Растворенные

– Но если судить по фигуре, это вполне мог быть Питер, так ведь? – спросила Дея.
– Да, вполне мог.
– Спасибо, – сказал Лиам, кивнув. – Судя по вашим отчетам, у нас нет других повторно возникающих призраков, кроме серого «пежо»?
– Нет, у нас нет на примете других машин, которые могли бы быть связаны с этим делом, да и других мобильных телефонов тоже нет. Нам не удалось отследить сигнал конкретного телефона, который сопровождал бы «пежо» или старую «гранаду» в указанные часы.
  
– Это что же, у него нет мобильного телефона? – Дея в недоумении оглядела присутствующих в комнате коллег.
– Ему или ей необходимо включенное устройство, чтобы следить за камерами наблюдения на месте преступления, – сказал эксперт по телекоммуникации. – Так что на данный момент нам кажется, что этот человек не берет в такие поездки свой мобильный и меняет мобильные после каждого преступления. Кроме того, мы можем предположить, что эти устройства хранятся относительно недалеко от мест преступления, чтобы у нас не было возможности зафиксировать их включение-выключение. И при этом не слишком близко – чтобы собаки не смогли их обнаружить.
– Ничего себе, лучше и не придумаешь! – воскликнула Дея почти с восхищением.
– Наш опыт и понимание того, как этот человек шифруется, говорят о том, что он работает, во всяком случае, на уровне прожженного байкера, – усмехнулся полицейский.
* * *
Вода была черной, затхлой. Беата крепко держала Шарлотту. Кожа Шарлотты была вся в язвах и нарывах, как будто она сильно обгорела на солнце. Тело было совсем холодным. А лоб и дыхание были слишком горячими.
– Держи! – крикнул Каспер.
Беата схватила ударившую ее по руке пластиковую бутылку.
– Нам каждый день дают чистую воду?
– Думаю, да, но я не особенно ориентируюсь во времени.
Беата почувствовала, как Каспер придвинулся ближе.
– Когда дают воду?
– Каждый раз, когда открывается люк и вниз бросают нового человека.
– Нового человека? – недоуменно переспросила Беата.
– Да… Здесь два трупа, мы с тобой… и Лоне с Шарлоттой.
Беата открыла бутылку и осторожно попробовала на вкус содержимое, затем нащупала пальцами рот Шарлотты и влила немного воды между губ женщины. Шарлотта с трудом глотнула.
– Она умрет, если мы отсюда не выберемся.
– Понимаю, – Каспер говорил сдавленным голосом, словно в лихорадке. Беата чувствовала его дыхание. Чувствовала кислый, гнилостный запах из его рта.
– Она пробыла здесь на сутки больше меня, и с тех пор, как мы тут, мы ничего не ели, – продолжал он.
Беата чувствовала шершавую и пористую кожу Шарлотты. Кожа ее впитала в себя так много воды, что не могла уже принять ни одной капли. Тело пыталось защитить себя, утолщая и сморщивая кожу. Хуже всего было с руками и ногами. Они распухли и потрескались.
Беата чувствовала себя немного лучше, чем когда она очнулась здесь. Она долго била руками по шершавой стене, пока не пошла кровь, и ее вырвало в воду из-за резкого запаха мочи. Теперь она немного успокоилась, но все еще могла держать над водой только голову и плечи. Вернер был мертв. Еще один человек, которого они не знали, тоже был мертв. Он уже был мертв, когда его бросили в воду, сказал Каспер. Вернер продержался один день, и все это время он был безучастным ко всему.
В темноте Беата прислушивалась к дыханию Каспера. Наверное, он чувствовал нечеловеческий голод, но не жаловался.
– Давай я немного ее подержу.
Беата осторожно отпустила тело Шарлотты и подтолкнула ее к Касперу.
На мгновение в темноте стало тихо.
– Ты можешь мне помочь приподнять ее над водой и подвязать к трубе наверху? – продолжал Каспер. – Мне одному уже никак не справиться.
– А почему нельзя было ее там раньше оставить, пусть все время висит?
– Висеть на трубе больно, и к тому же нам надо хоть немного двигаться, чтобы выжить.
Беата вслушивалась в его голос. Пыталась представить, как он выглядит.
