Городовой (СИ)

— Да, по поводу патентов — это к людям Аристарха, они всё сделают.
Подвигался в костюме, помахал руками, поприседал — даже упал на пол и пополз. Мохов смотрел, раскрыв рот.
— Отлично — нигде не жмёт, не давит. Работу принимаю — пускайте в серию. Что по тёплым штанам и аноракам?
— Вот, пожалуйста — тоже на вас шили.
Я переоделся. Штаны были типа галифе, потому что все ходили в сапогах или унтах, и что-то другое делать не имело смысла. Только крой был другой — тоже с усиленными наколенниками по всей длине и большими вместительными карманами по бокам, как на американских брюках М65 времён вьетнамской войны. Только тёплые, ватные. А анорак я по памяти сделал вариант немецкого эсэсовского анорака двухстороннего, серо-белого, с капюшоном и карманами. Сами немцы попёрли дизайн у финнов и всяких коренных северных народов — только улучшили под военные нужды. Задача была сделать комплект полевой формы для современных учений. По моему мнению, шинель для такого совершенно не годилась. Нужна была лёгкая тёплая одежда, в которой можно активно двигаться. Плюс система слоёв — исподнее, «горка» и верхняя одежда. На суровую зиму сделаем дополнительную меховую подстёжку или комбинезон. Но это на будущее.
  
