Между добром и злом. 3 том (СИ)

А потом стало не до этого.
Ведьма явилась в своём фирменном стиле: лёгкий хлопок и облако снежинок, будто захватила вместе с собой часть пурги. В руках она держала Нутико без сознания. Да только кроме Нутико она больше никого с собой не принесла.
— А где второй? — тут же насторожился Кондрат.
— Он свалился в ущелье, — пожала та плечами.
Но это был не ответ, хотя Кондрат уже понимал, что услышит, поэтому спросил прямо:
  
— Он разбился?
— Боюсь, что да, — кивнула ведьма. — Мне жаль.
Хотя по её голосу было сложно сказать, жаль ей действительно или нет. Скорее всего, нет, так как она относилась к человеческой жизни, если это не её последователи, с полным безразличием.
А вот для Кондрата эта новость оказалась…
Да какой она ещё могла оказаться для него? Человек, с которым они прошли через всякую дрянь и ужас, сорвался с ущелья и разбился. Человек, с которым они делили один кров и еду, стрелялись против одного врага и пытались найти ответ, чтобы если не спасти, то наказать виновных. Конечно, он не будет прыгать от счастья. Да, Кондрат был не из чутких людей, и чужое горе для него было всегда где-то там, однако это не значило, что он совсем не испытывал эмоций, особенно к таким же парням, что выполняли свой долг.
Он тихо выдохнул, бросив взгляд на Феликса, после чего посмотрел вверх и ещё раз глубоко вдохнул и выдохнул. Никто не знал и не узнает, что он чувствовал, и как переживал подобные потери. И не узнает, потому что Кондрат просто не давал другим знать, что происходило внутри него. Разве что Пату бросил взгляд на него и ещё раз произнесла:
— Мне жаль.
— Бывает, — пожал он плечами. — Как скоро очнётся мой товарищ?
— Как только покинете мой дом. Мне не нужны буяны здесь.
— А с ней что? — кивнул Кондрат на Нутико.
— Боюсь, ходить она уже не сможет, — Пату осторожно положила девушку на пол. — Но я могу…
— Даже не вздумайте её замораживать, как остальных, — предупредил он.
— Ну как скажешь, — пожала ведьма плечами.
— Почему вы просто не исцелите её?
— Потому что я не умею, — спокойно ответила Пату, будто в этом ничего такого не было. — Я не умею исцелять.
— Но умеете телепортироваться.
— Телепортироваться — не исцелять, — многозначительно заметила она. — Думаю, кто-нибудь из ведьм и смог бы, однако это ведь надо найти их.
— Вы разве не связаны между собой? Не относитесь к одному… клану?
— В какой-то мере мы стараемся держаться вместе, однако это не значит, что мы все живём в одной деревне. Мы держим между собой связь и собираемся в случае нужды, но так каждый живёт своей жизнь в своём месте, делая то, что считает нужным.
— И никто не поможет её исцелить? — кивнул Кондрат на Нутико.
— Ты бы стал из-за того, что у кого-то украли пару монет, расследовать дело? — задала она встречный вопрос, давая понять, что для остальных Нутико чужая и никто ради неё палец о палец не стукнет. — И это если кто-то умеет исцелять, а я таких не знаю.
Сразу вспомнились слова Литы про то, что законы мироздания не изменить, как и законы физики, — хотя здесь спорно, — иначе он бы до сих пор жил в своём мире.
— Не расстраиваясь, — негромко произнесла ведьма. — Люди приходят, люди уходят. Главное, чтобы они уходили без сомнений и сожалений.
— Я не расстроен.
— Как скажешь, Кондрат Брилль, как скажешь. Что дальше?
— Я хочу подняться наверх, к телам, — посмотрел он вверх. — Надо обыскать их. Возможно, что-то сможем найти среди вещей. Поможете?
— Подойди ближе, — поманила Пату его пальцем, после чего схватила за руку…
И начала засыпать. Кондрату пришлось её ловить, чтобы та лицом в пол не приземлилась. Значит, придётся телепортироваться без амулета.
* * *
Тридцать человек. Четверо из них — колдуны. В этот раз наниматель не стал мелочиться и решил разобраться с ними раз и навсегда, послав для уверенности сразу четырёх.
Прибыли наёмники сразу на десяти санях — по три человека на каждые, чтобы собаки не уставали. Внутри было всё: от провизии до юрт, чтобы можно было встать на ночёвку. А ещё запасные ружья, патроны, порох и даже что-то типа небольшой ручной пушки.
