"Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

Была осень. Когда Коу добрался до своего дома, на улице сгустился полумрак. Коу посмотрел на горящее окно четвёртого этажа и сразу направился на детскую площадку, прилегающую к небольшому парку. Там он присел на качели, и, мерно покачиваясь, стал ждать.
У него было несколько вариантов, как можно убить время. Посидеть в телефоне, сделать уроки, послушать музыку… Коу уже достал наушники, как вдруг в самое сердце его кольнуло дурное воспоминание.
  
В детстве, когда у них с мамой ещё не было этого особенного (негласного) правила, Коу часто приходилось заталкивать наушники в ушные раковины, кутаться в одеяло и включать музыку на полную громкость, пока мать, считавшая, что мальчик спит, даже просящая клиентов особенно не шуметь, занималась
…Коу потёр наушники пальцами, белыми как мел в вечернем сумраке, и медленно засунул их назад в рюкзак; затем он посидел ещё некоторое время и вдруг поднялся и решил размяться. Странный порыв, но почему бы и нет? Припоминая рутину, которую рассказывал учитель по физкультуре, Коу выпрямил спину, покрутил шею, поморгал, зажмурился… Так, не то, он делает зарядку для глаз… И стал растягивать руки.
Он уже совершал приседания — шесть, семь, во—семь, — когда заметил сутулящуюся фигуру с другой стороны низкой кирпичной ограды.
Коу смутился и встал.
Неизвестный человек, пошатываясь, зашёл на детскую площадку.
Это был мужчина в офисной рубашке с застёгнутым, упирающимся в шею воротничком, немного полный и бледный. Голова его была опущена. Он шёл вперёд, неловко переставляя переплетающиеся ноги.
Алкаш, подумал Коу. В смысле пьяный, поправил он себя.
— Вам… С вами всё в порядке? Вам помочь? — спросил он, и в этот самый момент с хрустом вспыхнул уличный фонарь, разливая на мужчину холодный электрический свет.
Коу замер.
Освещённый, человек показался ему странным. Сперва он не понял, в чём конкретно заключалась эта странность. Но затем, по мере того, как он стал приглядываться, он заметил, какие грязные были у него волосы. Как странно сидел на нём костюм. Какой странной, неестественной была его поза, словно у куклы, висящей на ниточках.
Шаркая ногами, мужчина приближался. Коу сглотнул. Приступ страха в нём немедленно сменился смущением, затем жалостью. Возможно, с этим человеком что-то случилось. Возможно он был ранен. Коу переселили себя, шагнул вперёд и уже хотел спросить, всё ли в порядке и нужно ли позвать на помощь, вызывать скорую, когда он… Оно приподняло голову.
Острая дрожь пронзила Коу. Казалось, по его голове стали быстро бить барабанной палочку. На секунду белая вспышка поглотила все его мысли, и он с необыкновенной ясностью увидел лицо этого… Существа.
Оно было бледное, бледное и грязное, как сама смерть. Губы его были сухие и синие. Из носа у него торчал прилипший червяк. Глаза его закатились и были белые и стеклянные. Рот монстра был приоткрыт, и алая жидкость, капля за каплей, стекала по подбородку и — хлюп — разбивалась о тропинку из каменных плит.
— Вы… — прошептал Коу, неуверенно делая шаг назад.
Мужчина остановился.
Затем рот его приоткрылся в несколько дёрганых движений, и заблестели жёлтые, местами чёрные зубы. Повеяло смрадом, от которого у Коу всё смешалось в животе, и едкая жидкость подступила к его горлу. Сам того не замечая, пятясь, Коу вернулся к качелям, схватил рюкзак и уже собирался бежать, когда раздался страшный гортанный рёв и захлестали быстрые шаги.
Коу немедленно спрятался за качели. Монстр приблизился. От былой неторопливости не осталось и следа. Едкий запах стал ещё сильнее. Мужчина натолкнулся на качели, свалился лицом в песок, а затем стремительно стал перелизать неожиданную преграду и подниматься.
Коу смотрел за ним пару секунд.
Затем повернулся и побежал.
Скорее… Скорее!.. Нужна отсюда убраться! Но куда? Его взгляд обратился на кусты. Сад… За ним была дорога. На дороге были люди, если он… Его мысль и ноги споткнулись почти одновременно. Коу на всех парах обрушился на землю и только потом заметил, что зацепился за краешек песочницы. Он почувствовал, как песок просачивается между его пальцами, и уже поднимался, когда смрад, а вместе с тем и тёмная фигура возникли прямо перед ним.