Надел это всё на «горку», проделал те же упражнения. Проверил карманы.
— А где внутренние?
— Э-э-э, не подумал.
— Сделайте обязательно. А так хорошо. Парка вообще замечательная.
Длина у неё как раз была до колен — можно и на лошади ездить, в принципе, хотя не так удобно будет.
— А шапка?
— С шапкой сложнее — вот несколько вариантов из разных материалов.
Я стал рассматривать первые в этом мире шапки-ушанки. По-моему, это лучший вариант для нашей зимы и армии.
— Вот этот мне нравится, — я указал пальцем на одну чёрного цвета.
Разложил, сложил её — отлично.
— Упакуйте мне всё это — я заберу.
— Подождите — мне же надо мерки снять и прочее.
— Да, вы правы — я забыл про это. Пришлите мне, как всё будет сделано. Хотел в подарок одному из наших дать.
— Как только будет готово — пришлю несколько комплектов.
— Отлично. Ладно, Егор Савич — вижу, дело вы крепко ведёте, спасибо. Как будет что-то отшито — сразу мне. И ещё одно, — я почесал висок, — вот эта шапка… она ведь может не только как военная быть. Подумайте о разных вариантах — на меху, норка, каракуль или ещё что-то. Если хорошо сделаем, то можно будет сделать неплохой новый продукт — причём дорогой, для состоятельной публики.
— Не извольте беспокоиться — отдам все распоряжения немедленно. А по поводу новой шапки — да, вы знаете, это хорошая идея. Займусь непременно — спасибо!
— А по обуви есть подвижки?
— Это которые новые для атлетических занятий? Теннисные туфли?
— Можно и так сказать.
— Тут пока похвастаться нечем. Веду переговоры с заводом резиновых изделий — как что-то будет, сразу сообщу.
— Вы бы отрядили отдельного человека на это дело — а то всё сам да сам, никаких сил не хватит. Делегируйте, Егор Савич — самому не разорваться. Да и дело быстрей двигаться будет.
Дома вечером засел за бумаги. Скоро предстоит встреча с фон Валем в более неформальной обстановке, а по нему у меня крайне мало информации. Естественно, у меня не была сохранена вся Википедия, к сожалению. Но было достаточно много биографий, которые касались белого движения, красного террора и периода двух революций. По этим данным можно было что-то найти.
Вообще, по сути, мне спасла жизнь портативная зарядка для павербанка BigBlue 3. Это раскладная солнечная панель для зарядки аккумуляторов. Мы использовали такие штуки для подзарядки раций и другой техники, в том числе и павербанков. Павербанк у меня был Nitecore NB20000 mAh — самый мощный. Вот если бы не было солнечной панели, я бы так попал, что… даже и говорить не хочется. Розеток-то в нашем понимании не существует — редкие электроприборы подключаются напрямую к сети, а сеть, как я узнавал, 110–127 вольт. То есть даже если зачистить провода и кинуть напрямую, то ничего не выйдет. Пришлось бы ждать ещё лет десять или пинать Ладыгина, чтобы изобрёл побыстрее. Хотя я это в любом случае буду делать.
Так вот, мы просто выкладывали эти батареи гармошкой и заряжали павербанки, а потом уже с них другую технику — ловили световой день. Тут я делаю то же самое. Специально такой флигель искал, чтобы можно было больше света ловить и заряжать. Вот так — не знаешь, что тебе жизнь спасёт. Бушкрафтерские, EDC-шные и выживальческие привычки действительно могут спасти жизнь. Никогда не знаешь, где упадёшь.
Только это мне позволило спокойно рыться в текстах, книгах, выискивая нужную информацию. Любопытно, что я нашёл больше информации на сына фон Валя, чем на него самого.
Сын Виктора Вильгельмовича — Вильгельм Викторович Валь — окончил Пажеский корпус. 9 августа 1900 г. выпущен корнетом в лейб-гвардии Конный полк.
В составе 2-го Читинского полка Забайкальского казачьего войска принял участие в русско-японской войне 1904–1905 гг. 20 апреля 1904 г. во время разведки дороги от Ляояна к Фунхуанчену был ранен и взят в плен японцами, осенью 1905 г. освобождён. Был награждён орденом Св. Станислава 3-й степени с мечами и бантом (1907).
В 1909 окончил Николаевскую академию Генерального штаба по 1-му разряду. Хотя 11 мая 1909 г. он и был причислен к Генштабу, тем не менее 4 ноября того же года по прошению откомандирован обратно в лейб-гвардии Конный полк: был командиром эскадрона, помощником командира полка по хозяйственной и по строевой части.
Участник Первой мировой войны. За проявленные в боях отличия награждён орденами Св. Владимира 4-й степени с мечами и бантом (1914), Св. Анны 2-й степени с мечами (1914), Св. Станислава 2-й степени с мечами (1914), Св. Владимира 3-й степени с мечами (1915).
17 декабря 1917 г. уволен от службы с мундиром.
В 1918 г. уехал в Ревель, примкнул к белому движению, принимал участие в формировании Отдельного Псковского добровольческого корпуса и 10 декабря был назначен его начальником штаба. Вскоре возглавил Западный отряд, а в 1919 г. возглавлял штаб Северного корпуса.
После поражения белых армий эмигрировал в Германию, откуда переехал в Бельгию, а затем во Францию. Погиб во время высадки англо-американских войск в Тулоне на юге Франции.
По отцу прочитал, что умрёт он в 1915 году в Петрограде.
Но главной для меня была другая его характеристика — про него писали: «Проявил большую энергию по розыску политических преступников, считая, что в деле защиты государства допустимы любые методы».
Настоящий русский немец и наш человек. В итоге я завёл отдельную папочку, где собрал все сведения на него, что удалось найти. В этот момент Катерина поскреблась в дверь. Да, действительно, что-то я засиделся. Завтра трудный день.
Любопытно, что в этот же момент на другом конце города уже сам фон Валь сидел в своём просторном кабинете и в свете лампы перебирал бумаги, раскладывая и сортируя их. Ситуация была любопытная — вроде стандартное награждение, которых он провёл сотни, рутинная процедура. Но в этот раз всё пошло не по плану. Он взял в руки папку Савельева, ещё раз пролистал её и отложил в сторону — совершенно ничего интересного. Вернее, кое-что есть, и связана она с другой папкой — он отложил одну и взял другую, где было написано «Андреев, Андрей Алексеевич». А вот тут уже совсем другая карта идёт. Что за Андреев, откуда он взялся? Чем занимался до этого времени — никакой информации не было. И ни одно ведомство не дало ничего. Теперь он держал в руке обе папки, переводя взгляд то на одну папку, то на другую. Тут какая-то мысль царапнула сознание — он открыл обе папки и начал сверять даты. Вот оно!
  
Рост карьеры Савельева начинается именно после появления этого Андреева. Из ниоткуда. Он отодвинул эти папки и взял третью, с копиями всех рапортов за это время. Ещё раз просмотрел их. Помотал тяжёлой головой — да уж. Если бы наши так работали, в другой стране бы жили. И ведь ничего не стесняется, стервец! Прямо как я в молодые годы. Снова папка Андреева перекочевала в руки — и папка была эта раза в четыре толще, чем Савельева.