Городовой (СИ)
— Ну что, Афанасий Никифорович, садись, наливай чай, рассказывай — как обстоят дела?
— Да всё вроде неплохо. Конечно, есть проблемы — в основном с торговцами с рынка, особенно с новичками. Но люди Фомы там постоянно дежурят на всех точках, так что контроль за ними постоянный. Все платят исправно.
— Вот у меня какое предложение, — и я достал папку со всеми набросками и выкладками. — Полистай пока, посиди, потом выскажи, что думаешь.
Пока Крутов углубился в чтение, я опять задумался. В реальности всё это посносили то ли в тысяча девятьсот шестом, то ли в тысяча девятьсот четырнадцатом. Я точно не помнил. Но знал, что Вяземские провели тут полную перестройку — часть от тех построек до сих пор сохранилась. Я пока всё ломать не спешил. Хотя думать о расширении уже стоит. Нужна полноценная крупная гостиница с большим рестораном, торговый центр нового типа и деловой центр, где будут офисы. Сейчас мы все ютимся по флигелям всяким, а вокруг типичный «Шанхай» — хоть мы с Крутовым и привели всё в порядок, насколько это возможно. Другой вопрос — что такой Шанхай жизненно необходим: тут собираются низы общества, а также все слухи и сплетни, обрабатывается куча агентурной информации, а это важный ресурс, который нельзя потерять. Это Сенная — реальный центр города, где жизнь бьёт ключом. Ладно, форсировать не буду — и ломать всё это через колено тоже. Пусть всё идёт своим чередом. Сначала надо дело сделать — большой скачок, там посмотрим. Плюс пока совсем непонятно, куда вся эта история с фон Валем выведет. Эх, что-то навалилось всё одной кучей. Вот-вот должна начаться вся движуха — буквально на днях. Мы уже отследили найм всевозможной гопоты в качестве пехоты и профессиональных боевиков-революционеров — даже вычислили, где они базируются. А тут надо на встречу с начальством идти. Весь на иголках из-за этого. Ладно, выше головы не прыгнешь.
Недавно состоялся разговор с Боцманом. На главное дело я решил идти только с ним. Даже Малыша не стал втягивать — и тем более моих бойцов. Никому такое не надо ни знать, ни видеть, ни тем более участвовать в этом. Это моя личная вендетта. Боцман сейчас работает один где-то в глухомани под Питером — ради этого даже брал уроки управления телегой и лошадьми у Пахома. Старик хотел участвовать, но я решил даже нашего Харона не привлекать. О таком никто не должен знать.
— Вы меня слышите, ваше благородие?
— А?
— Задумались?
— И ты меня благородием кличешь?
— Всё чин по чину.
— Ладно, что думаешь?
— А попы не взбунтуются? Всё-таки ель ставить посреди площади, да ещё украшать её — язычество в чистом виде.
— Пошли они нахер — пусть только сунутся!
— А в целом?
— Да просто отлично! Надо будет ещё с Потехой поговорить — как я понял, часть работы на нём будет. Вот зови его, и вместе всё обсудите. Я хочу новогодние гуляния — с конкурсами, призами и всем таким прочим. Чтобы сбитень, горячее вино было и всё такое прочее. Но главное — организуйтесь с извозчиками нашими, пусть что-нибудь придумают, как приволочь и установить ель. Прямо тут пусть ставят — на внутренней площади, чтобы управа ни придралась. Наше дело — что хотим, то и делаем. Дальше… ты записываешь там? Правильно. Иди к нашему художнику — пусть оформит афиши, что главные гуляния будут с тридцать первого на первое. Люди должны заранее знать. Закупи фейерверки — только не пожгите тут всё. Запустите ровно в двенадцать часов. Дальше — собери баб, пусть шьют маленькие мешочки для подарков детям. Туда класть всё одинаково — поставь кого-нибудь из моих пацанов, чтобы не воровали ничего. Закупи конфет разных — будем раздавать.
— Так ведь это всё в копеечку выйдет!
— Не обеднеем!
— А кто будет этим дедом морозом?
— Малыш.
Крутов крякнул в кулак.
— Так ведь все разбегутся в ужасе!
— Ничего — загримируем! Сходи в театральный магазин — купи бороду белую большую или сами из ваты сделайте. И пусть бабы сошьют из какой-нибудь красной хорошей материи ему костюм — вот как тут — и шапку специальную.