– Ты здесь уже пять дней, – прошептала она.
Послышалось какое-то бульканье, и она поняла, что он перемещается с места на место. Вонь мочи и разложения казалась не такой сильной, как в первые часы, но она все еще чувствовала запахи, и ей было очень тяжело дышать.
– Как он тебя поймал?
– Это было ночью… Я был в мастерской. Мы напились, мы с приятелем. Я вышел отлить, а Деннис поднялся к себе. Я не знаю, что произошло, – не успел ничего понять. Внезапно появился человек. Прямо за моей спиной.
Он замолчал.
Беата уставилась в темноту, туда, откуда слышался его голос.
– И что дальше? Что случилось?
– Он уколол меня.
– Я тоже почувствовала укол… в шею!
– А потом очнулась здесь?
– Да…
– То же самое случилось с Шарлоттой, ее подловили у спортивного комплекса в Томмерупе, и Лоне с Вернером тоже укололи, и они потеряли сознание.
– А на тебя тоже напал мужчина?
– Да, но я не видел его лица.
– А остальные видели? – спросила Беата.
– Лоне только мельком видела его лицо, но она не знает этого человека. Вернер, он ничего не помнил, только то, что его собака внезапно отключилась. Я пытался заставить Шарлотту вспомнить. Она видела его, но как-то расплывчато, нечетко, она не понимает, что произошло. Думаю, если мы выберемся, она не сможет оправиться. Она ведь была первой. Она была в полном одиночестве, когда ее сбросили сюда, и не знала, что появятся другие люди. А ты его видела?
– Вообще не видела. Я была одна в доме, и было темно, когда он. Когда он вошел ко мне. От него пахло тем же парфюмом, что и от моего парня, но я думаю, что он старше Питера.
– То есть это было у тебя дома?
– Да, он поймал меня в нашей ванной.
– Ну и жопа… – Каспер тяжело выдохнул.
– Я поняла, что теперь моя очередь, – тихо сказала Беата. – Похоже, другие не понимали, что происходит, а я знала.
– Почему?
Беата подыскивала слова.
– Я номер шесть, и я следила за этим делом и знала, что полиция всякий раз находила записку с цитатой из Корана. Такая записка оказалась на моем столе в кухне, когда я проснулась прошлой ночью.
Она замолчала, потом продолжила тихо:
– Все занимаются этим делом, но полиция пока что никуда не продвинулась.
Беата дрожала всем телом.
– У них даже нет никаких улик, Каспер.
Она слышала, как Каспер снова зашевелился. При мысли о том, что они будут медленно умирать в вонючей черной жиже, она опять стала задыхаться.
Тишину рядом с ними внезапно разорвал какой-то голос:
– Эй, вы там обо мне шепчетесь?
Беата вздрогнула и придвинулась поближе к Касперу.
– Это Лоне, – объяснил Каспер, пытаясь подбодрить ее.
– Нечего обо мне говорить! – продолжала Лоне. – Вы хотите убить меня! Я знаю! Это вы все это задумали. Где вы?
В темноте раздался громкий всплеск. Казалось, чьи-то руки сильно били по воде. Мощные брызги вонючей жидкости ударили Беате в лицо.
Она судорожно сжала руку Каспера.
– Сейчас она замолчит, – прошептал Каспер. – Она так ведет себя с первого дня.
Лоне все еще барахталась в воде.
– Не трогайте меня!
– А если она доберется до нас? – прошептала Беата.
– Не доберется, это просто… Не знаю. У нее возникают такие вот припадки, а потом она снова успокаивается.
– Не трогайте меня! – завопила Лоне.
Беата ощупала свои руки. Морщинки в них углубились. Пальцы онемели и не хотели подчиняться ей, когда она пыталась потереть их друг о друга.
* * *
– Время девять двадцать семь, – сказал Лиам, оторвав глаза от плана допроса. – В помещении находится подозреваемый, Питер Лёве, а также комиссар полиции Дея Торп и я, заместитель начальника полиции Лиам Старк.
  
Он сделал паузу.
– Питер Лёве, вас подозревают в незаконном лишении свободы гражданки Дании. Прошу вас назвать свое имя, дату рождения и адрес.
– Да, конечно, – сказал Питер.
Его короткие русые волосы встопорщились. Из-за этого он выглядел совсем беспомощным.