Меня не сломать. Развод (СИ)

– Больше, чем дорога, мам. Я… я люблю ее… Думал, повременю, понаблюдаю, а сам… Маюсь без нее, мам… Пацаном зеленым себя чувствую.
– Ну, слава богу, – в голосе матери слышится искреннее облегчение. – Я уж думала, не доживу. Сынок, а чего же ты ждешь?
– В смысле?
– Ну так познакомь нас! Хватит уже прятать свое счастье. Привози свою Надежду и ее доченьку. Хоть посмотрю на них. Уверена, она хорошая женщина, раз ты так о ней говоришь.
  
– Обязательно познакомлю, мам, и очень скоро. Спасибо тебе.
– Да за что? За то, что правду говорю? Давай, сынок, не вешай нос. Защищай свою женщину. А на этих… плюнь. Лерочку, конечно, жалко… А Марина… Не ожидала я от нее такой спеси.
На душе становится немного легче. Мама права – хватит прятаться… А в загородный дом может вломиться кто угодно, любая шваль… И я имею в виду не только наших бывших. Еще есть Камилла…
Разворачиваю машину и еду обратно.
Надя встречает меня на пороге, одаривая удивленным взглядом.
– Лев? Ты что-то забыл?
– Да, – говорю я, входя в дом и закрывая за собой дверь. – Себя забыл. Надь, нам нужно поговорить.
Мы проходим в гостиную. Я сажусь в кресло, Надя забирается на диван, поджав под себя ноги.
– Я не могу оставить вас здесь. Это небезопасно и неудобно. Я хочу, чтобы вы с Катей переехали ко мне.
Надя ошарашенно моргает.
– Лев, это… это так быстро… Мы… я еще даже не развелась официально. Что люди скажут? Что твоя мама скажет?
– Моя мама, – усмехаюсь я, – только что потребовала, чтобы я немедленно вас познакомил. А что скажут люди, меня волнует в последнюю очередь. Надя, послушай… Твой бывший непредсказуем. Моя бывшая, как мы выяснили, – тоже. Здесь вы как в аквариуме. Любой может приехать и потрепать тебе нервы. А в городе со мной, вы будете в безопасности. И… – я на миг замолкаю, подбирая слова. – И мы будем вместе каждый день. Я хочу засыпать и просыпаться рядом с тобой, завтракать с тобой и Катюшей. Мечтаю, чтобы у нас был настоящий дом.
Она молчит, опустив глаза. Ее щеки затапливает румянец, из взгляда струится страх…
– Я понимаю, что это серьезный шаг, – продолжаю я мягче. – Но я не могу больше так, на расстоянии… Хочу быть рядом. Пожалуйста, Надь, скажи «да».
– Хорошо, Лев. Я согласна, – отвечает она с улыбкой. – Давай попробуем… Но не прямо сейчас… У меня просто нет времени собрать вещи, Лев. Еще и ремонт в цехе…
– С этим я помогу. Не хочу, чтобы хозяева помещения вешали на тебя всех собак.
Следующие несколько дней наполняются приятной суматохой. Я нанимаю бригаду, и они начинают ремонт. Вывозят обгоревшие двери и окна, вычищают помещение...
Надя тем временем осваивается на новом месте – в просторной столовой моего завода. Ее девчонки и Олег Петрович быстро находят общий язык с моими работягами. По коридорам теперь плывут умопомрачительные запахи свежей выпечки и домашних котлет.
– Ну что, Надюш, как тебе наши хоромы? – подхожу я к ней, когда она контролирует раздачу обеда.
Она оборачивается, и на ее лице – усталая, но счастливая улыбка.
– Тесновато, конечно, но зато работаем, – говорит она, смахивая со лба выбившуюся прядь. – Спасибо тебе, Лев. Без тебя мы бы просто встали. Заказы, конечно, немного поубавились, но главное – мы в деле. И мужики твои довольны…
– Еще бы им не быть довольными, – усмехаюсь я, глядя на выстроившуюся очередь. – Горячий обед, не отходя от кассы.
Вечерами мы пакуем вещи. Я приезжаю после работы в загородный дом, и мы вместе складываем в коробки посуду, книги, Катюшины игрушки. Катя носится вокруг, с важным видом упаковывая своих кукол и требуя для них отдельную коробку.
– Дядя Лева, а мои альбомы куда положим? А у меня будет своя комната?
– Будет, малышка. А еще… нас в гости ждет моя мама, ее зовут Ольга Борисовна.
– Она не будет нас ругать или… – хлопает глазками Катя.
– Нет. Никто вас больше не обидит, Катюша, – подхватываю ее на руки я.
Надя вздыхает и с улыбкой смотрит на нас… Отпускаю Катю и обнимаю Надежду за плечи, легко целуя ее в лоб.
– Устала?
– Немного, – она откидывает голову мне на плечо. – Просто… все так быстро меняется. Немного страшно.
– Не бойся, – шепчу я, целуя ее в висок. – Я рядом. Скоро будешь дома, Надь. По-настоящему дома.
  
