Обманщик Империи. Трилогия (СИ)

— Ладно, — вздохнул я. — Надеюсь, что надолго это не затянется.
— Не переживай, — пообещал Нечаев, разворачиваясь и явно собираясь идти к выходу, окончательно потеряв интерес к этому делу. — Пара часов, не более того.
Пара часов. Ну, не так уж это и много…
Но когда часы на мобильнике показали половину девятого вечера, даже моё терпение начало иссякать и я решил позвонить начальству повыше. Раз уж Нечаев меня не отпускает.
  
— Они закончили процедуры?
— Нет, но…
— Значит, сиди там, Измайлов, и контролируй!
— Иван Сергеевич, послушайте, это же всего лишь какой-то жалкий…
— Да мне плевать, что они ожидали там найти! — рявкнул в трубку Платонов. — Даже один килограмм — это особо крупная партия! Криминалисты закончили осмотр склада?
Я повернул голову и посмотрел в сторону сотрудников криминалистического отдела, которые распаковывали очередную палету, снятую с одной из верхних полок.
— Ещё нет…
— Значит, ты находишься там, пока обыск не закончится, а склад не опечатают! Ты понял меня, Измайлов? Нечаев хотел заполучить себе это дело — вот теперь и работайте над ним как полагается! Чтобы сегодня же вечером привёз в управление все отчёты! Хоть в полночь привози, меня не волнует. Но чтобы сегодня эти бумаги были у меня на столе!
И повесил трубку. А мне не оставалось ничего другого, кроме как раздражённо вздохнуть. Называется, хотел как лучше, а получилось как всегда.
Отсюда уже уехала большая часть полицейских, оставив только патрульных, охраняющих само здание, и группу криминалистов, которые сейчас ползали по складу, фотографируя чуть ли не каждый метр. Ну и пару кинологов со своими собаками. Правда, хвостатые уже давно почти не участвовали в процессе: их хозяева просто сидели на одном из ящиков, болтали и курили, раз в полчаса подводя питомцев к очередной палете, дабы те могли её обнюхать.
Адреналин от ожидания найти что-то стоящее и грандиозное давно пропал, и всё превратилось в обычную рутину, которая тянулась как резина.
Только проблема была не в этом. У меня заканчивалось время!
— На этом всё? — наконец спросил я, поставив последнюю подпись в документе, который мне подсунули. Кажется, по счёту это был уже десятый или одиннадцатый бланк.
— Да, господин прокурор, — закивал начальник криминалистической группы, после чего немного потупил взгляд и уставился в пол. — Вы извините, что так долго всё вышло. Мы бы и сами были рады пораньше закончить, но…
— Но начальству нужно разобраться, на кого повесить всех собак за неоправданные ожидания, — хмыкнул я, чем вызвал у него короткую ответную улыбку.
— Хорошего вам вечера, господин прокурор.
— И вам, — кивнул я, убирая бумаги в свой и без того уже пухлый от них портфель.
Ещё раз глянув на экран телефона. Начало одиннадцатого. Если артефакт не будет сегодня выпендриваться, то у меня осталось пятьдесят минут от силы — час. А рассчитывать на то, что он проработает дольше обычного, я не собирался. Полагаться на случайность у меня не имелось никакого желания.
Вызвав себе такси, я поехал в управление. По идее, добираться туда тридцать минут. По крайней мере, по навигатору. Как раз хватит времени отдать отчёты и свалить, пока ещё будет такая возможность.
И всё бы получилось, если бы не чёртова авария в центре, из-за которой мы потеряли почти двадцать минут. А всего-то пара машин не смогла разъехаться посреди улицы.
На часах уже без десяти. Во сколько я надел маску? Ровно в пять? Или чуть позже…
— Остановите! — резко сказал я, чувствуя, как по лицу прокатилась холодная волна.
— Так ещё не доехали же…
— Тормози здесь! — рявкнул я, а когда водитель остановился у обочины, быстро вышел из машины.
Огляделся и, приметив ближайшую подворотню, направился туда. Мне едва хватило времени уйти с улицы, как уже хорошо знакомые ощущения подсказали, что артефакт перестал работать.
— Твою же мать, — выдохнул я, глядя на маску в руке. До здания департамента оставалось ехать минут пять, не больше.
