В подземелье я пойду, там свой level подниму VIII (СИ)

— Ну а если серьезно, парни и девушки. Главное, будьте собой и не бойтесь. Не бойтесь делать то, что должны. То, чего желает ваше сердце. Тогда неважно, куда вы пойдете и что будете делать. Это будет та самая жизнь, которая стоит того, чтобы ее прожили. Есть миллионеры и миллиардеры, которые могут себе позволить делать что вздумается, и при этом они лишь человеческий мусор, ничтожества. А есть дворники, которые стоят всех этих богачей вместе взятых. Ум. Навыки. Сила. Все это неважно. Всему этому можно научиться. Но не «Сердцу». Сердце или, если угодно, Душа – это то, что делает вас теми, кто вы есть. Великие герои остаются таковыми, даже если потеряют всю помять и все навыки. Ничтожества останутся такими, дай ты им хоть весь мир на блюдечке. Самое важное, это то, что у вас в душе, — я показал на весь класс. — И чтобы эта самая «Душа» оставалась такой, какой она должна быть, не теряйте связи друг с другом. Ваша «связь» – это то, что должно у вас остаться даже через десять лет. Чтобы через десять лет вы могли увидеть своего школьного друга, с которым не общались с самого выпуска, и, подойдя к нему, пнуть его, дернуть за волосы или обнять. Чтобы вы чувствовали, что вы «одно», сколько бы времени ни прошло. И чтобы вы могли собраться все вместе, похитить накосячившего и закопать где-нибудь в лесу. И я серьезно. Конечно же, делать это надо на час, чтобы припугнуть и образумить. Если так не хотите, то можете все зубы выбить, если после этого вы оплатите лечение, но это не советую – услуги стоматологов нынче дорогие, — немного ушел я от темы. — В общем, дорогие мои ученики, я хочу вам всем сказать, что я был вам рад. Никогда не думал, что скажу это, но я горд, что являлся вашим учителем.
— У-а! — одна из девушек зарыдала, почему-то вызвав у меня удивленный взгляд. Ее примеру последовала и Хакерша, а за нею и остальные. — Сенсей, я не хочу вас покидать!
Когда девушки и даже некоторые парни начали вскакивать и бежать ко мне в слезах, я был слегка удивлен. И, хотя я никогда не признаюсь в этом, меня немного пробрало… пришлось сдержаться, чтобы не начать плакаться с ними.
— Эй, да чего вы?! — немного растерялся я. — До дня «хэ» осталась еще неделя. Уверяю, вы еще трижды успеете пожелать, чтобы я поскорее ушел из вашей жизни! — попытался я их хоть как-то успокоить. — Тем более, я ведь уже говорил вам. Шпион – мой наследник. Он будет вашим «решателем проблем» и ответственным за то, чтобы держать со всеми связь. Я даже обязал его каждые полгода устраивать собрания этого класса, — посмотрел я на Шпиона, на что тот неловко почесал затылок. — И не дай Бог, чтобы хоть один из вас туда не пришел! — угрожающе произнес я. — Я дал ему указ строго наказать человека, который пропустил два собрания подряд!
Реакция учеников оказалась куда более эмоциональной, чем я думал. Но я этому был только рад. Где-то глубоко внутри меня зародилось тепло. Думаю, быть учителем мне немного даже понравилось…
Теперь осталось последнее, что я должен сделать как учитель класса «F».
Мне на телефон пришло сообщение, подтверждающее, что все готово. Это был Шпион. Он был единственным, кто знал о том, что я собираюсь сделать. Тем не менее, раскрыл я ему правду только после того, как взял слово, что он не будет в этом участвовать. Пришлось раскрыть больше, чем надо, тем не менее, своего я добился.
— О, вижу у вас тут весело, — улыбаясь, зашла молодая женщина в соблазнительном платье. А вместе с ней еще две женщины. — Вижу, вас и вправду любят, Вальтер-Сенсей, — подмигнула математичка.
Эти три женщины… не знаю, как так получилось, что Доктор, Математичка и Спортсменка смогли вписаться в наш класс, но я довольно часто вижу, как они болтают именно с моими учениками.
— Хорошо, что вы здесь, — кивнул я им. — У меня как раз дела. Не могли бы вы присмотреть за моими учениками, пока меня нет? А то я их знаю – в прошлый раз они проникли на мой полигон и устроили соревнование по стрельбе…
Подземный полигон, о котором знают только мои собственные ученики и эта троица учителей. Думаю, было немного неправильно заказать такое помещение во время последнего ремонта корпуса. Но раз уж это класс, где растут мои ученики, им полезно знать, как использовать оружие. И иметь с собой пистолет, на всякий случай. Так что я и полигон создал, и полосу препятствий, и даже Арену для битв Эсперов и не только.
 
