Любовь и риск

– Леди в золотистом платье нельзя беспокоить, – спокойным тоном произнес Мэтт. – Вам лучше вернуться на место, сэр.
– Кто ты такой, черт возьми, ее папочка?
– Нет, я ее телохранитель. – Мэтт стал теснить мужчину к стойке бара. – И я вас вежливо прошу сесть на место.
Парень был пьян, поэтому мог либо подчиниться, либо стать агрессивным. Мэтт ждал, когда появятся первые признаки того или другого. Бизнесмен бросился на Мэтта.
  
Тот схватил мужчину за руку и вывернул ее. Бизнесмен взвыл от боли.
– Я не хочу неприятностей, но буду защищать покой своей клиентки даже силой, – спокойно произнес Мэтт. – Не вынуждайте меня делать это. Мой вам совет: забудьте эту леди и сядьте на свое место. Здесь чудесно. Вы ведь не хотите устраивать сцену. Вы пришли сюда выпить и хорошо провести время.
– Вы правы, – тяжело дыша перегаром, ответил мужчина. Лицо его стало красным. – Хорошо провести время и пропустить рюмочку-другую. Отпустите меня!
– Когда я отпущу вашу руку, сэр, вы перейдете на другую сторону бара и прекратите свои попытки домогаться моей клиентки.
– Да-да! – прохрипел мужчина.
Мэтт отпустил его. Окружающие смотрели на Мэтта испуганными глазами. Мэтт раньше бывал в этом баре и хорошо знал, что его работники не будут вмешиваться. Он жестом поспешил успокоить посетителей, ему не хотелось рисковать своей репутацией. Сила была последним средством. Всегда.
Бизнесмен поспешно ретировался, на ходу поправляя галстук, приглаживая волосы. Мэтт оглянулся. Лили с озадаченным видом смотрела на него, а ее подруга вжалась в сиденье так, словно хотела отодвинуться от какого-то чудовища как можно дальше.
Мэтт вдруг почувствовал досаду за себя. Не надо, чтобы Лили видела эту безобразную сцену… чтобы она вообще видела его в действии.
Мэтт бросил быстрый взгляд на Мэнни, стоявшего неподалеку с нарочито равнодушным видом, и кивнул ему. Тот опустился на стул.
Подойдя к столику Лили, Мэтт наклонился к ней и сказал:
– Все нормально. Не надо волноваться.
– Вы причинили ему боль? – взволнованно спросила Лили.
– Только его гордости.
– Мне надо в дамскую комнату, – резко произнесла она.
– Если он покараулит наш столик и не подпустит к нему нежелательных визитеров, я пойду с тобой, – решительным тоном проговорила Пиппа. Она поднялась из-за стола, высокая и гибкая в своем черном платье, и двинулась было вперед, всем своим видом показывая полное неодобрение действиям Мэтта.
Он почувствовал острый прилив раздражения: «Почему все думают, что должны опекать Лили?»
– Я сам провожу свою клиентку, – произнес он ледяным тоном.
– Хорошо. Пусть так. Я подожду вас здесь. – Пиппа часто задышала и села на место, а когда Лили поднялась, добавила: – Помни, что я говорила тебе, Лил.
Сопровождая Лили в дамскую комнату, Мэтт изо всех сил старался побороть в себе злость. Он такой, какой есть, и не стыдится этого, и совершенно не важно, что Пиппа смотрит на него как на какого-то уличного бродягу. Что такая женщина, как Пиппа, знает об уличных бродягах? А вот он знает, и это является одной из причин, почему он так хорошо делает свою работу.
Пианист заиграл «Колокола страсти» Джерри Ли Льюиса, и Мэтт, несмотря на свое плохое настроение, улыбался. Лили вошла в дамскую комнату.
Когда было уже далеко за полночь, Пиппа уехала на такси, а Дал подогнал машину и повез всех в гостиницу «Дрейк». Три мартини возымели свое действие. Все вокруг казалось несколько иным: звуки приглушенными, краски ярче, а Мэтт еще более привлекательным, чем раньше.
Лили едва не захихикала, представив себе, как она сейчас замурлыкает и прижмется к Мэтту. Ну и лицо будет у него! А также у Дала и Мэнни.
– Эй, Дал, насколько я понимаю, ты недавно женился, – не очень твердым голосом проговорила Лили.
Дал посмотрел на нее в зеркало заднего вида и улыбнулся:
– Три месяца назад.
С минуту помолчав, Лили сказала:
– Ты знаешь, я чувствую себя немного виноватой, что из-за меня тебе пришлось оставить молодую жену.
