Идеальный мир для Химеролога 6 (СИ)

Обычно проверка партии занимала недели, а то и месяцы. Каждую химеру нужно было гонять на полигоне, брать анализы, проводить стресс-тесты… У Агнессы просто не было времени на такую тягомотину. Если она увязнет в проверках, Воронов успеет что-нибудь придумать.
И вот тут как раз и нужна была моя помощь. От меня требовался, по сути, «техосмотр» — быстрый, качественный и, самое главное, безошибочный. Агнесса уже поняла, что я вижу то, чего не видят другие. Что мне не нужны недели тестов, чтобы понять, на что способна химера. Мне достаточно было положить руку на её холку, чтобы увидеть всю его подноготную: от скрытых генетических дефектов до реального предела выносливости.
  
Я мог за секунду определить, что вот с виду очень грозный кабан сдохнет всего через восемь часов бега, потому что у него слабый клапан в сердце, несмотря на гору мышц. А какая-нибудь ящерица, хоть и выглядит хилой, вполне способна пережить последствия ядерного взрыва благодаря уникальной мутации печени.
Я мог отбраковать неликвид ещё до того, как он попадёт к военным, и, что важнее, мог быстро подправить мелкие косяки прямо на месте, доводя «хорошо» до «идеально».
Что ж, работёнка предстояла не пыльная. Тем более платить мне за неё будут предостаточно.
* * *
Секретный научно-исследовательский комплекс
Где-то глубоко под землёй
Стерильная белизна лабораторных стен давила на психику похлеще, чем многотонный слой грунта над головой.
Весь комплекс был небольшим — всего-то сорок человек персонала, включая уборщиц с допуском к гостайне. Но задачи здесь решались глобальные. Алхимики смешивали, казалось бы, несовместимые компоненты, селекционеры пытались обмануть природу, а штатные химерологи собирали всё это воедино, молясь, чтобы оно не сдохло в течение первых пяти минут.
Прямо сейчас всё внимание было приковано к экспериментальному сектору. За толстым бронированным стеклом в индивидуальных боксах сидели три твари. Изначально это были обычные дикие псы-мутанты, отловленные в Диких Землях. Но теперь…
— Посмотрите на динамику роста кальциевых отложений, — младший научный сотрудник ткнул пальцем в монитор. — Это похоже на экзоскелет, формирующийся прямо поверх морды.
Твари действительно выглядели жутковато. Их морды скрывались под костяными масками. У одной маска напоминала череп с длинными изогнутыми рогами, у другой гладкую пластину с прорезями для глаз, у третьей какой-то хаотичный набор шипов в разные стороны.
Самый молодой сотрудник, увлекавшийся аниме, даже сказал, что это напомнило ему персонажей из комиксов про духов. Хоть и сделал поправку на то, что в реальности всё выглядело куда страшнее. Ведь кость была живой и пульсировала.
— Нужно вводить акселератор, — заявил старший лаборант, нервно постукивая пальцами по приборной панели. — Мы топчемся на месте. Формирование идёт слишком медленно, отстаём по графику.
— Ты с ума сошёл? — спросил его коллега химеролог. — Лучше посмотри на анализы крови! У них же лейкоциты скачут, как бешеные. Организм борется с этой дрянью. Это тебе не естественная мутация и не Дар. А паразитарная структура! Похоже на вирусную природу. Если мы сейчас ускорим процесс, то просто убьём носителей. Или, что хуже, спровоцируем неконтролируемую реакцию.
— Да какая разница… — фыркнул старший. — Даже если это вирус, что с того? Нам нужен результат! Бронированная пехота, которая не чувствует боли! А ты разводишь тут ненужные эмоции. «Угробим», «паразиты»… У нас приказ! Слышишь? Приказ!
— Приказ был изучить, а не создать монстров, которых мы не сможем контролировать!
Двери лаборатории с шипением разъехались, и в помещение вошёл руководитель проекта.
— О чём спор, господа?
— Объект номер три показывает замедление роста защитного покрова, — тут же подскочил старший лаборант. — Я предлагаю ввести препарат-акселератор, чтобы подстегнуть метаболизм и завершить формирование костной структуры.
