Тени прошлого

— Вот тебе на! Разве не ты у нас высококлассный профессионал?
— Ты знаешь, я не…
— Говори, черт возьми, все, что сочтешь нужным. У тебя, по-видимому, на все есть готовый ответ.
Тейлор замолчала.
— Вот она, реальность, — с горечью в голосе произнес Энтони, направляясь к двери. Уже взявшись за дверную ручку, он обернулся. Лицо его выражало тоску, гнев и такую грусть, что Тейлор уже не могла больше сдерживать слезы. — Увидимся на вручении «Оскаров».
И ушел.
Тейлор продолжала стоять, словно приклеенная к полу. Ей казалось, что последние силы покинули ее вместе с Энтони.
Что за невообразимая каша заварилась! И почему именно с Энтони? И почему именно она стала работать у Гаррисона Стоуна, как будто не было других претендентов? И подумать только, что всего лишь сутки назад у нее было все замечательно. Как быстро все меняется!
Постояв некоторое время в глубокой задумчивости, Тейлор почувствовала, что должна сесть. Подойдя к письменному столу и тяжело опустившись в принадлежащее некогда Эду Уилсону большое кожаное кресло, она осторожно развернула его так, чтобы можно было смотреть в окно.
В памяти у нее возникали картины: в такси, в первый вечер, когда они с Энтони ужинали вместе, его рука, державшая бокал с вином; вот Энтони разговаривает с Майклом и Тельмой; и, конечно, Энтони в ее постели, в прошлый уик-энд.
Она поняла, что отныне, кроме этих картин, у нее ничего не останется. Возможно, отныне и навсегда.
К тому времени, когда скандал уляжется, у Энтони уже будет новая кинозвездочка, а то и две, а она, Тейлор Синклер, останется в его воспоминаниях как женщина, предавшая его в тот час, когда он больше всего в ней нуждался. Он будет помнить, как во время этого ужасного расследования, когда все покинули его, Тейлор Синклер — его любовь, его опора, его женщина — выгнала его за дверь пинком под зад потому лишь, что боялась погубить свою карьеру.
Хорошенькая картина, ничего не скажешь. И Тейлор выглядела на ее фоне как расчетливая мерзавка. Снежная королева, какой ее все всегда и считали. И, очевидно, были правы.
Тейлор не хотелось говорить сейчас о делах с кинокомпанией «Монарх». Она позвонила Лорэн и отпустила ее домой. Потом еще просидела добрых полчаса в одиночестве, терзаясь угрызениями совести; она даже плакать не могла, настолько была зла на себя.
Мысль об Энтони, в полном одиночестве возвратившемся в гостиничный номер, чтобы уложить чемоданы и заказать билет на рейс до Лос-Анджелеса, заставила ее сердце сжаться от горя. Зная, что ему придется одному справляться со своей бедой и никого не будет рядом и что если бы она попала в беду, он бы ее непременно поддержал, Тейлор почувствовала себя совсем мерзко.
Пора было идти домой и снова включаться в привычный распорядок жизни, как будто Энтони Франко никогда и не существовал. Но ей ничего другого не оставалось. Придется просто заставить себя вычеркнуть все из памяти.
Войдя в квартиру, она увидела Картера, сидящего вместе с Майклом на полу в гостиной. Она услышала его голос — они с сыном о чем-то дружески болтали. Тельма с грохотом переставляла на кухне кастрюли и сковородки, всем своим видом демонстрируя крайнее неудовольствие в связи с присутствием Картера.
Взглянув на Тейлор, она неприязненно мотнула головой в сторону гостиной. Взгляд ее был весьма красноречив: таракан, мол, уже прячется под кухонной раковиной. Тейлор устало кивнула в ответ и повесила пальто на вешалку.
Сцена, представшая ее взору, когда она вошла в гостиную, была такой естественной и вместе с тем такой противоестественной, что она чуть было не отшатнулась.
Картер сидел на полу, прислонившись спиной к дивану. Майкл лежал на диване, обняв отца рукой за плечи.
С телеэкрана раздался взрыв смеха, и Майкл тоже захихикал.
— И что тут смешного? — спросил Картер.
— Ничего, — ответил Майкл. — Это как зевота. Увидишь, что кто-нибудь зевает, и самому захочется зевнуть. Трудно удержаться.
Картер одобрительно улыбнулся и, обернувшись, взъерошил Майклу волосы.
