Меня не сломать. Развод (СИ)

– Вас кто-то обидел? Нужна помощь?
– Все в порядке. Я пойду, ладно? Вот моя визитка, – копаюсь в сумочке. – Позвоните, когда посчитаете нужным.
– Цех «Надежда». Заманчиво, – хмыкает он.
Почему мне кажется, что он надо мной издевается?
– До свидания.
– Я позвоню, Надежда Александровна.
Какая же я дура… К таким людям надо приходить с расчетами… А я все эмоции на него вывалила. Еще и нахамила… Идиотка… Он наверняка запретит охране меня пускать. Что говорить Игнату Ивановичу, а? Жалко мужиков, очень… Мы к ним всей душой прикипели, всегда старались угодить. Ладно… Я подумаю об этом завтра. Так же говорила Скарлетт О Хара?
  
Набрасываю пальто и возвращаюсь в машину. Нужно заехать в цех, обработать заявки и созвониться с поставщиками. Нам заказали крупную партию выпечки для благотворительного мероприятия. Айгулька с Филипповной ломают головы, что бы такого вкусного испечь ребятишкам…
– Надежда Александровна, нам срочно нужны шоколадные капли, – выпаливает Айгуль, стоит мне появиться в дверях. – И яркая посуда для кейтеринга. Хотим капкейки испечь с разной начинкой.
– Сейчас закажем. Как вы тут? Игнат звонил? – спрашиваю Филипповну.
– Да. Плакался. Этот месяц мы дорабатываем, а дальше… Наденька, ты ездила к этому… новому их… – морщится она.
– Да. Нахамила ему. Господи… Филипповна, похоже, я все испортила. Но он обещал позвонить. Я ни на что не надеюсь. У меня суд в шесть тридцать.
– Так поезжай домой. Мы справимся.
– Не могу, – вздыхаю я. – Мне надо себя чем-то отвлечь… Если со сталелитейным не срастется, поищем другие предприятия. Унывать точно не будем. Кстати, я нашла пару уютных ресторанчиков для проведения корпоратива, – хитро улыбаюсь я. – Петрович, придешь на праздник?
– Конечно, Надюша. И танцевать буду круче всех.
Погружаюсь в работу, наблюдая, как вечерние сумерки опускаются на город. Обволакивают его, словно пуховый шарф…
«Надежда, это Лев Моисеев. Сохраните мой номер», – приходит мне сообщение.
Ладно, сохраню… Раз уж ты сам пишешь, значит, не передумал обсуждать сотрудничество.
Поправляю макияж, расчесываю длинные, завитые пряди и еду в суд.
Стас приземлился, сообщив, что у него возникли неотложные дела…
Запускаю двигатель, чувствуя, как в душе расползается холод… Он поехал покупать этой дуре машину… Она не удержалась и выложила «кружочки» прямо из аэропорта… Интересовалась у своих «пупсиков», то есть подписчиков, какой цвет выбрать? Даже опрос с голосованием устроила.
– Надюша, платеж не прошел, – звонит мне Людмила Григорьевна. – Станислав Михайлович был ошеломлен, услышав о разводе. Он не догадывался ни о чем. Я послала к ним Гришу, нашего водителя… Он будет на заседании.
– Хорошо. Спасибо вам. Я тоже еду.
Руки дрожат… Еще и снег пошел… Только бы успеть, никуда не вляпаться… Пью водичку, вынимаю из сумки контейнер с ужином. Правильное питание дается мне легко. Иногда тянет на сладкое, в такие дни я позволяю себе горький шоколад и пастилу без сахара… Сегодня именно такой день… Отламываю кусочек шоколада и с наслаждением ем…
Парковка перед зданием суда заставлена машинами. Оставляю свою малышку во дворах близлежащих домов и топаю к неприметному, серому зданию.
– Все готово, ждем только ответчика, – произносит Вероника Маслова.
Они входят через пять минут… Стас и юрист его фирмы по имени Федор.
– Добрый вечер, уважаемый суд. Меня зовут Федор Люпин, я представляю интересы ответчика Станислава Аникеева. Ждем только истца.
Вероника, метнув на них полный превосходства взгляд, отвечает:
– А истец на месте. А я представитель Надежды Аникеевой – Вероника Маслова. Можем начинать, уважаемый суд.
Я оборачиваюсь, встретившись взглядом с мужем…
У него запор, не понимаю? Или инфаркт? Или все вместе? Во всяком случае, выглядит он глубоко озадаченным. Пялится на меня, не узнавая ни черта…
Качает головой, что-то бессвязно шепчет… Бедненький, его, похоже, сейчас хватит удар, и никакого заседания не будет.
– Надя?! Я... Я не хочу разводиться, уважаемый суд. Я против…
– Поздно, любимый. Надо было раньше думать, – твердо отвечаю я.
  