– Никаких проблем. Вы же не могли предвидеть, что у вас возникнут неприятности. Моя жена уже привыкла к этому. К тому же я всегда звоню ей при первой возможности.
– А как у вас обстоят дела, Мэнни? Есть ли в вашей жизни какая-нибудь леди?
Лили игнорировала взгляд Мэтта. Возможно, она была излишне любопытной, но ей хотелось понять, как жены телохранителей или их девушки переносят постоянное отсутствие своих мужчин и ту опасность, которая связана с их профессией. Почему-то именно сегодня ей было важно выяснить это.
Мэнни посмотрел на Лили, и в полумраке машины блеснули его белые зубы.
– Есть постоянная женщина, но ничего серьезного. Я еще не готов к тому, чтобы обзавестись семьей.
Лили улыбнулась ему в ответ, и в машине воцарилась тишина. Лили не могла забыть предупреждения Пиппы и того, как быстро и без усилий Мэтт расправился с пьяным бизнесменом. Она пока не знала, как к этому отнестись: где-то в глубине души Лили была благодарна ему за защиту, но ее беспокоила его почти неконтролируемая злость.
Интересно, думает ли жена Дала, глядя на мужа: «Сегодня он может уйти и кого-нибудь убить… или его самого убьют»?
Словно прочитав ее мысли, Мэтт вдруг повернулся к Лили лицом. Они долго смотрели друг на друга, но Лили в конце концов не выдержала и первой отвела взгляд.
Причиной ее мрачных мыслей был, несомненно, алкоголь. А какое это имеет значение? Мэтт Хокинс и его такая же способная команда вовсе не нуждаются в ее жалости или беспокойстве за них. Их никто не заставлял идти в этот бизнес. Они сами сделали свой выбор.
Ее это тоже не касается, так как можно сказать со всей определенностью, что у нее никогда не будет свиданий ни с кем из них.
Хотя почему бы ей не позволить себе немного пококетничать с Мэттом. Вполне нормальная ситуация. Все эти годы у нее на первом месте всегда была работа. Она отказывала себе в том, чтобы завести семью, а сейчас еще и это напряжение, балансирование между жизнью и смертью. Как она может не реагировать на красивого мужчину, в компании которого постоянно находится, не говоря уж о том, что он охраняет ее жизнь?
Основной биологический инстинкт – вот что это такое.
Войдя в отель, Лили улыбнулась охраннику у лифта, пожелала спокойной ночи Мэнни и вошла в свой номер. Больше всего ее беспокоили волосы, пропитавшиеся запахом табачного дыма в баре. Мэтт уже разложил на столе свои материалы, готовясь к ночной работе, поэтому, не говоря ни слова, Лили пошла в ванную комнату и долго стояла под горячим душем.
Она не стала высушивать волосы и, босоногая, в белом махровом халате поверх голубой атласной, отделанной кружевом ночной рубашки, вошла в гостиную. Мэтт склонился над своими бумагами, сбросив с себя пиджак и ослабив галстук. На боку у него висела кобура с пистолетом. Он быстро взглянул на Лили и кивнул, отметив тем самым ее присутствие.
Лили молча принялась ходить по комнате. Тысячи мыслей роились у нее в голове: разговор с Пиппой, предстоящая на следующий день лекция. Ей вдруг вспомнился испуганный и сердитый взгляд бизнесмена, когда Мэтт вывернул ему руку.
Под его несомненным профессионализмом скрывалось что-то темное, неистовое. Лили видела это в его глазах в те моменты, когда украдкой наблюдала за ним, и это ее интриговало. Лили не могла заставить себя перестать думать о том, как пробиться через его броню холодности, сдержанности, чтобы почувствовать спрятанные за ней тепло и страсть.
– Все нормально?
Услышав вопрос Мэтта, Лили остановилась и обернулась.
  
– Конечно. А почему вы спрашиваете?
– Вы снова бродите по комнате.
– Это я так. Дурная привычка. Моя голова полна мыслей. Я вам мешаю?
– Не больше, чем всегда, – с улыбкой ответил Мэтт.
Помолчав, Лили спросила:
– Тот мужчина в баре… почему вы это сделали?
– Именно за это вы мне платите, – сухо ответил Мэтт, и его лицо вдруг стало непроницаемым. – Сожалею, если напугал вас.