"Фантастика 2026-169". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

После завтрака я решил разобраться с этим вопросом. Мысли о письме не давали мне покоя. Оставив Радована на участке, я зашагал в сторону деревни. К дому Витольда. Старик был единственным доверенным человеком, кто постоянно мотался туда-сюда, и я надеялся, что смогу договориться с ним о поездке в город.
Вскоре я дошел до дома старика. Из трубы валил густой дым, а воздухе витал уже знакомый запах его пойла.
  
Я несколько раз постучался в дверь. Витольд был искренне удивлен увидеть меня на пороге своего дома.
— Ты чего? — спросил старик. — Уже успели что-то вырастить?
— Нет, дело не в этом, я хочу отправить с тобой письмо в город.
— В город? — глядя на меня, старик прищурился. — Гулос… Он ведь порядок любит. Правда тот, который ему выгоден. Раз в неделю он дает добро на выезд с товаром или за припасами. Моя очередь только через четыре дня подойдет. Раньше и нет смысла соваться. Дозорные на тракте просто развернут.
Я стиснул зубы. Четыре дня! Я не могу столько ждать. Предшественник игнорировал семью, затем появился я. Но письма сразу не изучил. Занят был собственным выживанием. Откладывать это дело больше нельзя. Ни в коем случае!
— А если лично? Пешком? — с надеждой спросил я.
— И без документов? — Витольд хмыкнул, обнажая беззубые десны. — Пеший гонец без бумаги от Гулоса или другого уважаемого землевладельца — это бродяга. Ведь в нашем краю зачастили скрываться беглые преступники, дезертиры… Сейчас в город добираться стало гораздо проблематичнее. Эх, а ведь раньше были времена… Всё было проще. Сейчас приходится плясать под дудку Гулоса, чтобы свои дела вести спокойно.
Видимо, выбора у меня нет. В город не так уж и просто попасть. Сжимая кулаки, я направился в сторону логова местного «дьявола». Придется слушать его идиотские шуточки, платить, наверное, втридорога за лист бумаги и надеяться, что этот боров не слишком внимательно будет вчитываться в мои строки.
Возле дома Гулоса уже выстроилась очередь. Жители деревни, хмурые и притихшие, переминались с ноги на ногу. Здесь был «центр мира»: тут принимали налоги, выдавали разрешения и здесь же стоял тот самый «постоялый столб» для гонцов.
Я встал в хвост очереди, чувствуя на себе косые взгляды окружающих. «Войцех пришел, чтобы вымолить у Гулоса работу», — читалось в их глазах. Время тянулось невыносимо долго. Дверь дома периодически открывалась, оттуда выходил очередной проситель, выглядящий еще более раздавленным, чем прежде.
Я же ведь не так давно получил пятый уровень выращивания растений. И даже не посмотрел, что мне дала система в качестве награды. Я мысленно обратился к ней с запросом и получил отчет:
/Ваша способность «Жатва Живки» эволюционировала! /
/ Описание: Ваши магические каналы расширились и укрепились. Теперь вы способны пропускать через себя и удерживать в 3 раза больше природной Живки без вреда для здоровья./
/Эффект « Гипертрофия плода»: Направляя накопленный избыток энергии в момент формирования завязи, вы заставляете клетки растения делиться с аномальной скоростью./
/ Результат: Плоды вырастают в 2–3 раза крупнее стандартных образцов при сохранении всех вкусовых и магических качеств./
Внезапно боковая дверь лавки травника, пристроенной к дому, распахнулась. Оттуда, прижимая к груди небольшой кожаный саквояж, чуть ли не бегом выскочил молодой парень. Это был внук покойного травника.
Ян замер, увидев меня, и тут же подошёл поделиться своим счастьем.
— Я свободен — озираясь по сторонам, прошептал он. — Даже не знаю как вас отблагодарить за ту покупку. Я расквитался со всеми долгами. Слов не хватит, чтобы выразить мою признательность вам… Извините, но это наша последняя встреча, задерживаться больше не могу. Мне пора. С попутным обозом уезжаю в город. Надеюсь, он ещё не тронулся без меня.
В моей голове словно вспыхнула искра. Очередь к Гулосу, его идиотская физиономия, его насмешки над моим письмом семье — всё это вдруг перестало существовать.
