Городовой (СИ)
«Пора позаботиться о том, чтобы создавать местные хозяйственные, так сказать, опорные пункты рабочих социал-демократических организаций в виде содержимых членами партии столовых, чайных, пивных, библиотек, читален, тиров и пр. Я не знаю соответственного русского слова и называю тиром помещение для стрельбы в цель, где есть запас всякого оружия и всякий желающий за маленькую плату приходит и стреляет в цель из револьверов и ружей. В России у нас объявлена свобода собраний и союзов. Граждане вправе собираться и для учения стрельбе. Опасности от этого никому быть не может. В любом европейском большом городе вы встретите открытые для всех тиры — в подвальных квартирах, иногда за городом и т. д. А рабочим учиться стрелять, учиться обращаться с оружием весьма-весьма не лишне. Разумеется, серьёзно и широко взяться за это дело мы сможем лишь тогда, когда будет обеспечена свобода союзов и можно будет тягать к суду полицейских негодяев, которые посмели бы закрывать такие учреждения».
Тир для Ленина — это учреждение для подготовки стрельбы по людям. И, конечно, просто пойти в тир и стрелять там, в помещении — это деньги на ветер. А вот по людям — это самое оно. Пойти пострелять вечерком на Лубяночку, пополировать кровь. Но всё это пока лирика.
Помню, были разговоры и споры о том, сотрудничал ли Ленин с охранкой? Был ли он полицейским осведомителем и провокатором? Давайте подумаем об этом.
Никаких данных, никаких предположений о сотрудничестве Ленина с тайной полицией России нет. А, собственно, почему? Ведь если человек брал деньги у злейшего противника во время Первой мировой войны и шёл таким образом в ультраквабанк, то что ему мешало раньше брать деньги на революцию? У русского охранного отделения, а не немецкого. У флибустьера нет постоянных друзей и постоянных врагов. У него есть постоянные интересы.
Существует одно малозаметное происшествие, которое произошло с Лениным в июне 1900 года. Его иногда упоминают, а часто и игнорируют. После организации группы «Искровцев» в России, Ленин должен был поехать на Запад и жить там неопределённо долго, руководя подпольной работой за рубежом. В мае он получил заграничный паспорт. И перед отбытием на Запад решил навестить свою жену в Уфе, где она отбывала ссылку и должна была приехать к нему позднее. Ну и таким образом подтвердить легенду, что это его настоящая жена. Но с дуру он по каким-то делам решил завернуть сначала в Петербург. А в Петербурге ему жить запрещалось. И как только он приехал в Петербург, его на улице схватили, швырнули в пролётку и отвезли в тюрьму. Причём арестовали очень жёстко. С двух сторон подошли, схватили за руки, он что-то хотел рыпаться, ничего не смог сделать, даже шелохнуться. Оказался в тюрьме, вместо того чтобы оказаться за границей. И вот в этой тюрьме он просидел 10 дней. А потом его отпустили. Не сделали ему ничего. И он спокойно выехал за границу. Как такое могло быть? По закону его должны были снова сослать за нарушение режима. В любом случае должны были отобрать заграничный паспорт. А ему ничего не сделали. Может быть, это была случайность и инциденту полицейские не придали значения? А почему тогда его не выпустили сразу или через день? А он сидел там 10 дней. А с кем встречался в этой тюрьме Ленин? Кто его допрашивал? А допрашивал его не рядовой следователь, а начальник Петербургского охранного отделения.
