"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)

— И Марика со временем стала бы королевой, — промолвила я. — Но тут появилась наследница бури, и ее очень задело, что ты захотел меня забрать…
Альмир кивнул.
— Мы два дня назад разругались в пух и прах. И мое невинное желание задело ее так, что гнев затмил разум, — произнес он. — Ну она вообще не очень умна. Хитрости много, подлости много. Уверенность в своей уникальности есть, а ума — вот ума недостает.
  
— И что же нам со всем этим делать? — спросила я.
— Можно пойти спать, — ответил Альмир. — А можно пойти к древнему капищу и наловить светляков. Что тебе больше нравится?
— Светляки! — я даже не раздумывала. — Какой уж сон после кофе!
* * *
Ночь, которая казалась мне непроницаемо черной из окон лаборатории, на самом деле не была ни мрачной, ни непроглядной. Свет звезд и растущего месяца вполне сносно озарял тропинку между деревьев, и я могла видеть, куда иду. Порой мой спутник поддерживал меня под локоть, когда тропинка круто брала вверх.
— Интересно? — спросил Альмир.
— Загадочно! — откликнулась я. Ночь действительно таила в себе какое-то таинственное очарование. Она была наполнена звездным светом, щелканьем птиц и шелестом листвы, она была живой, и я чувствовала странный восторг, наполняющий тело. Казалось, вот-вот — и я оторвусь от земли и взлечу.
Постепенно за деревьями стало разливаться золотистое сияние, и вскоре мы вышли на поляну. Идеально круглая, полностью лишенная травы и окруженная грубыми белыми глыбами, она напомнила мне лысую голову, увенчанную короной. И над всем этим — поляной, сваленными камнями, истуканами — медленно кружили золотые звезды светлячков.
Я остановилась, не решаясь вступить в круг. Светлячки были похожи на облака тумана. Они то сбивались в плотные стаи, то рассыпались в стороны — тогда на поляну словно бы набрасывали полупрозрачную сияющую вуаль. Альмир прошел вперед, переступив заповедную черту, и протянул мне руку.
— Что же ты, идем!
Я послушно вошла в круг и тотчас же ощутила мимолетное прикосновение к лицу — будто по коже провели невидимым перышком. И древнее капище тотчас же преобразилось. Над изваяниями засиял бледно-голубой туман, и в их грубых чертах, сглаженных ветрами, проступили изначальные лица. Словно зачарованная, я двинулась вдоль истуканов, всматриваясь: были здесь и торжественно-скорбные лики людей, и настолько уродливые хари чудовищ, что оторопь брала. Незаметно, исподволь, ночь наполнилась множеством удивительных существ, сотканных из бледно-голубого тумана. Среди деревьев я увидела величаво плывущую рыбину с тонкими длинными усами. Пробежала косуля — из-под ее копыт рассыпались звездочки. Пропрыгал заяц — остановился было, обернулся и тотчас же задал стрекача. Над верхушками деревьев нависла огромная бычья голова с кривыми рогами, посмотрела на капище и медленно отдалилась.
А потом все прекрасные и жуткие чудеса закончились. Я обнаружила, что нет ни привидений, ни животных — лишь светляки кружатся над поляной, бросая золотые блики света на камни, в которых больше нельзя было увидеть ни лиц, ни рож.
— Красиво, правда?
Я обернулась и увидела Альмира. Он стоял в центре капища, и в его поднятой руке был хрустальный фиал, в который влетали светляки.
— Красиво… — откликнулась я. — Альмир, что это было? Эти звери — откуда они?
Колдун улыбнулся.
— Это древние хранители гор, — ответил он. — Ко мне они давно привыкли, а теперь вот пришли посмотреть на тебя. И им понравилась твоя смелость.
Я поняла, что поздней ночью отправилась в лес в сопровождении человека, который умеет превращать животных в людей. Да, кстати! Мы пошли на древнее капище. Должно быть, вон на том поваленном камне приносят в жертву дурочек вроде меня.
Почему-то страх так и не появился. Хотя раньше я обожала почитать жуткие истории на ночь, чтобы потом спать при свете и ходить в туалет на цыпочках.
