Неправильная подруга (СИ)
— Майку тоже нахер, — продолжает он наступать, раскрывая меня все сильнее, пока я избавляюсь от лишнего. Остаюсь в одной юбке. Хочу расстегнуть и ее, но Данил качает головой.
— Не-не. Она нам пригодится.
Еще взгляд, еще приказ и я застываю, когда член начинает двигаться внутрь, словно то самое животное, которое спустили с цепи, позволили делать все, что пожелает.
Я раскрываю рот от нехватки воздуха, когда головка упирается в стенку матки, а потом начинает двигаться назад. Словно на качелях, раскачиваясь взад-вперед. Все выше. Все сильнее. И сдерживаться не хочется. Только кричать, только ощущать себя невесомой, воздушной, живой. Не бояться… Только не с Данилом. Только не сейчас. Он поднимается надо мной, раскрывая мои ноги еще шире. Вдавливая их в матрас, начиная двигаться еще быстрее. Смотреть в глаза и вбиваться в меня поршнем, не давая даже глотнуть воздуха.
Порой он закидывает голову назад,
сжимая челюсти, порой щелкает по груди, что трясется в такт жестким толчкам. Я умираю под ним, а он даже не собирается темп снижать. Даже кажется, наоборот, только звереет. Выходит с пошлым шлепком, переворачивает меня на спину и дергает к себе за задницу, по которой тут же шлепает. Все тело как глина, а он делает с ним, что хочет. Даже, когда входит сзади, даже, когда нажимает большим пальцем на тугое колечко, я лишь подхватываю его настроение, устремляюсь туда, куда он меня толкает к самому настоящему, запретному, непозволительно порочному удовольствию. Я начинаю задыхаться, кричать. От сладкой боли, скопившейся внизу живота, от наслаждения, что током бьет по нервным окончаниям, от силы и амплитуды толчков, что выбирают из меня крики. Оргазм накрывает настолько неожиданно и внезапно, что меня трясет, а губы то и дело шепчут
— Данил, Данил… Даниииил…
Он вытаскивает член и тут же ложится рядом, дергая меня за волосы к себе. Мне кажется, я уже не выдержу, но губ касается влажная, покрытая белесой влагой головка, и я даже радуюсь, что можно просто доставить Данилу удовольствие. Не терпеть новую серию толчков и оргазмов. Но как же я ошибаюсь. Стоит мне обхватить член, Данил словно с цепи срывается, нажимает на голову, проникает в горло, вызывая задержку дыхания… Слезы текут, я пытаюсь царапаться, отбиваться, но стоит мне услышать рев Данила, стоит почувствовать тугую струю прямо в нёбо, как я успокаиваюсь… Обмякаю. Данил выпускает меня из плена, подтягивает к себе и звонко в губы чмокает.
— Прости, Ксюш, сорвался…
— Да ладно... - ну не жаловаться же... Мне очень приятно, что он получил столько удовольствия... — За что извиняться…
Вскрикиваю, когда он налегает на меня всем телом, целуя уже жадно, напористо...
— Данил, хватит, хватит...
— Так и быть, дам передохнуть, тем более ты хотела Русу позвонить...
Я распахиваю глаза, отталкивая сумасшедшего любовника. Ну что я за мать, даже про сына забыла...
Звоню Русу и слаба всем Богам он тут же берет трубку.
— Малыш, мой, как ты?
— Да нормально мам, играю... Можно же?
— Можно, можно, — вздрагиваю, чувствуя к спине прикосновение горячих ладоней… Горло все еще болит от жесткого трения, между ног горит огнем, но по телу все равно бежит рой мурашек стоит Данилу вплотную ко мне прижаться... — Ты кушал?
— Конечно, суп себе разогрел. Ты скооро приедешь?
— Скоро, — еле сдерживаю стон. — Через часик буду...
— Ладно, мам, у меня тут монстры...
Поворачиваюсь к Данилу, убирая телефон в сумку.
— Через два...
— Что?
— Домой я отвезу тебя не раньше, чем через два часа, — подхватывает он меня под задницу, так что приходится ноги на него забросить... Целую его, но предупреждаю.
— Только нежно...
— Ничего не обещаю, ты будишь во мне зверя...
Он уже несет меня в спальню, как вдруг квартиру оглушает дверной звонок... Мы переглядываемся, шокированные и я тут же спрыгиваю с его рук. А если это Рита? А если она меня тут увидит?
