Перекресток судеб (СИ)

– Я так понимаю, — сказала я, как только Акая замолчала, — с нашим везением мы монстров обязательно встретим.
– Лучше уж монстры, чем контрабандисты, истребляющие монстров и торгующие их частями на черном рынке магов. Эти убивают всех, кто встает на их пути, — сказал Сарим, и все мои спутники с ним согласились.
А на дороге из-за поворота появилась повозка с сеном из которого торчали рога и когти, а рядом шли четверо мужчин с посохом, с лицами отпетых классических негодяев. Они увидели нас и остановили повозку. Один из них вышел вперед и что-то сказал Сариму, но серьги Акаи почему-то не перевели его речь. Сарим поморщился и виновато посмотрев на нас, выступил вперед и исчез. Я пораженно хлопала глазами и не понимала, что происходит, но неожиданно Сарим появился позади повозки и, разведя руки в стороны, произнес слово-активатор и метнул в повозку ярко-голубую молнию. Тварь под сеном зашевелилась, а маги с посохом загалдели и с возмущением попытались убить Сарима. А мы стояли и пытались понять, что вытворяет наш рыцарь.
 Глава восьмая 
24 июля. Дорога вблизи Проклятых гор
Сарим был неудержимым ураганом, несущим смерть. Его магия была мощной и искусной, он за доли секунд убил одного контрабандиста и, выставив щит, с легкостью отразил атаку сразу троих магов-контрабандистов, потом атаковал их ледяным крошевом и убил еще одного. А в следующую секунду из повозки раздался рев, и солома разлетелась в разные стороны, а перед Саримом встал огромный монстр с сине-голубой шерстью, с длинными острыми рогами и с когтями-саблями. Монстр бил по своим бокам кошачьим хвостом. Он походил на помесь кота и быка, от него исходил мощный поток магии, и я аж задохнулась, так силен был магический поток монстра. Он атаковал своих пленителей и вот уже один был нанизан на его рог, а второй был растоптан. Монстр повернулся к Сариму и снова заревел, скакнул вбок и, развернувшись к горам, умчался в болотистый лес, унося труп обидчика на своем роге.
Я пораженно смотрела на то, как Сарим опустился на колени и уставился на небо, его била мелкая дрожь, он явно был не в себе.
– Ты что творишь⁈ — зло и одновременно растерянно спросила его Акая. — Ты зачем на людей напал?
Сарим посмотрел на нас, и я вздрогнула, он был полон гнева и желания мстить, на секунду я подумала, что он и нас попытается убить.
– Это были не люди. — Хрипло ответил он, и, с трудом встав, подошел к одному из трупов и перевернул труп так чтоб мы смогли увидеть, как человеческое лицо постепенно сменилось чешуйчатой мордой ящероподобного существа.
– Демон! — восхищенно и слегка испуганно воскликнул Захар.
– Нет. Это зверолюди с пустынного континента, — объяснил Сарим, — Они приплывают сюда еще до начала сезона монстров и начинают отлов всех подряд. Ловят живьем и увозят на свой континент. Этот монстр, что я освободил… Он был последним, он не опасен, он несет созидательную энергию, и там, где он появляется, болота высыхают, и земля снова становится плодородной, болезни и беды отступают. Он последний, больше таких не будет, эти твари с пустынного континента в прошлом году вывезли трех самок, и самец остался один. Больше таких монстров не будет! Нам тогда не удалось их остановить… но в этот раз я смог.
– Похоже, не только у меня есть секреты! — хрипло прошептал мне на ухо Бор Бар и, усевшись на обочине в позу лотоса, закрыл глаза, а я, вздрогнув, снова посмотрела на рыцаря и тихо спросила:
– А ты уверен, что они убивают монстров?
Сарим посмотрел на меня, как на идиотку, и ответил вопросом на вопрос:
– А зачем они, по–твоему, их вывозят? Их желудки набиты магическими кристаллами, их части тел служат ингредиентами для зелий и амулетов, зачем еще нужны монстры?