Таймер на телефоне подтвердил мои опасения. Прошло восемнадцать часов и три минуты. От последних, впрочем, ни тепло ни холодно. Ладно, тогда действовать буду по-другому. Раз уж такая пляска, то почему бы не познакомить Кириллова с Нечаевым? Это уж точно лучше, чем на пустом месте злить Платонова.
Достав оба своих мобильника, я быстро нашёл на одном из них нужный номер, после чего набрал его же на другом.
— Да? — ответил мне знакомый голос, и я вдруг запнулся, так как понятия не имел…
— Ваше благородие, добрый вечер… — начал я, совершенно забыв его отчество. Да и лучше тогда просто по титулу. Только вот Нечаев даже договорить мне не дал.
— Кто это и откуда у вас мой номер? — сразу же потребовал он.
— Простите, я не успел представиться. Мне его Алексей Романович дал.
— Измайлов? А вы ещё кто?
— Я его личный помощник, ваше благородие. Владислав Кириллов. Приехал пару дней назад из столицы по его распоряжению. Алексей Романович попросил меня передать вам бумаги. Его вызвал к себе его сиятельство граф Игнатьев. Если не ошибаюсь, это связано с предстоящей свадьбой. Что-то очень строчное.
Причина более чем подходящая и не требовала разъяснений с моей стороны. Так оно и вышло.
— Он передал вам бумаги?
— Да, ваше благородие. Час назад и попросил…
— Где здание департамента знаете?
— Конечно. Алексей Романович оставил мне чёткие указания.
Через десять минут, специально немного выждав, я открыл двери Имперского Судебного Департамента и вошёл в холл. Если бы мне кто-то когда-нибудь сказал, что я со своим настоящим лицом сюда приду, я бы ни в жизни не поверил.
Сам Нечаев уже ждал меня рядом с постом охраны у входа. И, судя по его злому, взъерошенному виду, пребывал он не в самом хорошем расположении духа.
— Кириллов?
— Да, ваше благородие, — кивнул я, сразу же протягивая ему пачку отчётов, полученных на складе.
— Здесь всё? — капризным тоном спросил Нечаев, и по одному только голосу было понятно, что теперь это дело вызывает у него лишь раздражение.
Похоже, в попытке забрать себе этот случай Нечаев хапнул лишнего.
— Да. Алексей Романович сказал мне передать всё вам лично в руки и что он сожалеет, что не смог сделать этого сам, но вы же понимаете? Он не мог отказать графу Игнатьеву…
— Да понимаю я, — кисло ответил стоящий передо мной прокурор, перелистывая бумаги. — Все подписи вроде на месте.
— Нечаев, я домой.
Тот резко развернулся и уставился на появившуюся в коридоре и уже одетую в верхнюю одежду Романову.
— Задержись, Марико. Тут привезли отчёты со склада…
— Вот сам ими и занимайся. Ты из штанов там выпрыгивал, умоляя отдать это дело тебе. А у меня и так два своих висит.
При этом говорила она это с такой довольной улыбкой, что мне сразу стало ясно — всем происходящим, в том числе и проблемами своего непосредственного начальника, Марико более чем довольна.
Тут она обратила внимание на меня.
— Кто такой?
Как бесцеремонно, однако. Но и ответить самостоятельно мне не дали.
— Личный помощник Измайлова, — сказал Нечаев, убирая документы.
После этих слов весь её интерес ко мне пропал от слова совсем.
— Понятно.
На этом встреча и завершилась. Я вышел из здания и пешком направился прочь. Хотелось немного пройтись. Хорошо ещё, что Нечаев не стал звонить Измайлову ради каких-нибудь уточнений. Звук на телефоне я выключил загодя, как раз на такой случай. Да и всегда можно было бы списать на занятость или то, что я в это время беседовал с графом.
А вот эта мысль неожиданно навела меня на идею. Достав мобильник, принадлежащий Кириллову, я набрал Жанну. Не думаю, что она ответит. Особенно в свете того, что сейчас она в дороге, но всё-таки…
  
— Надеюсь, у тебя что-то важное!
— Как дела? — осторожно поинтересовался я.
— Как у меня дела? Ты прикалываешься⁈ Я трясусь в поезде! Я бросила все свои вещи, всю технику! Свою квартиру! А от этого долбаного макияжа у меня всё лицо зудит! А от парика — голова! Я себя каким-то клоуном чувствую!