Луна освещает путь в тысячу ли. Том 1
– Я пошлю гонцов к главам кланов Гэн, И и Ши! – проговорил Ван Шэнхао, сжав в руках свиток, который даже не мог прочитать. – Для начала необходимо узнать обстановку в других провинциях и после этого уже думать о том, какую позицию займём мы. А до тех пор, А-Юн, ты должен делать всё возможное, чтобы исправно выполнять указания из столицы.
– Хорошо, отец! В таком случае на закате я начну собирать отряд из лучших учеников.
Он поклонился родителям и быстрым шагом направился к богато украшенной фонариками и лунными камнями пристройке для гостей, кивнув по пути Гэн Лэю, который всё это время наблюдал за разговором со стороны. Они бесшумно прошли по открытой галерее дома и скрылись из виду.
Мэйфэн всё ещё сидела на земле за красными воротами, ведущими во двор семьи Ван. Всё услышанное казалось сном, от которого просыпаешься в холодном поту, и она вздрогнула, представив, что привычный мир школы Юэин начинает давать трещину.
Судя по рассказам проезжающих мимо деревни путников, нынешний правитель империи Чжу был молод и жесток настолько, что ради трона перебил всю свою семью. Его не зря боялись, и раз уж он взялся за клан Ван, то вряд ли в будущем ослабит хватку.
Закрыв рот руками, Мэйфэн закашлялась и почувствовала, как в груди с каждым рваным вдохом что-то невыносимо кололо, словно по внутренностям перекатывалась подушечка портного, испещрённая иголками. Она убрала ладони от лица и увидела, что на коже остались следы крови.
Отпущенное ей время стремительно истекало, а потому предстояло перейти к более решительным действиям, пока не стало слишком поздно.
* * *Этой ночью луну скрывали тяжёлые грозовые облака. Где-то вдалеке, над возвышающимися тёмными громадами холмов, сверкнула белая полоса, рассекшая небо надвое, и вскоре над деревней Юэ эхом прогремел гром.
Сильный ветер нещадно трепал бумажные фонари, что освещали внутренний двор храма Юншэн, обрывая шнурки, на которых они были подвешены, и задувая свечи внутри. Но с самой нижней крыши храма всё ещё свисали мерцающие лунные камни в форме полумесяца, излучая тусклое желтоватое сияние и отбрасывая длинные тени на площадь перед статуей богини, где стояли в этот час четверо адептов.
Из ворот, ведущих в главный зал, вышел Ван Юн в боевом облачении школы Юэин: его чёрный чаошен с узкими рукавами, закрытыми тёмными наручами, сливался с ночным мраком, и лишь знак отличия на вороте – серебристый месяц, закованный в полную луну, бросался в глаза. В руке он держал свой легендарный гуань дао, что носил имя Ушэнь [45], при упоминании которого враги империи Чжу тряслись от страха.
Следом за Ван Юном вышел и Гэн Лэй, сразу выделяясь своими пшеничными волосами, убранными в пучок, украшенный гуанем [46] из белого нефрита и острыми шпильками. Его белое одеяние с золотыми узорами на вороте сверкало в свете лунных камней, а к широкому кожаному поясу с узорчатым тиснением крепился знаменитый цзянь со сверкающей рукоятью, который звался Хофэй [47], прямой меч, излучающий яркий свет.
Облачённые в боевые доспехи школы Юэин ученики выстроились в ряд перед каменной лестницей, что вела во внутреннюю часть храма, и не сводили взглядов с двоих мужчин, стоящих перед ними на возвышении.
Кто-то из адептов шепнул:
– Шисюн похож на северный, теневой склон горы, а молодой господин Гэн на южный, освещённый склон, они прямо как инь и ян.
Услышав это, Ван Юн ухмыльнулся: когда Лэй находился рядом с ним, окружающие всегда восхищались. Неважно, на поле боя перед жестокой битвой или же на богатом приёме во дворце – их маленькая уловка по завоеванию всеобщего внимания срабатывала каждый раз. И сегодня, стоя вместе на фоне грозовых облаков и молний, рассекающих небо, они, несомненно, производили впечатление на молодых адептов.
– Каждый из вас на закате получил важное послание, – заговорил Ван Юн, опуская древко гуань дао себе на плечо. – Оно означает, что вы обладаете достаточным количеством лунной ци и готовы первыми из адептов стать полноправными заклинателями и представлять школу Юэин. Я наблюдал за вами в храме и уверен, что вы уже готовы выйти в мир и встретиться с настоящей опасностью.
