Воцарение тьмы (СИ)

Выстрел оказался точным и телефон с гарантией вырвало из руки Романа Григорьевича, после чего копьё чиркнуло по тыльной стороне его ладони, оставив там глубокий, будто обугленный порез, и с звоном, похожим на удар хрусталя, выбило один из стеклянных сегментов в панорамном окне за его спиной.
Роман Григорьевич вскрикнул от шока, и схватился за раненую руку, где из пореза сочилась тёмная кровь, после чего посмотрел на меня с первобытным ужасом, в котором не было ни капли прежнего величия, а я тем временем медленно подошёл к его столу, отодвинул стопку бумаг и сел в кожаное кресло для гостей, после чего совсем не весело усмехнулся, и сказал:
  
— Что ж вы так, Роман Григорьевич… Вы так усердно меня искали, что я взял и сам к вам пришёл, а вы — сразу за телефон хвататься… Это не по-хозяйски. Не гостеприимно.
В этот момент я заметил в отражении стекла, что Руслан, который всё это время стоял у двери, вдруг начал смещаться ко мне за спину с каменным выражением лица, и судя по его виду — шёл он явно не массаж делать…
Тяжело вздохнув, я мысленно посетовал, что он решил проигнорировать моё предупреждение в лифте, и разочарованно покачал головой.
— Руслан, Руслан… Ну вот зачем…
Я даже не стал оборачиваться, а просто послал мысленный импульс туда, где чувствовал небольшой магический источник — к двери. После этого молодые побеги, которые уже практически полностью её оплели, легонько вздрогнули, а затем из них с хлёстким звуком рвущейся парусины, выстрелили четыре гибкие, крепкие, как стальные тросы, лианы. Они мгновенно долетели до Руслана, который попытался отпрыгнуть в сторону, но было уже поздно…
Лианы быстро обвили его ноги и руки, с пугающей скоростью и силой, затягивая петли, после чего он рухнул на ковёр, и был мгновенно притянут к двери, где мои лианы его буквально распяли.
Удовлетворённо усмехнувшись, я перевёл взгляд обратно на Романа Григорьевича, который наблюдал за происходящим с пепельно-серым лицом, прижав раненую руку груди.
— Вы… Вы монстр, — прошептал он сломленным голосом, на что я холодно ответил:
— Нет, монстры — это те, кто шлёт угрозы в адрес семьи человека, который просто хотел для себя спокойной жизни, и кто превращает чужую жизнь в полигон для своих экспериментов… Скажите мне, Роман Григорьевич, — продолжил я вкрадчивым голосом. — А то я, понимаете ли, совсем не улавливаю логики… Что я такого сделал, что к моему соседу, доброму и абсолютно невинному человеку, приезжает ваш… «специалист», который начинает его избивать, выпытывая, где я, и потом намекает, что может добраться до моих престарелых родителей в Волгограде… Освежите мою память.
Хозяин кабинета кинул быстрый не читаемый взгляд в сторону стиснутого лианами Руслана, и дрожащим голосом ответил:
— Это… Ваши поиски были не моей инициативой! Я… я здесь всего лишь исполнитель на должности технического директора, а заказчик… заказчик совсем другой.
— Кто? — одним словом выдохнул я, на что мой собеседник сглотнул, и я увидел, как по его виску стекает капля пота.
— Ты не поймёшь… Это структуры, с которыми не спорят. Для них не существует слова «нет»! Они… они финансировали львиную долю разработки, и без них не было бы ни капсул, ни «Эринии», ничего!
— Спецслужбы? — уточнил я, пытаясь осознать эту информацию, и Роман Григорьевич кивнул, после чего продолжил уже шёпотом:
— О них не принято разговаривать. У них нет вывесок, но их влияние… Безгранично. Они узнали о твоём случае, когда ты не убрал за собой, и оставил на месте преступления следы, чётко указывающие на применение магии.
Ты сразу же стал для них объектом номер один, и они не остановятся! Руслан — это… это цветочки. Они пришлют других, более жёстких и безжалостных. Ты для них — либо актив, либо угроза, и сейчас ты выглядишь как угроза.
Холодная волна осознания масштаба проблем прошла по моей спине. Но я никак не мог взять в толк связь между спецслужбами и Эринией, о чём не замедлил спросить у своего собеседника.