— Мне они тоже понравились, — искренне призналась я. — Особенно зайка.
— А быка не испугалась? — поинтересовался Альмир. В фиал залетел еще один светлячок, завозился, устраиваясь на новом месте.
— Нет! Он хороший, — улыбнулась я. Альмир как-то странно посмотрел на меня.
— Да, судьба послала мне бедовую девчонку, — промолвил он и указал на один из поваленных камней. — Садись, в ногах правды нет.
Я послушно опустилась на теплую спину камня и вдруг поняла, что кругом царит такая тишина, что я могу слышать сонное дыхание людей в замке. Месяц медленно уползал за кромку леса.
— Расскажи о своем мире, — попросил Альмир. Сам он садиться не стал, бродил по капищу и то и дело подбирал что-то с земли.
— А что рассказать?
Колдун пожал плечами.
— Не знаю. Что угодно. Есть у вас короли?
— Есть. Но они не имеют реальной власти. Что-то вроде символа государства.
На лице Альмира всплыла знакомая презрительная улыбка.
— Дикари, — усмехнулся он. — Чем вы занимаетесь?
— Разным, — ответила я. — Кто-то лечит, кто-то учит, кто-то изобретает. Я продавала пластиковые окна по телефону.
Альмир вопросительно поднял бровь.
— Не буду уточнять, что это, — поморщился он. — И тебе нравилась твоя работа?
Я вспомнила, сколько раз меня послали по матушке в мой последний день на родине, и отрицательно мотнула головой.
— Не очень. Но у нас трудно найти работу, — я почему-то посмотрела на свои руки, спокойно лежащие на коленях, и сказала: — Зато у нас принято на свадьбе обмениваться кольцами.
— Кольцами? — удивился Альмир. — Это еще зачем?
Я даже растерялась. Вот поди растолкуй элементарные вещи!
— Кольцо — это символ бесконечной любви. У него нет ни начала, ни конца, и считается, что жизнь у пары будет такая же, долгая и счастливая.
Вспомнилось, что за три года отношений Антон так и не удосужился подарить мне такое кольцо. А теперь наверняка и не ищет меня. Радуется, что никто не мешает по бабам скакать.
Альмир пожал плечами и вынул из фиала светлячка. Тот сонно повозился на раскрытой ладони колдуна и, на миг вспыхнув нестерпимо ярким огнем, превратился в изящное колечко. Гладкий золотой ободок украшал сияющий светлячок, и его крылышки едва заметно подрагивали. Колдун протянул мне ладонь с кольцом и сказал:
— На, бери.
«И кто из нас дикарь?» — подумала я и подала ему правую руку.
— Нет, не так. Ты должен надеть мне его на безымянный палец.
Альмир снова пожал плечами и послушно надел кольцо, куда было велено. Колечко село идеально, и через несколько мгновений я перестала его чувствовать. Почему-то мне было ясно, что оно не будет крутиться на пальце, и я никогда его не потеряю.
— Спасибо, — прошептала я. Голос дрогнул: я и не ожидала, что обручальное кольцо имеет для меня такую ценность. Казалось, я вот-вот расплачусь.
— Да не за что, — сказал Альмир. — Если для тебя это важно, то почему бы и нет?
Я всхлипнула и ответила:
— Теперь тебе тоже нужно такое кольцо. Доставай жука!
Альмир послушно вытащил светляка из фиала, и вскоре кольцо было готово. Я взяла его с ладони колдуна и аккуратно надела на его безымянный палец. Некоторое время мы молчали, потом я сказала:
— Ну вот. Теперь все правильно.
Альмир ободряюще улыбнулся. Облако светляков медленно рассеивалось, и поляна погружалась во мрак. Из-за деревьев неторопливо ползли лохматые языки тумана, и звездное небо отдалялось, укутываясь в высокие облака.
— Наверно, нам пора домой, — поежилась я. Альмир убрал фиал в карман камзола и взял меня за руку.
— Пойдем, — промолвил он, и ночной лес внезапно скользнул куда-то в сторону, размазываясь некрасивыми темными пятнами, словно кто-то взял тряпку и стер его. В следующую минуту я уже стояла в нашей спальне, едва озаренной почти погасшей лампой, и о походе за светляками напоминало только кольцо на пальце и мокрый от росы подол платья.
  
— Пора спать, — улыбнулся Альмир, и я мысленно повторила: пора спать… Чары остались позади, но я понимала, что в любое время смогу их вернуть.