Родиться заново в Париже. Как научиться французской легкости и обрести счастье
В ее уютном загородном семейном гнезде мы целый день предавались радостям дачного отдыха — тем, что всегда останутся в моем сердце олицетворением России. Чего нет нигде в мире. Ведро с вениками, дощатый стол с клеенчатой скатертью в клетку, окрошка, водочка — все это отогнало мою грусть и вдохнуло новую жизнь и надежду.
— Он не хотел лишать тебя твоей мечты. Он отпустил тебя. Скажи ему спасибо, — в очередной раз нашла нужные слова моя мудрая подруга.
Как будто в подтверждение ее слов вечером мне пришла эсэмэска:
— У меня в машине остался твой чемодан, тебе его привезти?
А я и забыла про него. А между тем вещи еще не собраны.
На улице уже стемнело, когда я вышла из электрички и вся разморенная плелась по перрону к выходу, где в машине меня ждал Андрей. Мне казалось, что в тот день я сильно похудела, и мои до этого обтягивающие джинсовые шорты теперь еле держатся на бедрах. Мы почти не говорили. Наверное, потому, что все было понятно без слов. Наше последнее объятие было очень крепким и очень безысходным.
— ОН НЕ ХОТЕЛ ЛИШАТЬ ТЕБЯ ТВОЕЙ МЕЧТЫ. ОН ОТПУСТИЛ ТЕБЯ. СКАЖИ ЕМУ СПАСИБО, — В ОЧЕРЕДНОЙ РАЗ НАШЛА НУЖНЫЕ СЛОВА МОЯ МУДРАЯ ПОДРУГА.
По дороге от машины до квартиры, таща за собой домой свой огромный чемодан, я пыталась собрать остатки моральных и физических сил, чтобы подготовиться к завтрашнему отъезду. Ехать никуда не хотелось. Но пути назад уже не было — все мосты были сожжены.
Часть вторая
Осень в Париже
Город контрастов
В таком спонтанном, неподготовленном заранее переезде, как мой, с самого начала был заложен подвох. Так, например, тот факт, что я не позаботилась заранее о жилье, а лишь в последний момент через дальних знакомых договорилась о съеме комнаты на сентябрь в 10-м округе Парижа, преподнес мне приятный сюрприз в лице хозяев моей новой квартиры, но и неприятный одновременно — место ее расположения. Как человек, не имеющий никакого представления о специфике парижских округов, я была так счастлива жить практически в самом центре Парижа, да еще и на берегу канала Сан-Мартен, что не ожидала очутиться в «мини-Африке». Оказалось, район между Северным и Восточным вокзалами с недорогим социальным жильем в свое время сосредоточил иммигрантов из бывших французских колоний, которые придали району национальный колорит. Несмотря на традиционную парижскую архитектуру, всюду были разбросаны этнические магазины, салоны красоты и закусочные. Париж, как и любой другой большой город, оказался городом контрастов, где районы мишленовских ресторанов и люксовых магазинов соседствовали с районами палаток с кебабами и экзотическими нарядами, а улицы, где прогуливались дамы с седыми элегантными укладками и сумками от «Hermès», — с улицами, полными чернокожих женщин в тюрбанах из ткани «вакс» и сумками-подделками «Michael Kors».
А еще у меня неожиданно оказалась уйма свободного времени. Конечно, я рассчитывала много гулять и узнавать город, а по вечерам смотреть кино. Но долго ли я протяну одна? Смогу ли я найти друзей? Смогу ли найти другое жилье? Ладно, сейчас был совершенно неподходящий момент для подобных мыслей. В конце концов, у меня появился тот, кто еще долго будет моим неизменным товарищем и попутчиком, — мой город, мой Париж.
Уже с первых минут пребывания с ним наедине я ощутила его реальность и его одушевленность. Тогда, сидя на бетонной плите перед домом в ожидании возвращения хозяина квартиры, я впервые почувствовала его присутствие в моей жизни. Я ощущала, что он рад моему приезду, будет присматривать за мной и делать все возможное, чтобы мне здесь понравилось.
