Его Сиятельство Вовчик. Пенталогия (СИ)
М‑да, и тут моя фамилия вылезла. Да и плевать. Раз мне с этими людьми служить, значит, и шифроваться смысла нет. Посмотрим, что это за «Витязи», и почему меня отправили именно к ним…
Глава 12
– Равняйсь! Смирно! Равнение на середину!!! Господин лейтенант, сборное отделение отряда «Витязи» построено. Старший – прапорщик Хлоп.
– Вольно, бойцы. Представлюсь один раз – Деспот. Романов, княжич, сиятельство – забудьте все это и не вспоминайте. Мне плевать, кто вы по роду‑племени. Важно, что воины Российской империи. До вашего прошлого мне дела нет, а вот будущее наше, надеюсь, будет долгим и счастливым. Я старший мастер с телом Равновесия.
– Такой молодой – и уже старший? – не выдержала одна из девушек.
– Оса, два наряда вне очереди! – рявкнул прапорщик. – За разговоры в строю. Напрягите память и вспомните, кто он. Трансляцию из дворца все видели.
– Я не видела. Мы тогда после задания вернулись, и проспала, – буркнула она.
– Три наряда! И посмотреть запись.
– Есть, – отозвалась Оса, явно ничуть не испугавшись наказания.
– А теперь я хочу услышать ваши характеристики – личные дела потом прочитаю, мне сейчас важно личное общение. Шаг вперед – позывной и уровень магии с телом. Ну и специализацию. Начнем, прапорщик, с тебя.
– Хлоп. Мастер. Утверждение. Подрывник.
– Питон, сержант, подмастерье, Утверждение. Связь, штурмовик.
– Лютый. Старший сержант, подмастерье. Утверждение. Чуистый (ходячий детектор лжи, сканер жизни и эмоций. Прим. автора), штурмовик.
– Док, старшина, подмастерье. Утверждение. Лекарь, мастер допроса.
– Кикимор, сержант. Подмастерье. Утверждение. Мастер скрыта и засад.
– Бес. Младший сержант. Мастер. Преодоление. Щит, прикрытие.
– Оса. Сержант. Подмастерье. Преодоление. Снайпер.
– Ведьма. Сержант. Подмастерье. Преодоление. Химия, артефакторика. Могу работать батарейкой.
– Белка. Старший сержант. Подмастерье. Снайпер. Прикрытие.
– Хорошо. У меня, как вы поняли, особой специализации нет – я универсал. Могу и в штурмовики, и в защиту. Рад познакомиться и все такое. Вопросы?
О том, что я еще и лекарь‑дуалист, пока говорить не стал. Время покажет, нужно ли, чтобы они об этом знали.
– Не сочтите за дерзость, но не слишком ты молод, лейтенант, чтобы нами командовать? – вылезла Оса. Вот же ж неугомонная девка! – Не верю я, что ты прошел полное обучение в академии.
– Правильно делаешь, что не веришь. Я даже дня не успел отучиться – в первый же день академию ВМВ в Рязани, где я находился, уничтожили. Выжили лишь те, кого я успел прикрыть щитом. Изначальную подготовку, пусть и краткую, прошел в имении княгини Зотовой, если вам эта фамилия что‑то говорит. Она же присвоила мне мой позывной. До этого звала Салабоном, – улыбнулся я. – Дальше уже учебный центр. Где он расположен, понятия не имею, настолько он секретный. И чтобы снять еще вопросы – вами командовать я не рвался и вообще привык работать один. Но готов учиться воевать в команде. Демократии у нас не будет, но я открыт для любых предложений, кроме руки и сердца. И вообще – давайте жить дружно и часто. Тиранить не буду, но и спуску не дам. Вы, кстати, маги – не аристократы?
– Все дворяне в первом поколении, – кивнул прапорщик. – Но мой сын, вероятнее всего, тоже унаследовал мою магию. Так что есть шанс сделать нас потомственными, а там и барона дадут.
– Хорошо. Магия – это всегда хорошо. Кстати, о ней – что тут с магией еды? А то я, признаться, когда последний раз нормально ел, уже и не помню.
– Мы как раз собирались в столовую…
– Отлично. По пути и расскажете мне, как так вышло, что вы остались без командира.
– Никакой страшной тайны тут нет. К бабе местной побежал ночью, его снайпер и снял. Там мутная история, но вникать никто не стал. Дурак был, дураком и помер.
– Не любили его?
– О мертвом либо хорошо, либо ничего. Так что ничего.
