялась и спросила:
— В чём четвёртая причина?
Сима сделал продолжительную паузу, словно собираясь с мыслями, и сказал: