"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)

Аккуратно составленная бумага не допускала разночтений и не могла ни в каком случае доставить мне неприятности. Подпись я поставила со спокойной душой и, отложив приятно греющее пальцы золотистое перо, повернулась к ректору. За последние минуты лорд Адсид подготовил оставшийся после ужина стол к ритуалу. Εще один приятный штрих к портрету этой интересной личности. Он ждал моего решения, а не подготовил все заранее, пытаясь надавить на меня расставленными на столе зельями.
  
Пламя свечей преломлялось в граненом пузырьке со светло-лиловой жидкостью. Тускло и дорого поблескивал многочисленными осколками радуги белый опал. Этот очень крупный, гладко обточенный овальный камень выглядел особенно эффектно на темной скатерти. Рядом с ним на плоской металлической чаше лежал нож с тонким лезвием и костяной ручкой — магия крови ждала свою жертву.
От этих мыслей стало не по себе, но отступать было некуда. Магистр учтиво помог мне сесть, приятный и дымный запах его духов вновь на несколько мгновений окутал меня и помог справиться с нарастающим волнением. Шэнли Адсид уже слишком много раз показывал, что оберегает меня не только на словах, но и делами. Сомневаться в нем и в предложенном им ритуале сейчас было даже странно.
Лорд устроился напротив, протянул мне листок с формулой и, дождавшись моего разрешения, начал.
Наши пальцы соприкоснулись, когда руки легли на опал, символ надежды и добрых намерений. Я смотрела на кольца лорда, не решаясь поднять глаза и встретиться с ним взглядом. Было неловко оттого, что ритуал требовал называть сиятельного ректора только по имени. Такая, пусть очень временная, перемена в отношениях казалась мне неправильной и неестественной. Но это ощущение ушло, стоило лорду Адсиду начать ритуал.
Глубокий голос полнился магической силой, отчего баритон ректора казался красивей, чем прежде. В формуле несколько раз повторялось мое имя, и каждое новое упоминание словно привязывало меня незримыми нитями к сидящему напротив мужчине. Неожиданно приятное ощущение.
Потом свою часть заклинания читала я и чувствовала, как моя магия тянется к лорду, будто молодые побеги к солнцу. «Шэнли» — мягкое, но энергичное имя пахло дымом и лавром. «Шэнли» — медовое тепло в груди и ощущение защищенности, уюта. «Шэнли»…
Я жалела, что первая часть ритуала закончилась. Не хотелось прерывать волшебную и удивительно гармоничную связь.
Он отодвинул опал, место камня заняла чаша, в руке решительного лорда блеснул нож. Тонкий и длинный разрез на пальце, кровь, падающая крупными каплями. Он читал заклинание, и каждую каплю оплетало золотое кружево чар.
Я не помню, как нож оказался в моей руке, не помню боли от пореза. Зато точно знаю, что с этой части ритуала перестала смотреть в листок с формулой. Правильные слова приходили сами. Они всплывали в памяти, их диктовала пролитая обоими кровь. Он каким-то непостижимым образом подсказывал мне нужные фразы. Я чувствовала себя важной и оберегаемой. Поразительное ощущение, которое мне тоже не хотелось терять.
Но этап завершился, настал черед эликсира. Пробка с глухим хлопком вынулась из бутылки, пахнущее сиренью и мятой зелье заполнило обе рюмочки до краев.
Заклинание мы читали одновременно, глядя друг другу в глаза, ни разу не ошибившись. Сердце билось в такт магическим формулам, а интонации и взгляды оживляли и делали настоящими те обещания, которые мы произносили. Я чувствовала его искренность, его желание и обязательство прийти на помощь сейчас и потом. Я старалась показать, как дорожу его расположением, как благодарна ему. Очень хотелось донести это до него так, чтобы он поверил, но при этом не оскверняя чувства словами.
Наша связь крепла с каждой фразой, с каждым ударом сердца. Когда мы выпили до дна неожиданно холодное зелье, она стала почти совершенной. Почти… Не хватало малости — взяться за руки и произнести завершающие формулы.
Над плоской чашей встретились наши левые ладони. Кровь из его пораненного пальца прочертила полосу на моей коже. В густом, вязком времени, разбитом на века тягучими ударами моего сердца, две капли крови, моя и его, одновременно упали в чашу.
Меня захлестнуло его даром. Сильная мужская магия ворвалась в меня через соединенные ладони. Сияющий словно солнечный янтарь дар впечатлял мощью и красотой, покорял теплотой и душевностью, чистотой, которую не передать словами.
Восторг… Радость и восхищение… Я в жизни своей не видела и не чувствовала ничего более прекрасного!
Я наслаждалась его даром и нашей связью, но еще сильней меня радовало осознание того, что он так же любуется моим даром, как и я его. Невыразимое удовольствие…
Ритуал требовал завершения, и нужные слова были сказаны. Взаимопроникновение даров пошло на убыль, сияние магии тускнело, постепенно приходила усталость. Все вокруг становилось туманным и будто пыльным, как всегда после завершения сложного заклинания.
Теперь стало неловко и даже стыдно смотреть в глаза лорду Адсиду. Словно он не только знал обо мне все, но и видел меня обнаженной. От этих мыслей заполыхали щеки. С досадой поняла, что по — прежнему крепко держала его руку в безотчетном стремлении как можно дольше чувствовать его дар. Осторожно разжала пальцы, высвободила ладонь и, не находя не только слов, но и места себе от жгучего смущения, постаралась хотя бы сделать вид, что пытаюсь остановить кровь.
Он прокашлялся, но красивый баритон все равно звучал сипло.
— Что ж… Хорошо, что мы так рано закончили с ритуалом. Он забрал немного больше сил, чем я рассчитывал. Но все же думаю, вы успеете восстановиться достаточно к полудню.
Он встал, взял рюмочки и пустой сосуд, широкими уверенными шагами отошел к рабочему столу. В его движениях чувствовалась суетливость, а сам ректор казался мне растерянным и задумчивым.
— Я не могу обещать, что мне удастся поставить вас в последнюю пару. Отбор, сами понимаете. Наблюдатели, Видящая могут что-нибудь заподозрить.
Я кивнула, промолчала. Постепенно поняла, что «Семейное спокойствие» забрало у меня больше половины резерва. Поэтому тусклый мир так медленно обретал краски.
— В полдень у вас встреча с портными. Мастер масок придет чуть позже, — к лорду, до того как-то торопливо сыплющему словами, постепенно возвращались и привычная размеренность речи, и обычные интонации хозяина положения. — Вручать маски будут при наблюдателях, что бы не возникло дополнительных вопросов. Послы Аролинга очень придирчивы. Это можно понять. Выбранная девушка в свое время станет их королевой.
Он подошел к столу, положил в бархатный мешочек опал, постоял немного рядом, будто размышляя. Я не поднимала головы. Даже глаза закрыла, пытаясь совладать с чувствами. Было стыдно за то, что так явно, не скрываясь любовалась самим мужчиной и его даром во время ритуала. За то, что получила удовольствие! За то, что это было совершенно очевидно лорду Адсиду хоть тогда, хоть сейчас! Ритуал связал нас крепко, о чем я уже жалела. Ведь мои эмоции и переживания теперь стали для него открытой книгой!
Лорд Адсид сел напротив, отставил в сторону чашу и протянул мне раскрытую ладонь.
— Давайте я залечу вам порез, — красивый голос звучал спокойно и уверенно, будто ничего необычного не происходило. — Вам понадобятся сегодня силы в бою.
— Я сама, спасибо, — прошептала я.
— Не упрямьтесь, госпожа Льяна, — в голосе послышалась улыбка, а мое имя лорд произнес как обычно. Без чарующей теплоты, сводившей меня с ума во время ритуала. — Вам сегодня сражаться. Я могу до хрипоты объяснять вашим соперницам, что эти бои нужны только для того, что бы полней проявить дары. Могу бесконечно повторять, что от победы или проигрыша совершенно ничего не зависит. Они все равно три дня будут биться на пределе возможностей. Мне бы не хотелось, чтобы вам в самый ответственный момент не хватило сил на щит.
  
Новоприобретенная привычка признавать правоту лорда Адсида не позволила мне ему перечить. Все еще не решаясь встретиться с ним взглядом, я протянула ему левую руку. Он был бережен, осторожен. Заклинание пощипывало палец, но этого неприятного ощущения не хватало, чтобы отвлечь меня. Я чувствовала янтарный дар чарующего мужчины и, борясь со смущением и стыдом, не могла не любоваться им.