Глава 17. 
 
*Надежда*
– Не-ет, так дело не пойдет. Уважаемый суд, можно мне поговорить с женой наедине?
– Станислав Михайлович, а что вам мешало поговорить до… заседания? – прищуривается судья – строгий, седовласый мужик в очках.
– Она… Она обманула меня! Я был в командировке, уважаемый суд и… Я ничего не знал. Меня провели, меня…
– Станислав Михайлович, успокойтесь, – одергивает его Федор.
Стасик выглядит жалко… Я никогда не видела его таким – раздавленным, побежденным, обезумевшим…
– Не успокоюсь! Я против развода. И никто не заставит меня ничего подписать. Я не знал, я…
– По закону ваше согласие не требуется, – снисходительно произносит судья. – Надежда Александровна изъявила желание расторгнуть брак.
– Но… Надя, в чем дело, черт? Почему? И почему ты не поговорила со мной?
Я молчу, чувствуя, как давно прижившаяся в душе пустота, расползается…
– А о чем с тобой говорить? Или ты тоже нуждаешься в моем совете? – бросаю я, вскинув подбородок.
– О чем ты? В каком еще совете? Еще и алименты… Надя, зачем ты на них подала?
– Позвольте мне кое-что процитировать, – поднимается с места Вероника. – Дорогие «пупсики», посоветуйте, какую машинку выбрать? Красную или желтую? Уважаемый суд, Станислав Аникеев состоит в романтических отношениях с некой Камиллой Шереметьевой. Мы приложили к делу скрины ее постов в социальных сетях. И… выписки с банковского счета Станислава Михайловича, любезно предоставленные бухгалтерией «ПринтСмайла». Аникеев тратил огромные суммы на любовницу. Покупал ей эффектное белье, водил в рестораны, а сегодня у него не получилось купить для нее машину. В выписке хорошо видно, какую материальную помощь он оказывал семье… Пять тысяч рублей, уважаемый суд. В декабре он перечислил моей клиентке пять тысяч. И вы еще смеете спрашивать о причинах развода?
– Господи, так дело в деньгах? А вы посмотрите, сколько я до этого ей дал. На лечение и кружки для дочки… Боже, это какой-то бред… Федор, включайся, чего ты молчишь?
На мгновенье мне его даже жалко становится… Стасик был уверен, что я никогда ни о чем не узнаю… Толстая, тупая, вечно жрущая баба… У меня по определению нет прав ни на что… Одно мне неясно: почему он так держится за брак?
– Извините, уважаемый суд, можно я скажу? – взмахиваю ладонью я. – А почему ты против развода, Стас?
Мой вопрос его озадачивает. И он впервые за долгое время смотрит на меня, как… Как Лев Моисеев. Жадно, с нескрываемым интересом… Нравится тебе такая жена?
– У нас дочь, Надя. И все это… фантазии этой… моей сотрудницы. Нас ничего не связывает. Фотошоп, поклеп, наговор…
– А вот фотография вас в горах, – снова поднимается Вероника. – Это же вы в очках? Фирма «ПринтСмайл» бронировала авиабилеты для двух сотрудников. Вы жили вместе с Шереметьевой в Сочи. Так что вопрос моей клиентки закономерный: по какой причине вы не хотите разводиться? Подпишите документы и… Мы закончим сегодня же.
– Уважаемый суд, позвольте поговорить с женой? Одну минуту, – хрипло взмаливается Стас.
Не хочу, Господи… О чем мне с ним говорить? Я давно все решила… Но судья деловито кивает и что-то говорит секретарю суда. Девушка проводит нас в комнату для переговоров, совмещенную с залом.
– Без глупостей, ладно? – предупреждает она.
Я красивая, да… У меня сияющая кожа, макияж, блестящие волосы. Стильное платье, невесомый свитерок из ангоры, крупные украшения, красные ногти… И впервые за долгое время мне не стыдно посмотреть на мужа. Видит Бог, я прошла все это для себя… И не ради того, чтобы вернуть его.
  
Скорее, вернуться самой… К себе прежней – цветущей, умной, любимой… Уважающей себя, имеющей мнение… Мне было необходимо похудеть, выздороветь… И я сделала это. Сама, без него… Он ночами звонил своей курице и жаловался на «тупую, страшную жену».