– Ясно. Что ж, надеюсь, со мной отношения у вас сложатся другие. А тут вообще как обстановка? С кем дружим и против кого, кому морды бьем? Или кто пытается бить морды нам? Есть такие, кто рискует своей жопой, нарываясь на конфликт, несмотря на военное время?
– Да особо нет, – пожал Хлоп плечами. – Нет, ситуации, конечно, бывают разные, но главное правило – не лезть к отряду, который только что вернулся с задания. Потому как после этого все нервные, злые и могут грохнуть почем зря. А так мы крайне редко пересекаемся с другими – специфика работы у нас разная. Мы в основном по тылам противника ходим, языков берем, диверсии устраиваем или устраняем командование.
Долго сидеть без дела нам не дадут – пару дней выделят на боевое слаживание, и вперед. Так что отдохнуть не получится.
– Эх, не жил хорошо, так и нечего об этом и мечтать. Давайте поедим и пойдем смотреть, кто что может и как нам не подохнуть в первом бою из‑за непонимания друг друга…
Третий раз за неделю мы стояли на исходной, и я уже начал ненавидеть этот полигон. Хлоп говорил о паре дней? Забудьте. Все было настолько плохо, что пришлось задержаться.
Городок «Ворон» – учебный полигон. Три улицы, два пятиэтажных дома‑макета, подземный переход, пара магазинчиков и детская площадка с пластиковыми горками. Все это израненное, иссеченное краской от физических и магических систем имитации боя.
Над головой – серое небо Беларуси, в зубах – скрежет от вчерашнего разбора полетов. Два последних боя мы слили, как и десяток до этого. В первом нас раскатали за семь минут – заложников расстреляли прямо у нас под носом. Во втором продержались чуть дольше, а потом Лютый проморгал ложный контур, и мы влетели в ловушку.
Третья попытка – последняя. Командир учебного полигона высказался прямо: «Витязи, либо вы работаете как одна команда, либо идете на склад пересчитывать портянки. Больше на вас я тратить время не намерен».
Я проверил экипировку. Учебная – но все по‑настоящему: броник, разгрузка, автомат с лазерной насадкой, магазины с шариками краски. Магические артефакты заряжены, проверены Ведьмой – после недавней выволочки, когда она пропустила разряженный артефакт щита, стала очень внимательной. Потому как, не обращая внимания на ее печальные глазки, бил я ее по жопе ремнем очень сильно и долго. При этом все отделение было на моей стороне, что не добавило ей радости. Подставила она тогда всех.
– Так, орлы, – сказал я, поворачиваясь к отделению. – Час назад я получил вводную. Полный текст не воспроизведу, но суть… Питон и Белка – вы знаете, я вас нежно и трепетно люблю, но благодаря вашему длинному языку штаб решил усложнить задачу.
Питон хрюкнул. Белка только глазами сверкнула и потерла рукой место будущего наказания. А вот не хрен языком в курилке чесать, да говорить, мол, мы специально поддаемся, а все остальные слабаки. Нам, типа, и тут хорошо живется.
– Объект: городок «Ворон». Противник: отделение спецназа «Гром» в роли террористов. Девять человек. Опытнее нас на голову, вооружены до зубов. Задача – освободить заложников. Все как всегда, кроме того, что жалеть нас в этот раз никто не будет.
– Сколько всего заложников? – спросил Лютый.
Голос у него всегда такой, будто он простужен, Но боец знатный. Чуистый – сканирует эмоции и вранье. С ним не соврешь.
– Трое. Двое взрослых, один ребенок. Учебные манекены, но биологически правдоподобные – так сказали. Фиг отличишь от людей. Размещены где‑то на территории. Где именно – неизвестно. Если мы теряем хотя бы одного – поражение. Если убиваем заложника (я про дружественный огонь) – поражение. Если все наши выбывают – поражение.
– А если мы просто медленные и не уложимся в нужное время? – спросила Оса.
Она сегодня была в снайперской паре с Белкой, уже настроила оптику.
– Тоже поражение. Вводная дана на тридцать минут. Уложимся – победа.
Повисла тишина. Хлоп, наш подрывник, перебирал заряды. Кикимор, мастер засад, уже таял в воздухе – его маскировка работала даже на открытой местности. Бес приготовил щиты, Ведьма разогревала артефакты. Док накладывал последние правки на свою аптечку – что‑то там перекладывал и поправлял – он у нас еще и мастер допроса, но сегодня скорее второе не пригодится, если повезет.