Никак иначе (СИ)

Они оба замерли, когда Кирилл полностью погрузился в меня.
— Всё хорошо, зеленоглазая, — сипел Кир, поглаживая мои скулы, — открой глазки.
Я оказывается, зажмурилась. Распахнула глаза, выделяя в темноте номера его бледное напряженное лицо, в тёмных вихрах волос.
— Тебе больно? — спросил он.
Отрицательно мотнула головой.
— Страшно, — шепнула в ответ, — меня словно разорвёт сейчас.
— Не бойся, — сзади, по спине пробежали пальцы Саши, ладони огладили изогнутую талию, — доверься.
И я доверилась. Прыгнула в эту неизведанную пропасть.
Они задвигались одновременно, медленно и тягуче, рыча в унисон. И я ухнула в самую черную глубину этой пропасти, Потому что это было безумие, не поддающееся осмыслению. Меня накрыло такой мозгодробительной разрядкой. Я кричала так громко, сжимаясь всеми своими мышцами на них, что утащила их следом практически сразу. Забирая в этот грешный рай, который мы открыли для себя.
  
18
 
— Кирилл, ты издеваешься? — протянула я в трубку. — Я целый обед наготовила! Куда теперь это всё девать?
— Не еби мне мозг, зеленоглазая, — рявкнул в ответ он. — Я ни хрена не успеваю. У меня времени вообще нет.
— Ты обещал, — последний мой аргумент.
— Света, ну чё ты начинаешь?! Ты же видишь, во сколько я прихожу. Нет, у меня времени мотаться на обед за город. Аня мне здесь ланч закажет, у меня через полчаса встреча.
— Аня, — передразнила я, заглядывая в духовой шкаф, где томился яблочный пирог.
— Заканчивай, зеленоглазая, — раздражение в голосе Кирилла росло, он явно не привык слушать нотации.
— Солянку, голубцы, и яблочный пирог, я скормлю охране, а ты можешь ещё и поужинать со своей Аней, — обиделась я, хотела ещё и трубку бросить, но инстинкт самосохранения работал, поэтому ограничилась сопением.
А ещё, я отчасти понимала его, и действительно видела, что он возвращался очень поздно, уставший и злой, падал рядом на кровать, и моментально засыпал. И уже третий день так. Саша уехал в командировку, и Кирилл впахивал на работе за двоих. Нет, у меня тоже было мало свободного времени. Новый проект, и параллельно учёба, но сегодня у меня образовался неожиданный выходной, и я уговорила Кирилла приехать хотя бы на обед домой. Встала с утра, купила продуктов, наготовила все его любимые блюда, принарядилась, рассчитывая на тёплую встречу, а он…
— Света… — уже откровенно рычал Кир.
— А ещё, можешь не торопиться. Я поеду в гости к тёте Оле, и может там, и останусь, всё равно ты не о чём не думаешь, кроме своего тендера.
— Езжай, только с возвратом. Всё лучше, чем ты будешь околачиваться со своей гулящей подружкой.
— Ирка не гулящая, — вскипела я тут же.
Вот же гад какой!
— Ага, — хмыкнул в трубку, и отключился, видимо я его совсем достала.
Я со злостью посмотрела на трубку в руке, словно это было лицо Кирилла, с его проникающими в душу серыми глазами. Это просто невозможный, непробиваемый мужик. Теперь, когда я прожила с ним одним, три дня, я осознала это ещё больше. Всё же Саша гасил его упрямый нрав, и сглаживал все шероховатости между нами. Я порой недоумевала, насколько они дополняют друг-друга. И как видна разница между ними, когда они по отдельности. И вообще, как по мне, то, как раз Кириллу, и надо было быть начбезом, а Саше генеральным, в их компании.
Как и планировала, накормила всё смену охраны, состоящей, из шести крепких парней. Уговаривать, правда, пришлось их долго. Они же не понаслышке знают крутой нрав Кирилла, и понимают моё положение в этом доме, не слепые, и не глухие. Но никаких косых взглядов с их стороны, только беспокойство. Видимо посчитали это моей блажью. Но мне, честно говоря, было жаль продуктов, и моего времени. Поэтому накрыв стол, я усадила всех мужчин, убедилась, что все едят, предупредила, что посуду мыть придётся им самим, и отчалила наверх собираться в гости к тётушке, которую забросила, за занятостью на работе, и двойной нагрузкой в личной жизни.
Уже в машине, по дороге к тёте, меня застал звонок от Саши. Он тоже меня не особо баловал вниманием, ссылаясь на ту же занятость.
 