— Ксюх, ты чего как маленькая... - кричит он мне вслед, пока я бегаю по квартире, собирая свои вещи... Это ужасно, но я прячусь в гардеробную, застывая и почти не дыша...
Глава 24
Данил
Смотрю на обнаженный зад, скрывшийся в спальне и проглатываю смех. Мне даже гадать не надо, я и так знаю, что никто кроме брата прийти не мог. И действительно, включив кнопку включения видеовызова, замечаю его нетерпеливую рожу, которая фыркает мне в камеру.
Иду до спальни, чтобы найти, что накинуть, замечаю как птичка спряталась в шкаф, ну что за прелесть…
— Ты посмотрел, кто там?
— Полиция, пришла посадить тебя за неземную красоту, но я в обиду тебя не дам.
— Балагур, иди посмотри. И там обувь моя осталась. Спрячь обязательно…
Выхожу из спальни, где каждый куб воздуха пропах нашим сексом. Иду открывать дверь, взметнув брови вверх.
— Не сказать, что я рад тебя видеть.
— Да ты и открывать не особо жаждал, — чуть толкает меня Арс, проходя в квартиру. Скидывает ботинки, куртку. — Выкини свой телефон, какого хрена до тебя никто дозвониться не может?
Точно, телефон. Поднимаю брошенную куртку и рыщу по карманам. Вот он, горячий от звонков. Причем от Жанны, которую я бросил на произвол судьбы, всего лишь пять. Десять от Риты и еще двадцать от Арса. Очевидно он очень не хотел сюда ехать. Но Рита и из могилы достанет, если надо будет.
— А я смотрю ты был сильно занят, да? — смотрит он на полусапожки Ксюши. Милые, миниатюрные, как она сама, как у нее внутри.
— Очень занят. И вообще, тебе пора.
— Ты же не водишь баб в эту квартиру.
— Ну так баб и не вожу, а Ксюша не баба.
— Ну тут соглашусь. Весовой категорией не дотягивает. Добрый вечер, Ксения, — он смотрит за мою спину, и я туда же. Ксюша жмется к стене одетая в мою футболку, что на ней выглядит мешком и джинсах, которые пришлось подкатить ровно на половину.
Я раньше думал, что маленькие женщины это не про меня. У меня отец выше мать на голову и мне казалось, что ему очень неудобно ее обнимать. Чтобы поцеловать, нужно сильно наклоняться.
Но кажется я ошибался.
В определенные моменты это оказалось не просто удобным, а крайне приятный.
— Добрый, Арсений. Может, чаю?
— Ему уже пора.
— Не откажусь. Тем более, что мне очень интересно послушать, что там учудил брат в спорт баре.
— В смысле? — тормозит она на пол пути, испуганно переводя взгляд с меня на брата. — Откуда вы знаете? А кто еще знает? Данил, а если это было в новостях?
— Так, — подлетаю к Ксюше, которую уже трясет. — Ты хотела чай сделать. Там зеленый вроде был.
— Ага… А что насчет…
— Сначала чай, потом информация.
Она кивает, идет делать чай, а мы садимся с братом за стол, внимательно смотря друг на друга.
— Она знает, что у тебя жена и дочь?
Ох, какой праведник.
— Бывшая жена. И да, знает. Рита ее подруга… Ну, относительно.
— Да ладно? По ней не скажешь, что она готова предать подругу, — косит он на тонкую фигурку, ловко орудующую на кухне. Глупая мысль, но смотрится Ксения там очень органично, словно у себя дома. И эта мысль не отталкивает, наоборот, привлекает.
— Она и не такая. Я очень настаивал.
— А, ну ясно. Ты вроде не похож на насильника…
— Мы пришли к консенсусу. Тебя это вообще не касается.
— Да понятно, только почему — то перед родителями за тебя мне приходится отдуваться.
— ну так ты старший, этим все сказано, — Арс только рот открывает, как я поворачиваюсь к Ксюше. — А у тебя есть братья или сестры?
— Нет, — ставит она чайник и чашки. Затем насыпает в чашку печенье. Я разливаю чай. — Одна я у мамы. Так вышло. А вас двое?
— Еще сестра Настя.
— Понятно. Арсений, так что там с спорт баром.
— А, да, — достает этот интриган планшет, включает видео и поворачивает экраном к нам. А там видео, где я бью колобка, который пришел с Ксюшей. Причем смачно так, даже красиво. Потом горе оператора толкают и следующее, что видно, как я выношу Ксюху из бара, в котором уже в полном разгаре потасовка.