Да, думаю, я – безупречный учитель. Теперь главное сохранить все это подальше от чужих глаз. Но эту задачу я оставил на Шпиона – если он даже не сможет убедить директора записать наш корпус в утиль и запретить ученикам туда входить, то он не слишком компетентен, чтобы я оставлял на него класс.
— Да уж, и почему я не удивлена? — фыркнула Спортсменка, которая по совместительству раньше была лидером женской банды. — Думаю, ты единственный учитель, который может себе позволить нечто подобное…
— Ой, да ладно. Я самый крутой учитель, — хмыкнул я в ответ. — Но насчет дел я не врал. Мне нужно… подготовиться.
Махнув своим ученикам рукой, я поймал брошенную Шпионом флэшку и показал ему большой палец. Он немного постоял и отвел взгляд. Ему не нравилось то, что я задумал, но поделать с этим он ничего не мог.
Я извинюсь перед ним. Обязательно. Если к утру завтрашнего дня буду еще жив.
*
*
*
  
Глава 32
 
— Ты готова? — холодный волос вывел молодую девушку из своих раздумий.
— Да, мамочка…
Если бы кто-то из знакомых услышал этот голос, он бы никогда не узнал ее. Обычно переполненный энтузиазмом выкрик сейчас был сухим и хриплым. Нет, она не плакала ночи напролет, просто… просто она не могла вдохнуть жизнь в свои слова.
— Тогда идем.
Поднявшись, Ханзава Теруми послушалась приказа женщины и шаг за шагом приближалась к концу…
Проходящие мимо бросали на нее разные взгляды. Где-то мелькало сочувствие, а где-то безразличие. Кто-то жалел ее, другие же радовались. Она понимала как первых, так и вторых. И ни на кого не обижалась.
«Он сказал бы, что я должна сопротивляться…»
В голове сам собой всплыл образ. Наглая ухмылка, уверенный взгляд и насмешливый голос. Этот человек…
Ханзава Теруми многих людей за свою жизнь повидала: слабых и сильных. Богатых и бедных. Влиятельных и безымянных. Тем не менее, она даже представить не могла, что существуют такие люди – способные на что-то столь невероятное с такой беззаботной улыбкой.
Она рада, что встретила этого человека.
Рожденная как инструмент, она не могла надеяться на что-то большее. Теруми была рада, что смогла просто прожить в школе хоть немного. Это было очень великодушно со стороны Матери… 
Последние полгода того стоили. Они были самыми счастливыми в ее жизни.
Наверное, теперь она не боится.
«Простите, учитель. Электровеник не послушалась ваших наставлений…»
Вспомнив о своем прозвище, она улыбнулась, и как же иронично ей это всегда казалось.
Действительно, между Теруми и Электровениками действительно есть что-то общее…
— Ты готова? — посмотрели на нее холодные глаза.
Интересно, если бы она сказала правду, что-нибудь изменилось бы? Глупый вопрос.
— Да, — солгала она.
Как к такому вообще можно быть готовым?
— Идем.
Женщина взяла ее за руку и потащила через большую дверь. Теруми не сопротивлялась. Она не имела силы это сделать. И, как послушная кукла, последовала за той, кто даровал ей жизнь…
Перед ними собралось очень много людей. Очень, очень много. Впервые на своей памяти она оказалась перед столькими людьми. Тысячи? Нет, гораздо больше. Может, даже десятки тысяч. Все они собрались с ней под одной крышей и смотрели на нее. Хоть помещение было достаточно большим, чтобы получилось это легко, но Теруми чувствовала себя очень неуютно.
 
Она немного сжалась и опустила взгляд.
— Спасибо, что пришли сегодня, — улыбнувшись, женщина вышла вперед и с крайней уверенностью начала говорить. — Как вы все понимаете, сегодняшнюю конференцию я устроила, чтобы продемонстрировать вам кое-что особенное! — мать вывела свое творение вперед, и на этот раз она сделала все, что было в ее силах, чтобы остаться безразличной.