В глазах адептов загорелся искренний восторг, но Ван Юн не был уверен, что они действительно представляли, с чем им придётся столкнуться, выполняя поручения, прописанные в свитке из столицы. Судя по отчёту их шифу господина Хэ, никому из учеников ещё не доводилось стоять лицом к лицу с демонами высоких рангов, ведь на время их обучения выпало небывалое затишье в империи Чжу.
– Вижу, что все вы, кроме ученицы Ань, используете основное заклинательское оружие – меч цзянь, – продолжил Ван Юн и взглянул на невысокую девушку, на щеке и ладонях которой мерцали древние иероглифы – клеймо целителей клана Ань. – Выйди вперёд.
Она почтительно поклонилась и шагнула к каменным ступеням.
– Расскажи, чему тебя обучали.
– Целительству, – слабым голосом проговорила она. – Я могу использовать путь Лунной тени, чтобы помогать соученикам в бою: у меня большой запас лунной ци для излечения ран и создания энергетических барьеров. Моё оружие – кинжалы, ведь они легче и занимают меньше места, благодаря чему мне удаётся заполнять скрытые карманы лекарствами.
Её ладони легли на две небольшие рукояти, которые выглядывали из чёрных ножен, висевших у неё на бёдрах.
– На это я и рассчитывал, – кивнул Ван Юн и жестом попросил её вернуться в строй. – Я выбрал вас, оценивая личные качества каждого, но слаженная работа в отряде не менее важна для заклинателей, которые отправляются, скажем, в логово демонов. Вы должны хорошо изучить сильные и слабые стороны друг друга, чтобы бой можно было закончить быстро и без потерь. Остальные также назовитесь.
– Хэ Сюли, совершенствую владение цзянем, из заклинаний хорошо знаю Серп месяца! – протараторила вторая девушка с запоминающимся красивым лицом и тёмными волосами, убранными в два аккуратных пучка на макушке. – Хочу продолжить дело своего отца и в будущем обучать молодое поколение.
– Меньшего я и не ждал от дочери нашего шифу Хэ! – Ван Юн сложил руки на груди и посмотрел на двух юношей, которые стояли следующими.
– Дуань Хэн! – представился совсем ещё юный адепт с бледным лицом и синяками под глазами. – Цзянь – моя жизнь, я мечтаю скорее дать ему имя. Соединяю особый стиль боя семьи Дуань с силовыми заклинаниями пути Лунной тени, в основном с Призывом заката.
– Меня зовут Ань Бохай. – Тут же из строя вышел крупный юноша, почти на две головы выше предыдущего. – И я готовлюсь рубить всех демонов без разбора. До этого у меня не было возможности омыть цзянь в крови нечисти, но благодаря шисюну я смогу проверить свою силу в настоящем бою и прославить нашу деревню. – Он со звонким хлопком вложил кулак в ладонь, и лицо его при этом было настолько серьёзным, словно он прямо сейчас собирался биться с врагами насмерть.
– Занятно! – ухмыльнулся Ван Юн и наклонился к Лэю. – В одном отряде дочка шифу Хэ, сын известных мечников Дуань и два представителя разных ветвей клана Ань. Интересно, что из этого выйдет.
Гэн Лэй лишь развёл руками. Оставалось только догадываться, смогут ли эти ученики с высоким уровнем лунной ци поладить друг с другом.
– Вы и сами знаете, что раньше последователи пути Лунной тени предпочитали работать в одиночку из-за своих особых навыков и секретных техник, связанных с ночью и тьмой, но сейчас, чтобы защитить северную провинцию, нам придётся объединиться. – Ван Юн протянул руку, и Гэн Лэй вложил в неё свиток с печатью, в котором содержались указания для школы Юэин. – Несколько дней назад в деревне Нинцзин началась эпидемия. Изначально признаков демонического вмешательства не было, поэтому клан Ван отправил на помощь жителям ученика-целителя, но он так и не вернулся. Из-за нашего промедления вести о неизвестной болезни дошли до столицы, и из Хэнбана [48] пришёл указ незамедлительно проверить окрестности горы Фэнсинь на присутствие демонических следов, чем мы и займёмся сегодня ночью.