Слепая тайна (ЛП)

— Позволь мне узнать тебя, Альба.
— Что ты хочешь узнать, Тео?
Я прошептала эту фразу. Она полна обещаний, всего, что я не говорю, всего, что висит в воздухе, всего, что он может вообразить. Чувствую лихорадочное волнение, впервые в жизни я чувствую себя женщиной, смелой, красивой, хотя он меня не видит. Я чувствую себя соблазнительницей, хотя на мне бесформенная пижама. Но главное, больше всего, я чувствую себя свободной, нормальной.
  
Его хриплый голос возвращается, и в шёпоте, от которого у меня мурашки, он раскрывается:
— Я хочу узнать всё о тебе, Альба.
— Скажи мне что-нибудь о себе, чего я не знаю, Тео, и я сделаю то же самое.
Я удивляюсь, ожидая шутки, чтобы раскрыть его озорную и игривую сторону, что-то супер серьёзное или же историю из его детства или юности. Как обычно, Тео полон сюрпризов, он непредсказуем до конца. Он шепчет тогда гипнотизирующим голосом:
— Quero fazer amor contigo.6
Мне трудно узнать этот язык. Похоже на испанский или итальянский? Нет, не то. Какая идея — изучать немецкий в школе! Но что это за язык?
— Португальский.
— Ты говоришь по-португальски? — удивляюсь я.
— Я часто бывал в Португалии в детстве. Моя мама родом из региона Лиссабона.
— Вау, это страна, которую я никогда не посещала. Э-э… Вообще-то, я редко выезжала за пределы Франции. Но Лиссабон, говорят, прекрасный город для открытий!
— Я отвезу тебя туда однажды, если захочешь.
Вернуться однажды в Лиссабон? Это часть тех планов, которых меня лишила агорафобия. Мои первые панические атаки были настолько сильными, что порождали своего рода расстройства, и мой мозг сделал отбор, увы, отдав предпочтение запоминанию боли…
  