— Значит, упорхнула из дома? — Саша как всегда усмехался, прослушав, не перебивая мои жалобы, на его друга. — Только не доводи до греха, конфетка. Погуляешь и возвращайся. Меня рядом нет, а Кир сперва делает, потом думает.
— Беспокоишься? — я тоже заулыбалась, разглядывая городские улицы за окном.
Сентябрь наступил только номинально, погода всё ещё была теплая, по-летнему. Солнце ярко бликовало в витринах магазинов, и запах горячего асфальта, и нагретой земли, просачивались сквозь открытое окошко, влетая вместе с тёплым ветерком.
— Да мне твоя синяя задница, до сих пор сниться, — продолжал веселиться Саша.
— Да уж… — я поёрзала на сидении, и поймала в зеркале взгляд Сергея. Он глянул мельком, и наверняка, только потому, что, я несвойственно подвигалась, и не слышал ничего. Но продолжать разговор о моей заднице мне перехотелось, ведь, как и в случае с охраной, Сергей тоже не был лишён наблюдательности, и пусть от него я тоже не видела никаких намёков, ни делом, ни взглядом, но меня смущало моё положение.
— Ладно, Саш, я всё поняла, — смерилась я.
— Вот и умничка, — заурчал его голос. — Веди себя хорошо!
Я закатила глаза. Можно подумать? Один раз гульнула, теперь всю жизнь будут припоминать. И уже готова была попрощаться, как на «том конце провода», мне выдали:
— Я скучаю, конфетка! — сказал Саша, и голос его просел до интимного хрипа, царапнул по самым моим потаённым струнам души. Мне в раз перехотелось капризничать, и качать права. И я вдруг поняла, что тоже скучаю, не смотря, что со мной рядом есть непрошибаемый Кир.
— Я тоже, — мурлыкнула в трубку. — Возвращайся быстрее.
— Я постараюсь, — уже своим привычным, чуть насмешливым, голосом заговорил Саша.
Мы распрощались, а меня ещё долго грели отзвуки его слов, засевшие в его голове.
Но обдумывать, наши отношения, моё положение в них, взгляд общества на них, нельзя было. И я порой долго погрязала в раздумьях.
Куда мы идём?
Что впереди?
И всё ли это настолько скоротечно, как мне казалось в самом начале, когда всё это казалось просто экспериментом.
Но пошёл уже второй месяц. И вот я ворчу на Кирилла, за то, что того не бывает дома. И скучаю по Саше. И всё дальше нас затягивает эта совместная жизнь. А может это только мне так кажется. И для моих мужчин всё это не так серьёзно. И мне, наверное, тоже не стоит пускать их глубоко в себя. Но я не могла. Каждый их них находил место в моём сердце. Каждый привносил что-то в мою жизнь. И оставлял свой отпечаток. И как и обычно, я отметала все эти мысли о том, что будет дальше, потому что не находила ответа, на этот вопрос, и оставляла всё на самотёк, живя сегодняшним днём.
Я набрала Кирилла, уже ближе к часам девяти, когда мы с тётей Олей, уже обсудили все темы, и попили раз десять чай, и я засобиралась домой.
— Да, зеленоглазая, — ответил он после пятого гудка, когда я уже собиралась бросить трубку. На заднем плане слышна была музыка, голоса, что говорило о том, что он не дома.
— Ты ещё не дома? — скорее утвердила я, чем спросила.
— Пока, нет, — ответил он, — пришлось, заскочит в клуб. А ты уже дома?
— Нет, — вздохнула разочарованно я, — собираюсь.
— Давай, я скоро, — и Кир отключился.
Я вроде уже привыкла к его манере вести переговоры, чётко и по существу. Редко со мной он снисходил до уговоров, и ещё реже до нежностей. Скорее это были пошлости. Но даже они были милее, чем его короткие, и безразличные фразы.
Я одёргивала себя. Внушала себе, что так лучше. Так я чувствую границы, за которые не стоит нам заходить. У нас нет будущего. Но каждый раз его хлёсткость била в цель. Больно.
Уже дома, лёжа в постели после тёплой ванны и бокала вина, я всё никак не могла уснуть. Наверное, я ждала его, и конечно ревновала. Но как донести это до Кира, и не быть высмеянной? Быть не расстрелянной его холодными глазами, и злыми ухмылками. С ним мне опять хочется идти наперекор. Устроить скандал. Вызвать в нём эмоции. Пусть не совсем правильные, и губительные для меня, но всё же хоть что-то.