Роман Григорьевич опустил глаза, а когда снова их поднял — я увидел там странную смесь вины, фанатизма и ужаса.
— Изначальный проект… он назывался «Геном-Поиск». Цель — выявить в популяции носителей генетические маркеры, связанные с гипотетической восприимчивостью к… к управлению энергоинформационными полями. Проще говоря, к магии, если хотите так её называть.
Но все считали, что это была бредовая идея, спонсируемая военными, которые мечтали о суперсолдатах. Мы, я и моя команда, взяли этот грант и… обернули его в игровую оболочку. Создали «Эринию», как стимул, как своего рода приманку, чтобы миллионы людей добровольно прошли через сканеры капсул и система, анализируя их нейроактивность, вычленила потенциальных… носителей… Вроде тебя.
Я слушал, и мир вокруг меня терял остатки устойчивости. Всё это — гигантская ловушка, а я — мышка, которая не только попала в неё, но и выросла в кота, который теперь не нравится хозяевам этой самой ловушки.
— И что они хотят? — спросил я. — Запереть в клетку? Препарировать?
— Изучить, — быстро сказал Роман Григорьевич. — Они хотят понять механизм. Ты первый, Степан. Первый, у кого способности проявились в реальности так… масштабно. Ты — ключ. Ключ к тому, чтобы понять, как работает этот новый мир, который мы, сами того не ведая, создали.
Мне крайне не нравилось то, что я слышал, и чтобы раз и навсегда расставить все точки над «и», я требовательно спросил:
— Как с ними связаться?
Хозяин кабинета на этот вопрос испуганно замотал головой, и сказал:
— Я… у меня только один канал связи в виде номера телефона. Там всегда отвечает автоответчик, я оставляю сообщение, а потом они сами перезванивают. Больше у меня ничего нет, клянусь!
Я смотрел на него, пытаясь понять, насколько он искреннен, и судя по страху в его глазах — врать он мне не собирался.
Тогда мой взгляд медленно переместился на Руслана, пришпиленного к двери. Я встал и медленно приблизился к нему, немного ослабив лианы, чтобы он мог повернуть голову и посмотреть на нас.
Практически сразу его глаза встретились с моими, и в них, как обычно, не было никакого страха, а вот ярости профессионала, попавшего в переплёт, там было хоть отбавляй.
— Руслан Викторович, — сказал я мягким голосом, — А вы не расскажете нам, как именно у вас получилось так быстро нас найти? Я понимаю, что камеры, базы… Но есть же алгоритм! Начальная точка! Как вы вышли на Дилшода?
Он несколько мгновений посмотрел на меня, раздражённо сжав губы, после чего всё-таки выдохнул:
— Я же говорил уже тебе… девчонка! Юля. Я с ней поговорил, и она сказала, когда именно видела тебя у «Ашана». С этого момента я и пошёл. Проследил маршрут, вышел на деревню… А дальше — дело техники.
Всё было до примитивного просто. Юля. Эта мелкая, мстительная дура стала первым звеном в цепи, которая привела к моему порогу настоящих хищников. И если так додумался сделать Руслан, то у структур, стоящих за всем этим, проблем по нашему поиску вообще не должно возникнуть, и пока меня спасало только то, что они поручили мои поиски не очень расторопным исполнителям.
В этот момент я осознал, что один я со всем этим не справлюсь, а значит мне нужна была помощь… Мне нужен был человек, который сможет зачистить все мои виртуальные следы, который разбирается в этом лучше, чем кто бы то ни было, потому что сам является частью системы…
Мне нужен был Торвин.
  
Глава 19
 
Да, глупо спорить, что идея, возникшая в моей голове, отдавала неким безумием, ведь по сути я собирался в очередной раз довериться искусственному интеллекту, который без всякого преувеличения был главным багом «Эринии», и не побоюсь этого слова — её скрытым богом. Но у меня не было другого выбора, да и если смотреть правде в глаза — этот ИИ уже не один раз доказывал свою полезность, и никогда меня не подводил в трудных ситуациях, с радостью загоняя меня к себе во все большие должники.