Глава 14
 
Тео
Я не перестаю думать о второй части нашего разговора с Альбой. Когда я объяснил ей значение своей фразы на португальском, на другом конце провода воцарилась тишина. На мгновение я действительно подумал, что она положила трубку. Затем я понял, что это всего лишь её смущение — я застал её врасплох. Не знаю точно, зачем я это сказал. Что ж, это было честно — мне хочется открыть её для себя, заниматься с ней любовью. Единственные её фото, что у меня есть, — это фото из её профиля в Lovemate, но должен признать, что они не выходят у меня из головы, я даже сохранил их, чтобы испытывать приятное ощущение, будто она рядом. Эта девчонка сводит меня с ума. Она красива, я в этом убеждён, она смешная, умная, и в ней есть та нежность, что свойственна людям, не желающим зла, не осуждающим, желающим только добра.
Её голос дрожал от волнения, когда она наконец ответила:
— Как бы ты занимался со мной любовью, Тео?
Чёрт, я думал, что потеряю сознание. В Альбе открылась такая соблазнительная женщина. Было проще оставаться на более «платонической» территории, хотя мы оба понимаем, что влечение растёт и занимает всё больше места.
Я умираю от желания встретить её, увидеть её улыбку, запомнить её искрящийся взгляд и подразнить её насчёт цвета её Converse. Увидеть её по-настоящему. Хотя эти фото и открывают часть её интимной жизни, они недостаточно конкретны, чтобы я мог знать, какова она каждый день. Кстати, сейчас до меня дошло: она сказала, что никогда не была в Лиссабоне, однако у меня есть её фото лицом к башне Белен.
Я глубже усаживаюсь в свою подвесную койку и снова погружаюсь в воспоминания о нашем разговоре.
Не думал, что эта такая нежная читательница поведёт разговор в таком направлении. Кстати, я сам пошёл по этому пути скорее, чтобы подразнить её. Я уже несколько недель в море, не стану скрывать, что желание облегчиться растёт, как и у любого на борту. Однако я не жду чего-либо от Альбы, я просто принимаю то, что она хочет мне предложить. До того… до того, как увидит меня таким, какой я есть.
— Если бы я был там, перед тобой, в этой комнате, я бы больше не мог отвести от тебя взгляд. Альба… — прохрипел я, — я думаю только о тебе, каждый день, ожидая наших новых бесед. Да, я бы занимался с тобой любовью, со страстью. Мои руки на твоих бёдрах скользили бы по твоему телу, запоминая каждый изгиб.
Я услышал лёгкое прерывистое дыхание в телефонной трубке. Без труда представлял, как Альба прикусывает губу или даже краснеет, слыша мои слова. Я почти ощущал, как её молочная кожа покрывается румянцем по мере того, как я признавался ей, что она во мне пробуждает.
Эта женщина у меня в крови. Я ничего не могу с этим поделать. Я не хочу ничего другого.
— Тео, ты заставляешь меня волноваться… Это так же восхитительно, как и сбивает с толку!
Она заставила меня улыбнуться, как часто бывает. Её застенчивость и смелость борются, и не в первый раз эта двойственность поражает меня. У меня часто возникает ощущение, что она хотела бы жить жизнью, которой не может достичь. А чувство быть запертым в собственной жизни — это то, что я умею распознавать. Мне хочется копнуть глубже, узнать больше, но я жду. Терпеливо. Она заслуживает этого внимания. Альба — та женщина, которую нужно открывать бережно, и пока мне ещё так много предстоит узнать, что её слабости могут подождать.
— Объясни мне, — прошептал я.
Во время этого разговора я чувствовал себя в пузыре. Хотя я был на корабле, хоть и один на подвесной койке рядом с каютой, которую занимал для уединения, у меня было ощущение, будто я с ней, удобно растянувшись на матрасе, а не в открытом Средиземном море. И подумать, что наш последний звонок был почти неделю назад… Мне кажется, это было вчера вечером.
— Это сбивает с толку, потому что… я не умею соблазнять, ни по телефону, ни в сообщениях. Это не я. И в то же время мне нравится ощущать этот небольшой прилив адреналина! Мне кажется, я чувствую себя неловко, и всё же… мне это нравится…
Альба выпалила это на одном дыхании. Замечаю, что это её привычка, когда ей неловко что-то признавать. Её речь ускоряется, она идёт прямо к цели.
— Я оказываю на тебя такой эффект.
— Ты оказываешь на меня такой эффект, — повторяет она, к моему великому удовлетворению.
Я не думал, что меня привлекают застенчивые женщины. В то время, когда я чередовал дни и женщин, я знал, что такие девушки меня не привлекали. Нужно было быть нежным, терпеливым, романтичным и бросать немного блёсток в глаза, при этом не завоёвывая сердце партнёрши на одну ночь, иначе было не выпутаться из ситуации. Короче, слишком сложно, слишком рискованно ради одной ночи согласованного удовольствия.
Поэтому я держался от них как можно дальше. Мои слова могут показаться мачистскими и женоненавистническими, но это не так. Моя мать хорошо воспитала меня, и я уважаю женщин. Просто, если я не искал долгих и постоянных отношений, я предпочитал не иметь дела с женщинами, которые верят в принцев вне отдела печенья в супермаркете.
Однако сегодня приходится признать, что всё изменилось. Я хочу остепениться, по крайней мере, надеюсь на это, и с моим изуродованным лицом я обхожу стороной женщин на одну ночь, которые в лучшем случае бросают на меня взгляд жалости, который я ненавижу.
Так что да, могу сказать, что застенчивые женщины — моя слабость сегодня. Нам действительно всем следует смотреть дальше внешности, следует копать, чтобы узнать, что скрывается под тем, что мы готовы открыть миру. Самое ценное мы приберегаем для близких, для тех, кому доверились, для людей, которых любим, которые заставляют нас чувствовать себя хорошо. Мне хочется, чтобы Альба стала таким человеком для меня. Мне хочется быть таким человеком для неё. Я уже несколько дней ломаю голову, как идиот, чтобы найти подход, который не будет слишком навязчивым, чтобы предложить ей встречу, несмотря на все одолевающие меня сомнения. Желание узнать её сильнее всего остального. Проблема в том, что она у себя дома, а я посреди Средиземного моря. В ожидании решения я размышляю над нашими словами.
  
— Альба, закрой глаза, после того как переключишь телефон на громкую связь или подключишь наушники. Поставь стакан, который держишь для уверенности, в своей комнате, устройся поудобнее на кровати и позволь ощущениям захватить тебя.