— Ян, послушай, — я схватил его за плечо, и оттащил чуть в сторону. — Если и вправду хочешь меня отблагодарить — есть просьба. И сейчас — единственный момент, когда ты можешь её выполнить
Парень побледнел, но кивнул:
— Всё что угодно, Войцех. Если это не займет много времени.
— Нужен лист бумаги и чернила. Они ведь у тебя есть? Мне нужно отправить письмо матери и сестре в обход Гулоса. Ты же ведь в город едешь?
Ян нахмурился, принялся быстро соображать.
— У меня в лавке осталась бумага. Идемте, только быстро!
Мы почти бегом зашли в лавку травника. Внутри было пусто. Почти всё имущество уже было распродано или вывезено в счет долга.
Ян лихорадочно вытащил чистый лист плотного пергамента и откупорил маленькую чернильницу.
— Пишите, у вас пара минут, — торопил меня парень.
Я схватил перо. Руки, поначалу казались чужими, неповоротливыми, но как только кончик коснулся бумаги, слова полились сами собой.
Местный язык я не знал, но умения прежнего владельца тела сохранились. Раз могу говорить на этом языке, как на родном, значит и писать способен!
«Элиза, мама. Это Войцех. Я жив. Хочу попросить у вас прощения за молчание и за то, что не был рядом, когда не стало отца. Я знаю всё. Знаю, в какой беде вы оказались. Пожалуйста, держитесь. Больше я вас не брошу. Ян, мой добрый друг, передаст вам это письмо с деньгами. Я всё исправлю. Даю вам слово!».
Я быстро сложил лист вчетверо и передал внуку травника.
— Всё, — выдохнул Ян, пряча письмо в потайной карман куртки. — Доставлю в лучшем виде. Можете на меня рассчитывать.
— Это письмо нужно отправить Элизе Мейер в деревню Горные Ключи, Она находится в столичным округе, — поспешно сказал я и протянул мешочек, в котором лежало двести биллингов. — Разменяй и положи в конверт эти деньги. Надеюсь, всё запомнил?
— Хорошо, я всё сделаю, проблем с памятью не имею, — убрав письмо в саквояж, ответил Ян.
— Спасибо, Ян. Ты не представляешь, как много для меня это значит.
— Это малая часть того, что вы сделали для меня, — кивнул он. Затем пожал мне руку, закинул на плечо саквояж и выскочил на улицу к своей повозке.
Я вышел следом и смотрел, как Ян вскакивает на козлы. Колеса заскрипели по сухой грязи, унося весточку, которая была сейчас важнее любых денег.
Но всё же надеюсь, что деньги дойдут до моей семьи в целостности и сохранности. Нет, у меня не было сомнений, что Ян — честный человек. Просто путь до столичного округа неблизкий. Письмо успеет побывать в руках не одного человека. Всякое может случиться…
Я шел обратно от деревни в сторону своего участка. Дорога занимала добрый час, и за это время я успел немного остыть.
Внутри все еще бурлила смесь злости на Гулоса и облегчения от того, что письмо Яну я все-таки передал.
Наконец, я добрался до дома. Радована снаружи не было. Видимо, остатки каши доедает. Вечно он есть хочет! Надеюсь, что хотя бы горшочек помоет, да и горох не мешало бы водой залить.
Я поднялся на крыльцо и толкнул тяжелую деревянную дверь. Она поддалась на удивление легко и без скрипа — видимо, Радован забыл задвинуть засов.
Я шагнул внутрь и замер на пороге.
Радован действительно был дома и сидел за столом, но кашу он не ел. Он сидел спиной ко мне и о чем-то увлеченно болтал, активно размахивая руками. На столе все еще стояли остатки нашего утреннего пира: недоеденная лепешка и пустой горшок.
Но напротив моего помощника сидела незнакомая девушка.
  
Глава 13
 
Увидев меня, незнакомка сразу же встала из-за стола. Её внешний вид ярко контрастировал на фоне женщин-крестьянок из деревни Гулоса. По крайней мере, таких как она, я тут ещё ни разу не видел.
  
Одета она была точь-в-точь как любой здешний мужчина. Поношенный суконный кафтан, туго перехваченный на талии широким кожаным ремнем, стоптанные сапоги из грубой кожи. На поясе, рядом с парой кошелей, висели ножны, из которых торчала рукоять крупного ножа.