— Понял. А вторая кто — снегурочка?
— Не знаю пока — решим. Найдём кого-нибудь — пусть для неё тоже самое делают, только синего цвета, голубого.
Крутов почесал затылок.
— Ну что ты кривишься — как будто сам шить будешь! Зато представь, как пошумим — журналистов позовём.
— А нам это надо — шуметь?
— Это называется возвращение репутации и реабилитация в глазах общества!
— Я таких сложных слов не знаю.
— У тебя на всё месяц — привлекай всех, кого можешь. Но к тридцать первому всё должно быть готово. Докладывай о выполнении каждую неделю.
Дальше я с Пахомом поехал напрямую в ателье к Мохову. Надо было решать вопросы на месте и посмотреть, что там получилось у них. Мохов Егор Савич, кстати, уже довольно плотно прописался на моём заводе «Ткачи». Сначала работал со старыми мастерами, вникал в процесс — сейчас уже руководит частично заказами. Произошло слияние — по сути всё это единый холдинг, отшивается он уже на моём производстве.
— О! Андрей Алексеевич, очень рад! Машенька, чаю нам, пожалуйста, приготовь! Вы проходите, давайте ваше пальто. Кстати, как мундир новый — всё хорошо? Можно уже вас официально поздравить?
— Прямо засыпали вопросами, Егор Саввич. Да, повысили немного. Вы лучше расскажите, как у вас успехи?
— Ну что ж, мне нужно, чтобы вы утвердили окончательный образец, и всё — дальше запустим в серию.
— А по обуви что?
— По обуви, кстати, всё хорошо — большая партия рабочих ботинок Red Wings уже давно прибыла из Америки. Отличная, надо сказать, обувь. Что они ответили на ваше предложение?
— По открытию производства у нас?
— Да.
— Ведём переговоры. Должен сказать спасибо за людей, которых прислал Аристарх Николаевич. Они очень помогают.
— Хорошо.
— А что по поводу джинсов? Привезли?
С джинсами интересная история. Как я успел прочитать ещё там, оказывается, джинсы Levi's разработал еврей из Риги, который иммигрировал в США в 1854 году. Звали его Якоб Яковлевич Юфес, он же Jacob W. Davis. Именно он придумал все те штуки — типа карманов на клёпках и так далее. Потом уже он предложил Левису запатентовать всё это дело. Стал миллионером. А джинсы Wrangler тоже придумал еврей из Российской империи — Бернард Лихтенштейн из города Лодзь в Польше. Но это всё значительно позже. И это он придумал одеть ковбоев в джинсы и многое другое — типа культовых перламутровых пуговиц.
Сейчас же мы заказали кучу джинсов и денима от разных производителей — будем пиратить понемногу. Делать копии, разбираться, учиться.
— Да, всё пришло — сейчас над этим работают наши технологи. Кроме того, Аристарх отправил запрос своим людям в Америке — они попытаются разузнать секреты производства.
— А сами что думаете?
— Материал очень хороший — мы в принципе можем его сделать. Весь вопрос в правильной покраске индиго. Андрей Алексеевич, не переживайте — я занимаюсь этим вопросом.
— Хорошо, показывайте, что у вас получилось по моему заказу.
Я долго думал, что лучше шить? До этого мои ребята тренировались в обычных рубахах, шароварах и сапогах — в том, что не жалко. Но понятно — это никуда не годится. В итоге я долго объяснял, что мне надо и для чего. В итоге получилось что-то типа костюма «Горка» из лёгкой парусины, усиленной на коленях и локтях — только без капюшона, но зато с высоким воротником. Ну и всё было на завязочках, так как резинок ещё не было.
— Вполне неплохо. Давайте я примерю.
— Прямо тут?
— Ну а чего мне стесняться — по моим меркам ведь шили?
— Так-то оно так, но из-за кроя он может быть как на размер меньше, так и больше — так что не критично, просторный костюм. Ещё я предлагаю запатентовать пуговицы, которые вы придумали.
Действительно, я решил не изобретать велосипед, а просто взять военные пуговицы. Это те, что крепятся на ленте — то есть не могут оторваться никогда в принципе. В пуговице два разреза, куда продевается лента и пришивается. Просто и гениально.