Растворенные

* * *
– Да, тут как-то не особенно людно! – заметил Лиам, оглядываясь по сторонам. Был ясный летний вечер. Они проехали по узкому деревянному мосту от деревушки Торюхусе и по грунтовой дороге добрались до дома на острове Торё.
– Ты узнала, кто владеет всем этим? – Он повернулся к деревьям, которые сливались с островом в вечерней темноте. Позади них в лунном свете сверкало море.
  
– Копенгагенское педагогическое общество, – ответила Дея. – Они купили этот участок у одного из директоров, он обанкротился и застрелился. На самом деле общество купило весь остров, и три самых больших из четырех зданий острова используются для летних лагерей, а четвертый дом, согласно старому соглашению, принадлежал бабушке Питера, а до нее – ее отцу. Ее отец, похоже, был дружен с Пламом, который застрелился.
– Бабушка Питера умерла шесть месяцев назад?
– Да, где-то так.
Лиам помахал рукой Нассрин – они с Торбьорном приехали сюда раньше.
– Питер нашелся?
Питер куда-то пропал после обыска дома.
– Ищем, – ответила Нассрин.
– А мобильный Беаты?
– Он лежал включенным вон в тех кустах, но собаки ничего не учуяли.
– Срочно отправьте телефон на техническую экспертизу.
– Босс! Обойдите дом сзади, – позвал Торбьорн Лиама из-за дома. – Тут целая ферма виноградных улиток… Деревянные ящики с крышками.
– Улитки? – воскликнул Лиам в недоумении, обогнул дом и тут же увидел несколько деревянных ящиков, аккуратно выставленных вдоль стены. – Это ты снял крышки?
– Да, это я снял. Тут в ящиках соль, она используется для того, чтобы собирать слизь с улиток. Это просто издевательство над животными.
Лиам подумал было возразить, но Торбьорн, похоже, не собирался вступать в дискуссию о защите животных.
– Ладно, – согласился он, глядя на улиток, которые, вылезая из ящиков, наползали со всех сторон. Его удивило, как быстро такие медлительные животные могут выбраться наружу, стоит им только почуять свободу. Он наклонился над одним из ящиков и обнаружил, что лежавшие там овощи на корм были совершенно свежими – здесь недавно кто-то побывал.
Он шел к фасаду дома, когда услышал лай – привезли собак-ищеек. Внутри дома включили свет. Криминалисты обыскивали дом в поисках каких-либо следов Питера и Беаты, скоро собак отправят цепочкой, чтобы обыскать весь маленький остров.
Дея, одетая в комбинезон криминалистов, с сеткой для волос на голове, махнула рукой, сообщая, что они что-то нашли. Лиам подошел к выкрашенной в синий цвет задней двери и подождал, пока она выйдет. Дом, похоже, за последние пятьдесят лет нисколько не изменился. Он заглянул в окно. По внешнему виду кухонные шкафы, лампы, чашки и мебель явно были старше его самого.
– Посмотри-ка, – сказала Дея, протягивая Лиаму блокнот. – Бабушка Питера все записывала. Летом она продавала улиток и капусту катран – и обычным покупателям, в розницу, и в рестораны.
Дея начала снимать костюм, чтобы не мешать работающим в доме техникам, а Лиам тем временем пролистывал блокнот. После смерти бабушки в блокноте никто не делал записей, но улитки вряд ли бы выжили, если бы кто-то не продолжал этот бизнес.
– Что думаешь? – спросила Дея.
– Думаю, что Питер продолжил бабушкин бизнес и, вероятно, заработал немалую сумму сверх своего пособия по безработице.
– Тогда мы знаем, что он делал во время своих утренних прогулок.
– Да, возможно, – неуверенно ответил Лиам. – Думаю, что Беата ничего не знала про эти его дела, и вопрос в том, почему он держал это в секрете.
– Может быть, она не знала и то, что он унаследовал дом.
Лиам опустился в старое садовое кресло, стоявшее у стены дома. Оно просело под ним.
– Нам нужно поднять в воздух вертолет и установить блокпосты. Сейчас Питер – наш основной приоритет.
Он задумчиво выпятил нижнюю губу.
– Мобильный телефон Беаты не мог появиться здесь сам по себе, и к тому же он был отключен с момента ее исчезновения…
  