Глава 53. 
 
*Надежда*
Сердце колотится, как перед экзаменом. Мы едем в лифте на девятый этаж, и я нервно тереблю край нового платья, купленного специально для этого вечера. Катюша, изъявившая желание, нарядиться как мама – в платье и туфельки, прижимает к груди любимых кукол…
– Мама, а бабушка Оля злая? – шепотом спрашивает она.
– Нет, милая, что ты. Она очень добрая. Она же тебе куклу связала.
– А вдруг я ей не понравлюсь? – этот вопрос я задаю, скорее, само́й себе.
Лев слышит. Он накрывает мою руку своей и ободряюще сжимает.
– Понравишься. Она уже заочно тебя любит.
Квартира Ольги Борисовны находится в новостройке – в прошлом году Лев купил для мамы новое, просторное жилище…
Он нажимает на звонок, и почти сразу дверь распахивает невысокая, стройная женщина с копной серебристых, аккуратно уложенных волос и умными, лучистыми глазами – такими же, как у Льва.
– Ну, здравствуйте, мои дорогие, – произносит она, и ее приветливый голос мгновенно снимает напряжение. – Входите же, не стойте на пороге.
Она обнимает сына, а потом поворачивается к нам. Ее взгляд скользит по мне без тени осуждения…
– Надежда, можно просто Надя? Я Ольга Борисовна. А это, я так понимаю, наше маленькое сокровище?
Она присаживается на корточки перед Катей, и моя дочь, обычно такая настороженная с чужими, доверчиво протягивает ей кукол.
– Здравствуйте. Это Кристина, а это я еще не придумала, как назвать.
– Какая прелесть! – улыбается Ольга Борисовна. – А у меня для тебя есть еще одна подружка. Проходите в кухню, я как раз пирог из печи достала.
Квартира пахнет яблоками, корицей и старыми книгами.
Здесь невероятно уютно. На стенах висят черно-белые фотографии, на подоконниках цветут фиалки. Я чувствую себя… дома.
– Очень приятно, Ольга Борисовна, – расплываюсь в улыбке я.
– Я очень рада, наконец, с вами познакомиться, девочки, – говорит Ольга Борисовна, ставя на стол румяный яблочный пирог. – Лёва мне все уши прожужжал. Говорит, хозяйка, умница, красавица. Я смотрю – и не обманул ведь.
Я краснею до корней волос.
– Спасибо, Ольга Борисовна. Я очень боялась… не понравится вам.
– Брось ты эту официальность. Зови меня тетей Олей, если хочешь. Лев мне рассказал, через что тебе пришлось пройти. Ты молодец, Наденька. Не каждая бы нашла в себе силы не просто выжить, а расцвести.
Ее слова проникают прямо в сердце. Она не жалеет меня, нет, скорее восхищается. И это дорогого стоит.
– Спасибо за поддержку.
– Сынок, не каждый мужчина способен так защищать свою женщину, – она с нежностью смотрит на Льва. – Я горжусь тобой. Ну а теперь – подарки!
Она достает из шкафа небольшой сверток.
– Катюша, это тебе. Чтобы твоим куколкам не было скучно.
Она протягивает Кате еще одну вязаную куклу, в ярком сарафане и с рыжими косичками.
– Ура! – кричит Катюша. – У меня уже есть кукла Кристина! Теперь у нее будет сестренка! Я назову ее Оля!
– А это тебе, Наденька. Я связала шаль. Не знаю, носишь ли ты их, но…
Она протягивает мягкую, пушистую шаль небесно-голубого цвета, невесомую, пушистую… Господи, моя бабушка вязала такие же…
– Спасибо… У меня нет слов, – шепчу я. – И я ношу их... Огромное спасибо!
Лев стоит у окна и смотрит на нас троих с нескрываемым умиротворением…
  
Вечер проходит в непринужденной беседе. Я расслабляюсь окончательно… Ольга Борисовна рассказывает забавные истории из детства Льва, а Катюша, осмелев, забирается к ней на колени.
Когда мы уже собираемся уходить, у Льва звонит телефон. Он смотрит на экран, и спокойствие на его лице вмиг испарятся, сменяясь волнением.