— Но… это же безумие! — вмешался химеролог. — Акселератор действует слишком агрессивно! Мы же не знаем природы этих наростов! Что будет, если костная ткань начнёт расти внутрь…
— Хватит! — руководитель поднял руку, заставив всех замолчать. — Я только что говорил с куратором проекта. Результаты нужны были ещё вчера, потому что бюджет на следующий квартал под вопросом. Нам нужно показать рабочий прототип боевой единицы или нас всех выпрут отсюда к чёртовой бабушке! Мы все поедем заведовать сельской лечебницей где-нибудь в Сибири.
Он посмотрел на старшего лаборанта и махнул рукой.
— Вводите двойную дозу. Нам нужен прорыв. Вся ответственность на мне.
— Сию минуту! — тут же отозвался тот и бросился к пульту управления.
Его пальцы защёлкали по кнопкам клавиатуры, вводя команды для автоматических инъекторов внутри боксов. Внутри камер манипуляторы опустились к прикованным тварям. Иглы вонзились в шеи. Мутная оранжевая жидкость потекла в вены чудовищ…
— Готово. Ждём реакции.
Прошла минута… Две… Десять…
— Показатели в норме, пульс учащается… — заметил старший лаборант изменения в показаниях датчиков на экране.
И тут тварь в первом боксе закричала. Затем через динамики послышался звук ломающихся костей и разрываемого мяса…
— Рост пошёл! Смотрите! Костная масса увеличивается!
Белая кость маски начала расползаться, захватывая всё новые участки головы. Но она росла не поверх кожи. Шипы и наросты впивались в плоть, разрывали мышцы, врастали в череп… Казалось, что чужой организм пожирает носителя, замещая его собой.
Твари забились в конвульсиях, а их тела стали выгибаться под невозможными углами.
— Сила растёт! — комментировал старший лаборант, не отрываясь от экрана. — Мышечная масса увеличилась на двести процентов! Это поразительно!
— Это катастрофа, придурок! — заорал химеролог, глядя на стёкла боксов. — Смотри!
Тварь, чья голова теперь была полностью закована в шипастый костяной шлем, перестала кричать и встала на дыбы. Она с размаху саданула по бронированному стеклу, и по нему побежала паутина трещин.
— Не может быть… — прошептал руководитель, отступая назад.
Ещё удар — и стекло разлетелось вдребезги. Тварь выпрыгнула в лабораторию. Следом за ней вырвались остальные две.
— Тревога! — заорал руководитель. — Активировать зачистку!
Старший лаборант дрожащей рукой ударил по большой красной кнопке. Из стен выдвинулись форсунки, выпуская струи артефакторного огня, смешанного с напалмом. Температура в экспериментальном секторе мгновенна подскочила до нескольких тысяч градусов.
Учёные, находящиеся в защищённой пультовой за вторым контуром остекления, в шоке наблюдали за происходящим.
— Сгорите, твари… Ну же, сгорите… — шептал лаборант.
Огонь ревел, пожирая всё на своём пути. Но когда пламя начало спадать, они увидели их. Твари стояли посреди выжженной комнаты. Их шкуры обуглились, плоть дымилась от копоти. Но белые костяные маски оставались нетронутыми. Было похоже, что кость впитала жар и стала только прочнее, как будто закалившись в этом огне.
Монстры повернули головы к пультовой. Пустые глазницы масок уставились на наблюдающих за ними людей.
— Охрана! Сюда! — завизжал в передатчик руководитель.
Когда в пультовую прибежали шестеро бойцов внутренней безопасности в тяжёлой броне, с плазменными резаками и штурмовыми винтовками, твари уже выбили стекло пультовой и бросились им навстречу.
Бойцы открыли огонь, но пули бесполезно отскакивали от костяных масок, а плазменные резаки оставляли только чёрные полосы.
  
Первый монстр одним ударом оторвал охраннику руку по самое плечо. Второй просто уронил бойца на пол и наступил ему на грудь, сплющив доспех вместе с ребрами.
— Бежим в бункер! — крикнул химеролог, толкая остолбеневших коллег.
Пять человек — руководитель, химеролог и трое лаборантов — успели добежать до герметичной двери спецхранилища. Они забежали внутрь и задраили люк, слыша, как снаружи раздаются предсмертные крики охраны.