— Умница, — сказал он и, повернув голову, взглянул на Тейлор. — Умный парнишка, — кивнул он в сторону Майкла. — Умный сын, красивая жена — чего еще может желать мужчина?
 
— Привет, мама, — помахал рукой Майкл, избавив Тейлор от необходимости отвечать Картеру. — Мы тут планируем праздник на День благодарения. Он приходится на четверг.
«Боже мой, — подумала Тейлор, — уже?»
— Мы решили приготовить индейку, — продолжал Майкл, — но хотели бы прежде узнать твое мнение.
— С индейкой слишком много возни, — покачала головой Тейлор. — К ней пришлось бы готовить множество других блюд. Я хочу сказать, что сама индейка — это не главная проблема. Сам подумай, к ней нужен и сладкий картофель, и соус. Вы сможете со всем этим справиться?
Картер указал на внушительную гору книг, возвышающуюся над диваном.
— Мы тут накупили массу кулинарных справочников.
— Читать мы умеем, — заметил Майкл. — Так что в чем проблема?
Тейлор со стоном опустилась в кресло. В День благодарения они с Майклом обычно гостили у друзей или ходили куда-нибудь поужинать.
— Мне кажется, это слишком хлопотно.
— А что, Тельмы разве не будет? — удивился Картер. Глаза его прищурились, когда он произнес ее имя. До него, наверное, дошло, что Тельма не относится к числу его почитательниц. Когда Тейлор подтвердила, что ее не будет, он, казалось, даже обрадовался.
— Ах, какая жалость! — сказал он, широко улыбнувшись. — Ну что ж, возможно, ты и права. Может быть, в этом году мы куда-нибудь сходим поужинать. Но уж в следующем году устроим на День благодарения грандиозный обед на ранчо.
— Здорово! — подхватил Майкл. — И пригласим много гостей, хорошо?
— Решено, — ответил Картер и улыбнулся Тейлор фальшивой улыбкой. Он думал, что она ничего не заметит, но Тейлор слишком хорошо его знала. И улыбнулась в ответ такой же фальшивой улыбкой, подумав при этом: «Интересно, знает ли Картер разницу между искренней улыбкой и неискренней? По всей вероятности, нет».
— Послушай, сынок, — сказал Картер, поднимаясь с полу. — Мне пора уходить. Тебе надо делать уроки, мама твоя устала на работе, а мне должны кое-что доставить из магазина.
При упоминании об уроках Майкл скорчил недовольную гримасу, а Тейлор едва удалось подавить вздох облегчения. Ей уже показалось, что Картер намерен напроситься на ужин. Люди из ее окружения оставались ужинать только в том случае, если их приглашали. Но Картер умел вытянуть приглашение из кого угодно. В случае с Тейлор он использовал для этого Майкла. «Но это не имеет значения, — думала она. — У него есть график посещений, и мне нужно только набраться терпения». Она слишком хорошо знала этого человека. Очень скоро ему наскучит играть в эту игру, и он исчезнет с ее горизонта. Для себя она решила просто избегать, насколько это возможно, общения с ним и ждать, когда ему все это надоест и он уедет к себе в Техас. Тейлор очень надеялась, что все рассчитала правильно.
Картер на прощание поцеловал Майкла в макушку и натянул сапоги. «Красивый мужчина», — подумала Тейлор. Даже она не могла не признать этого. Но она-то видела его насквозь.
Закрыв за ним дверь, Тейлор с трудом поборола в себе желание тотчас же отправиться в постель. Если бы не Майкл, она бы сейчас предпочла остаться в одиночестве и предаться своему отчаянию. Но она не могла этого сделать. Надо заставить себя вернуться в гостиную и подождать ужина. Она заглянула на кухню.
— Как тебе удалось от него отделаться? — поинтересовалась Тельма.
— Это не моя заслуга, — сказала Тейлор, грустно улыбнувшись. — Он сам от себя отделался.
— Временно, — фыркнула Тельма. — Попомни мои слова. Вот вернешься однажды вечером домой, а он уже угнездился за холодильником. Как жаль, что не выпускают аэрозолей против таких вот мужиков!
Тейлор усмехнулась.
— Интересно, как бы называлось такое средство?
— Да как угодно! Лишь бы действовало. Ужин будет готов минут через десять, — сообщила Тельма. — А теперь уходи отсюда и не мешай. Ты занимаешь слишком много места.