– Если бы им нужны были части тел и кристаллы, они разделывали бы монстров там, где поймали, а не везли их живыми через океан. — Возразила я, и увидела, как на лице Сарима проступило презрение, я такое уже видела, оно появлялось на лице Валерика, моего бывшего жениха, каждый раз, когда я позволяла себе высказать свое мнение, и теперь также вел себя Сарим, и потому я не замолчала а продолжила. — В нашем мире есть такие заведения, их называют зоопарки, туда свозят всяких животных, особенно тех, которым грозит вымирание. Там им создают условия, приближенные к их среде обитания, и заботятся о них. А люди могут прийти и посмотреть на животных, особенно эти заведения любят дети. Так их можно научить беречь природу и не обижать животных.
 
Я говорила, а Сарим все больше становился похож на мраморную статую. Он побледнел, похоже, он понял, что я хотела сказать, но все же упрямо тряхнул головой и возразил:
– Не может такого быть, зачем им спасать монстров?
– Затем, что на вашем континенте им грозит вымирание? — вопросительно ответила, я и Сарим снова посмотрел на меня, как на букашку, осмелившуюся спорить с человеком, и я ужаснулась своей глупости.
Похоже я снова наступила на те же грабли. Когда-то я почувствовала, что люблю только после того, как Валерик признался мне в любви, а до того я его всерьез не принимала. И вот опять, мужчина сказал мне, что любит меня, и я поверила в то, что я тоже его люблю, но, глядя на то, как Сарим на меня смотрит сейчас, я поняла, что не могу любить человека, который так ко мне относится. Я вообще не знаю, что такое любовь, и не знаю, как понять, любишь ты или нет. Как узнать, не самообман ли это?
– Давайте вытащим тела с дороги и чем-нибудь их прикроем, — предложил Захар. — Кем бы они ни были, а оставить их без погребения было бы не по-человечески.
– Только аккуратно. Пусть девушки посматривают по сторонам! — сказал Сарим. — Монстры уже спустились с гор, сезон начался раньше обычного, раз рогач спустился, то и остальные тоже, он обычно спускается одним из последних.
Сарим взял один из посохов ящеролюдей и одним магическим посылом вырыл большую яму у обочины, Захар завернул тела в их плащи, и парни аккуратно опустили их в яму. Еще один магический посыл, и могила была закрыта землей. Все прошло быстро и безмолвно. Говорить ни о чем не хотелось. Сарим время от времени бросал на меня непонятные взгляды, и я старалась держаться от него подальше. Сейчас он для меня был почти монстром, и я заставила себя вспомнить, что до сих пор он вел себя как нормальный, честный и благородный человек и, возможно, его намерения были благими. Но все же он легко убил четверых нелюдей, и это меня насторожило, я уже не знала, как я к нему отношусь. Эйфория влюбленности прошла, как пелену с глаз сдернули, да еще слова Бор Бара о том, что не только у него был секрет, заставили меня задуматься о том, кто такой Сарим. Он много чего знает, он многое понимает и пытается сложить мозаику событий. У меня появилось ощущение, что он не простой странствующий рыцарь, и я решила поговорить с ним, как только появится возможность.
Я стояла, погруженная в свои невеселые мысли, а в это время Бор Бар поднялся на ноги и стал разворачивать повозку, потом он протянул поводья Захару и жестом предложил нам забираться в повозку.
– Ну да, — как-то смущенно согласился с ним Захар, — не пропадать же добру, да и на повозке мы быстрей доберемся до реки.
Мы забрались в повозку, и Захар залихватски свистнул, лошадь легко затрусила по дороге, утягивая за собой изрядно полегчавшую повозку. Мы с Акаей сидели в одном углу повозки, напротив нас сидел Бор Бар, а Сарим сел подальше от нас и смотрел назад, он явно не был настроен на общение.
Все молчали, напряжение было почти осязаемо и вот-вот могло материализоваться, и поэтому Бор Бар протянул мне свою карточку:
– Он неплохой человек. Он просто так воспитан.
– Я это понимаю, — ответила я ему, вздохнув, опустила голову на плечо подруги и закрыла глаза, мне тоже не хотелось сейчас разговаривать, мне нужно было понять не то, какой человек Сарим, а понять, какой человек я.
24 и 25 июля, деревня у реки Шустрой