Тут подошел хозяин квартиры со своей спутницей. Я сразу же поняла, что это он, настолько сильно этот человек отличался от всех, кого я пока что видела. Это был мужчина с длинной белоснежной бородой, в белой рубахе навыпуск и фетровой шляпе. Его спутница выглядела еще более колоритно — с дредами, в разноцветной одежде, с окрашенными в розовый цвет бровями и с многочисленным пирсингом. Эта пара напомнила мне школьные годы, когда, поддавшись моде на растаманскую культуру, я коротала время после уроков на Старом Арбате с местными хиппи и уличными музыкантами.
Ребята были художниками. Их квартира оказалась довольно старой и загроможденной вещами, но в ней очевидно присутствовал артистический дух — повсюду картины, свечи и джазовая музыка нон-стоп.
— Я никогда не выключаю радио и не гашу свечи у входа, — объяснил мне хозяин. — Это поддерживает в доме уют и позитивные вибрации.
В моей комнате из мебели оказались лишь кровать и стенной шкаф, зато и на стенах, и на полу красовались прекрасные картины, нарисованные моими новыми творческими соседями.
— На улице пока светло. Если хочешь, мы покажем тебе район и выпьем вина за твой приезд на берегу канала?
Какие приятные ребята! И как здорово было иметь хоть каких-то людей рядом, кто говорит на твоем языке и может составить компанию в незнакомом городе.
Мы отправились на прогулку. Мои друзья показали мне «Laverie», где, как в американских фильмах, можно было закидывать вещи в стирку в одну из многочисленных стиральных машин. Следующим местом визита оказался супермаркет. Самый обычный сетевой районный магазин, но для меня он выглядел настоящим музеем. Я ходила между полок и отмечала для себя новые продукты, новые бренды, переводила в уме цены на рубли, так как еще не могла ориентироваться в евро.
Мы взяли бутылочку розé (оказывается, в теплое время года во Франции все пьют именно розовое вино), хрустящий багет, козий сыр и колбасную нарезку. Так я сразу получила возможность насладиться неотъемлемыми атрибутами французского аперитива — времени с шести вечера и до ужина, которое французы проводят за бокальчиком и закусками, ведь ужин у них наступает довольно поздно — в девять вечера. Тогда я еще не понимала всей прелести этого милого французского обычая. По мне, так можно же было просто сразу поужинать в семь, вместо того чтобы перекусывать всякими не особо полезными для фигуры вещами.
Со всеми нашими милыми французскими покупками мы расположились на набережной канала Сан-Мартен. Это был второй по длине канал в Париже после Сены, прелесть которого в том, что набережная расположена на одном уровне с водой, без всяких загородок, и в солнечные дни и вечера эти набережные всегда наполнены сидящими у воды людьми со всевозможными аперитивами, как у барной стойки.
Какое-то дежавю — кажется, я уже видела где-то это место. Точно! В фильме «Один день», который я посмотрела перед отъездом, где произошел кульминационный парижский поцелуй героев. Это же было прямо здесь, у этого мостика!
«Ну, здравствуй! — впервые тогда я начала свой внутренний диалог с моим новым другом по имени Париж. — Спасибо тебе за такой теплый прием! Я тронута и бизнес-классом, и новыми знакомыми, и такими приятными посиделками в местечке из одного из моих любимых фильмов».
С первого вечера в этом городе Париж навсегда для меня будет иметь запах розового вина и разогретой солнцем каменной набережной.
С городом наедине
А за окном тем временем наступила осень. Хотя французы не следуют календарному делению и считают началом осени октябрь, для меня началом осени, по аналогии с началом учебного года, всегда будет первое сентября. В Париже осень уже вовсю ощущалась по разбросанной по мостовым сухой листве и пожелтевшим каштанам, которые, похоже, преобладали во французской столице и окрашивали город в этот однотонный унылый цвет, отчего мне парижская осень показалась какой-то сухой и даже блеклой. Хотя я еще не была в настоящих лесах и парках.
До начала учебы оставалась неделя, и у меня было еще время в запасе, чтобы поближе познакомиться с моим другом — городом мечты.