Кондрат взвесил её на руках, задумчиво разглядывая. Тяжёлая, даже ему держать тяжело, а если прибавить отдачу, то и вовсе можно попрощаться с руками — переломает кости как нечего… Хотя стоп, а вон и небольшая подставка под пушку. Так значит они с собой маленькое орудие взяли на всякий случай. И банки рядом с картечью. Да они как к войне готовились.
Насчёт оружия здесь вообще не было никаких проблем. Всё есть и везде сбиты номера, как и положено. Ни одной зацепки, которая могла бы их привести к нанимателю.
В этой ситуации, Феликс вряд ли бы смог победить. Мало того, что огневая мощь у простых наёмников была огромной, — всё же двадцать шесть стрелков не хухры-мухры, — так ещё и четыре мага, которые так же бы навалились на него всеми силами.
А вот ведьма, если взглянуть на трупы, сделала это играючи, даже распаковаться не успели. Одни были разорваны на части, в других были дыры, третьи были обожжены до неузнаваемости, а четвёртый были буквально зафаршированы снегом, даже глаза повыдавливало. Расправа была жестокой и быстрой, насколько мог судить Кондрат, если подсчитать время, как долго её не было.
— Они сразу напали? ­— спросил он. — Или пытались поговорить?
— На меня? Сразу. На твоих товарищей? Сразу.
Интересная манера отвечать, конечно.
Он остановился рядом с одним из тел колдунов. Рядом с тем, от которого вообще хоть что-то осталось. А то два были разорваны на части, а другое перемололо в кашу. Естественно, никаких документов или личных вещей. Лишь бледное лицо и кости, которые выпирали под кожей, тонко намекая на его принадлежность. Хотя Кондрат, раздев его полностью, нашёл и другой интересный момент.
— Пату, вы знаете, что это за знак? — указал он на символ прямо на сердце.
— Колдуны во мраке. Или мрачные колдуны, — пожала ведьма плечами.
— Кто это?
— Колдуны, — лаконично ответила ведьма.
— И какую цель они преследуют? — спросил он.
— Кто их знает. Я не интересуюсь подобными.
Наверное, для ведьм все эти колдуны на одно лицо. Подобие муравьёв, которые они могут раздавить, даже не заметив. А кто будет интересоваться, какие цели муравьи преследуют? Одно точно, кто-то привлёк их для поддержки и не в одном экземпляре. Возможно, именно они и пытаются научиться пользоваться артефактом или обучают этому человека, который нанял их. Зачем? Деньги и влияние — всё как обычно.
Не найдя ничего интересного здесь, Кондрат обратился к обычным людям, которые валялись повсюду.
Двадцать шесть тел. Кондрат нашёл каждое не без помощи Пату, которая откапывала их буквально из снега, но ни у одного не было ни единой вещи, которая могла бы хоть как-то идентифицировать их. Их состояние тел тоже разнилось. От проткнутых во многих местах, до тех, кто был обожжён до самой плоти и костей.
Он обходил каждого, тщательно проверяя карманы на тех остатках одежды, что у них были, как и сами тела. Рано или поздно кто-то всё равно допускает ошибку. Случайно оступается или что-то забывает. И чем больше людей участвует в деле, тем выше шанс обнаружить чью-то ошибку.
Именно об этом и подумал Кондрат, когда нашёл у одного из нападавших трубку с небольшим кисетом, в котором был табак. Он с интересом покрутил её в руках, разглядывая с разных сторон, после чего усмехнулся.
— Всегда на страже правопорядка. За верную службу… — негромко прочитал он.
Ведьма лишь мельком скользнула по его находке взглядом и ничего не сказала, оставаясь всё такой же холодной и невозмутимой. А вот Кондрат, немного подумав, набил трубку табаком и закурил. Обещал сам себе, что бросит это дело, но обещания для того и созданы, чтобы их потом нарушать, разве нет?
  
Сразу почувствовался уже привычный насыщенный горький вкус вместе с лёгким головокружением, которое опускалось на тело тяжёлым одеялом. И вроде мир уже не выглядел таким блеклым, возвращая белоснежные цвета бесконечных земель.