Сохранилось только одно свидетельство. Это свидетельство брата Ленина. Жандармский начальник, по его словам, рассмеялся и сказал: «Ну как же так, господин Ульянов, вы поехали в Петербург через Царское Село, а оно так охраняется, что муха не пролетит. И вот в результате мы вас вычислили и арестовали». То есть нам сообщается, что начальник Петербургского охранного отделения сообщил опасному государственному преступнику конфиденциальную информацию о работе разведслужб. Но одновременно нам сообщается и другое, что это не был допрос, а это был разговор по душам неформального характера, и шёл в доверительных тонах. По всей видимости, Ленин, который после первого пребывания в тюрьме решил никогда в жизни больше в тюрьме не сидеть, потому что он просто этого не выдержит, сказал начальнику охранного отделения, что он очень сожалеет о том, что произошла поездка в столицу без разрешения. Это мальчишеский поступок. И он просит его извинить и отпустить на Запад работать в библиотеках, заниматься научной деятельностью. Ему очень не хочется снова попасть в тюрьму. На что ему начальник охранного отделения ответил: «Господин Ульянов, а уж как мне не хочется сажать вас в тюрьму. Вы же учёный, социал-демократ, а не какой-нибудь террорист. Пожалуй, я вас освобожу. Но с одним условием. Нет, не беспокойтесь, не надо подписывать никаких бумаг, ничего не надо. Я вам окажу просто такое одолжение из симпатии к социал-демократии. Я слежу, как она развивается на Западе. Это необходимый этап развития, обусловленный развитием экономики. Я вас отпущу, сделаю вам одолжение. И надеюсь, что если я в будущем обращусь к вам с какой-нибудь просьбой, вы мне в этом не откажете». По сохранившимся документам видно, что Ленина вычислили вовсе не в Царском Селе. Его увели с самого начала, когда он выехал из Пскова. Отслеживали все его явки и встречи в Петербурге, которые он сделал в первый день. И детальная информация о его деятельности сообщалась ещё специальными агентами, которые были внедрены в среду искровцев. Интересно, что одновременно с Лениным там арестовали в другом месте Мартова. Мартов стал злейшим врагом Ленина впоследствии. Он уехал в эмиграцию после революции и стал писать мемуары, очень подробные и разоблачающие личность и роль Ленина в социал-демократическом движении. В этот момент он умер. Он не успел написать много, но то, что написал, это очень интересно. Их я уже цитировал. Он довёл повествование в аккурат до своего ареста в Петербурге. Вот прямо должен был рассказать. За месяц до этого он описал события, а потом умер. Конечно, предположение о сотрудничестве Ленина с жандармами — это всего лишь предположение.
Ленин хорошо просчитывал складывающиеся ситуации в режиме живого времени. И он сразу понял, что арест означает конец его революционной карьеры. А следовательно, карьеры вообще. Потому что Ленин был политическим лидером прирождённым, но больше ничего не умел. У него не было никаких талантов. Что получилось бы, если его арестовали, посадили в тюрьму или хотя бы выслали опять куда-нибудь на периферию? Или хотя бы не выпустили за границу? Тогда процесс кристаллизации социал-демократической партии совершили бы другие люди. И Ленин, отсидев срок, получив всеми правдами и неправдами заграничный паспорт или нелегально, скорее всего перейдя на Запад, он уже пришёл бы на новенького, на старенького. Там уже была бы сложившаяся организация. И он бы в ней играл вторые и третьи роли, выполняя черновую работу. А что такое черновая работа? А это работа в поле. Его послали бы снова в Российскую империю с заданием. Он неминуемо, как и все в такой ситуации тогда социал-демократы, сел бы. Скорее всего, прочно. А если бы он сел в тюрьму, и Ленин это понимал, он бы сошёл с ума. Он был не приспособлен для подобных психологических нагрузок. Поэтому проблему надо было решать и здесь, и сейчас, и любой ценой. Любой. И Ляпкин-Тяпкин её решил. Ленин, конечно, не мог и не хотел становиться завзятым агентом. И нужно было найти тонкую дипломатическую формулировку для совместной платформы. Это была задача его собеседника. И он с этой задачей справился. И вовсе не потому, что был каким-то гением сыска.
Начальник Санкт-Петербургского охранного отделения помог попавшему в беду Ульянову, как масон масону, по-дружески. Он утёр слёзы бедному молодому человеку. Его пожалел. Говорится, что глупые царские жандармы даже не догадались тщательно обыскать Ленина. А у него там было секретное послание Плеханову с детальной росписью революционной деятельности на ближайшее время. На самом деле, как я уже сказал, Ленина вели с самого начала. О нём всё прекрасно знали. И материалы на посадку там были в избытке. И, конечно, его и арестовали с целью вербовки. Сначала выманили через своих агентов в Петербург, потом схватили. Ещё можно допустить, что его бы выпустили из тюрьмы, чтобы проследить связи внутри страны. Но за границей — это абсурд. Но получается, что Ленин был нужен охранке за границей. Почему? Свет очевиден.