День седьмой – четверг
 
– Босс?
Лиам моргнул и в замешательстве оглядел свой кабинет. У него болела спина, и футболка прилипла к телу под пепельно-серым шерстяным пледом.
– Уже половина восьмого, – продолжила Нассрин, – я подумала, что вам бы не повредила порция кофе перед утренним совещанием.
– Да, еще бы. Спасибо.
Он взял в руки кружку дымящегося кофе. Вчера они так поздно вернулись с Торё, что он просто рухнул на диван в своем кабинете и отрубился.
Кофе был очень горячим, но она не забыла про сливки.
– Есть что-нибудь новое за последние часы?
Нассрин передала ему несколько листов с заметками.
Питер задержан около Томмерупа 07:23. Он доставлен на допрос. Скоро готов отвечать.
Луна исчезла в Томмерупе между 22:30 и 06:00. Пока непонятно, связано ли это с делом.
Как мы все знаем, Луна имеет несколько судимостей за кражи, но для нас новость, что одна из краж совершена у родителей Беаты – они заявили на нее чуть больше двух лет назад, и Луна потеряла место социального работника. Беата и Питер не могли не знать об этом.
Автомобиль Питера был замечен возле дома Луны прошлой ночью, а один свидетель видел, как он сказал, «вчера вечером» мужчину, возможно Питера, который шел вслед за женщиной, подходящей под описание Луны. Однако было темно.
Все, что связано с Луной, Деннисом и родителями Беаты, должно быть срочно изучено.
Следы ДНК, мочи и отпечатки пальцев из пасторского двора? Что про это известно?
Серый «пежо» был замечен на выезде из Ассенса в ночь исчезновения Каспера, но номерной знак отличается от номера машины, которая была замечена, когда исчез Кент.
– Доброе утро! – Лиам хлопнул в ладоши, когда чуть позже вошел в зал для заседаний, битком набитый людьми. Он имел обыкновение так делать, чтобы привлечь внимание. Он увидел нескольких человек из разведывательного управления, из отдела беспилотников, из объединенной спасательной группы, кинологической группы, несколько военных и коллег из следственных отделов в Оденсе и Колинге. – Есть новости!
Он кратко проинформировал всю команду и отпустил нескольких человек для выполнения поставленных перед ними задач, а затем продолжил заседание с основным составом своей группы.
– Деннис действительно в вытрезвителе?
– Да, – сказал один из офицеров из службы наблюдения. – Парень совсем рехнулся после пропажи Луны, а потом он был так накачан наркотиками, что мы не видели другого выхода, кроме как задержать его. Он действительно представлял опасность для самого себя.
– Хорошо, главное, чтобы он понимал, что его ни в чем не обвиняют. – Лиам побарабанил кончиками пальцев по бедру. – Обыск в пасторском доме продолжается?
– Да, мы уже полчаса там работаем, – ответил другой офицер. – Восемь человек плюс собаки. Машину Питера мы отправили в технический отдел на экспертизу. Привлекли еще людей из Национального криминалистического центра, его компьютер мы уже забрали.
– У нас достаточно для его задержания?
– Достаточно!
– У вас есть еще двадцать два часа, потом обратимся в прокурору.
Лиам окинул взглядом примерно тридцать человек, сидящих в зале.
– Что касается машины, то мы теперь почти уверены, что серый «пежо», который мы связываем с похищением Кента Хансена, также видели на выезде из Ассенса в четыре тридцать семь утра в ночь исчезновения Каспера, но с другими номерами. Эти номера принадлежат одному старику в Бробю, и он пользуется своей машиной так же часто, как лягушки падают с неба. Мы собираемся изучить весь круг его знакомых. Примечательно также, что «пежо» был зарегистрирован на камерах наблюдения в Ассенсе три недели назад, а потом стоял на месте, пока, вероятнее всего, не был использован при похищении Каспера, а затем Кента. У вас есть что добавить?
  
– Мы знаем благодаря камерам наблюдения, что машина простояла три недели в порту, и мы знаем, что машину забрал мужчина в куртке с капюшоном ночью в субботу в три двенадцать, но мы не знаем, кто этот мужчина, и у нас нет свидетелей, которые бы видели, как он забирал или оставлял автомобиль.