Монстр разинул пасть и навалился на него. Коу охнул и выставил ногу. Зверь на неё натолкнулся, но ничуть не замедлился, продолжая карабкаться вперёд. Сам не отдавая себе отчёта, Коу зачерпнул горсть песка и бросил его в глаза чудовищу, но это было бесполезно. Песок налипал на его влажные и холодные веки, но ни гримаса боли, ни другое чувство не промелькнули на бледном мертвенном лице.
Оно приближалось. Коу зажмурился и выставил перед собой руки. Раздался чавкающий звук и его запястье охватила жгучая боль…
В последнюю секунду перед ним промелькнула его мать.
Где она?
Чем занимается, пока сына пожирают заживо?
Коу усмехнулся, заскрипел зубами и уже хотел брыкаться…
Как вдруг раздался глубокий голос:
— Глаза лучше не закрывать.
— Ах… — выпалил Коу, открывая веки.
Его сердце тут же забилось с необыкновенной быстротой…
Гниющее, смердящее лицо всё ещё было перед ним, но теперь его удерживала чья-то бледная, широкая, крепкая как сталь ладонь. Коу приподнял голову и увидел мужчину, иностранца в длинном чёрном пальто.
У него были тёмные волосы, спокойные глаза, умеренно привлекательное лицо; именно этот типаж Коу часто видел в иностранном кино на главных ролях. Правда… Чего-то ему не хватало. Он напоминал не актёра первого плана, но его дублёра.
Все эти мысли промелькнули в голове Коу за одно мгновение.
Всё это время зверь брыкался и ерзал ногами, но не мог вырваться из хвата белых пальцев.
— С закрытыми глазами не видно соперника, — спокойным голосом сказал мужчина и лёгким движением швырнул монстра назад. Последний плавно пролетел три метра и тихо распластался на земле.
Затем, вздрогнув, начал медленно подниматься.
— Какая с ними морока, — покачал головой мужчина, неторопливой походкой приблизился к мертвецу, прижал его к каменной плите, а затем вскинул руку и ударил в лоб.
Раздался хлопок.
Голова мертвеца лопнула, и красное месиво брызнуло на тропинку.
Чудовище последний раз дёрнулось и легло.
Всё происходящее Коу наблюдал как бы со стороны, с экрана телевизора — единственного источника света в тёмной комнате своего сознания.
Мужчина посмотрел на труп, неторопливо вернулся назад и схватил запястье Коу.
— Глубокая рана, может быть заражение, — сказал он.
Коу проследил за его взглядом и увидел вереницу оставленных монстром кровавых ранок. Из одной из них торчал его белый зуб. Желудок Коу перевернулся.
А вместе с ним надломилась стеклённая корочка в его сознании, и тысячи тревог и вопросов рванули в нём, словно бомба. Коу открыл рот и хотел спросить, но сотни возгласов и благодарностей слились в его устах в единственный болезненный стон…
Мужчина покачал головой и сказал:
— Поговорим в более спокойной обстановке.
С этими словами он вытянул руку и щелкнул Коу по лбу.
Мир перед ним немедленно померк…
…
…
…
Фух.
Сработало.
Я довольно посмотрел на парня, у которого закатились глаза, вытянул руки размялся.
Сладкая истома разливалась по моему телу; нечто подобное я испытывал, когда успешно сыграл свою первую и единственную роль в театральной постановке на утреннике в третьем классе — я тогда играл грибочек.
В этот раз моя роль была немного более напряжённой. Но сыграл я её, кажется, превосходно.
— Он поверил, — прошептал я с улыбкой, — рассматривала бледное лицо юноши. Какие занимательные оно принимало выражение. Страх, тревога, отчаяние… И при этом он боролся, ох, не стоит недооценивать моего героя — он боролся. Лёгкий, бодрящий ток пронзил моё сердце, когда он швырнул в глаза миньона горсть песка. Не каждый мальчишка способен проявить такую находчивость.
  
Впрочем, моя игра тоже была на уровне. Фраза про закрытые глаза, например — импровизация. И какая! Воистину, настоящая игра рождается в процессе. Спросите любого драматурга. Большая часть правок появляется в сценарии во время первой репетиции…