Метатель. Книга 6 (СИ)

С одной стороны простиралось море песка — волны дюн уходили к горизонту, словно застывший океан. С другой — реальное море, его тёмные воды тихо плескались у берега, отражая лунный свет.
— Романтика, — усмехнулась Кира, всё ещё держа меня за руку.
Виктор молча осматривал горизонт, явно прикидывая наши дальнейшие действия. Но я видел, как постепенно уходит напряжение из его плеч — здесь, вдали от погони, от интриг и опасностей, даже он позволил себе немного расслабиться.
  
Ночной воздух пустыни был удивительно чистым и свежим. После напряжённого боя, после всех этих прыжков и маневров, после постоянного ожидания атаки — это место казалось почти нереальным. Словно мы перенеслись не просто в другую точку пространства, а в совершенно другой мир.
Лунный свет, шелест волн, прохладный бриз с моря — всё это создавало атмосферу спокойствия и умиротворения. Хотя мы все понимали — это лишь короткая передышка. Впереди нас ждут новые испытания, новые опасности.
Но сейчас, в этот момент, мы могли позволить себе просто стоять и смотреть на звёзды, рассыпанные по чёрному бархату неба. Потому что иногда даже в самой напряжённой борьбе нужно находить время для таких моментов. Моментов тишины, покоя и… да, пожалуй, романтики.
  
Глава 18
 
Усталость навалилась внезапно — день действительно выдался не из лёгких. Но прежде чем позволить себе отдых, следовало убедиться в безопасности места.
Я погрузился в видение, начав методичное сканирование местности. Короткими прыжками телепорта я обследовал территорию во всех направлениях, расширяя круг наблюдения. Два километра на север — только песчаные барханы, медленно перестраивающиеся под действием ночного ветра. Никаких следов присутствия живых существ.
Прыжок на восток — здесь пустыня постепенно переходила в каменистую равнину. Несколько валунов, похожих на спящих гигантов, но никаких признаков опасности. Западное направление привело к берегу моря — волны мерно накатывали на песок, создавая успокаивающий ритмичный шум.
Южное направление оказалось самым однообразным — бесконечные дюны, одна за другой, уходящие к горизонту. Изредка попадались засохшие кусты, но ничего, что могло бы вызвать беспокойство.
Убедившись в безопасности периметра, я вернулся из ведения на месте стоянки. Здесь, в небольшой низине между дюнами, мы были относительно защищены от ветра. Но песок — не самая надёжная основа для лагеря.
Активировав фортификатор, я начал работать с ним. Это было похоже на создание своеобразного фундамента — песчинки уплотнялись, спекались между собой, образуя твёрдую корку. Постепенно поверхность становилась всё более прочной, приобретая структуру, похожую на песчаник.
Углубив и укрепив площадку достаточно, чтобы она могла выдержать наш вес, я занялся установкой палатки. Материал, извлечённый из инвентаря, развернулся, принимая знакомую форму. Несколько минут работы — и наше временное убежище было готово.
Виктор, наблюдавший за моими приготовлениями, тактично установил свою палатку рядом — достаточно близко, чтобы в случае опасности быстро прийти на помощь, но достаточно далеко, чтобы обеспечить нам с Кирой некоторое уединение.
— На счёт дежурства не беспокойтесь, — произнёс он, поправляя шнуровку на палатке. — Моё видение секунд за десять предупредит в случае опасности.
Он повернулся ко мне:
— Кстати, тебе тоже нужно так научиться делать.
В его голосе слышалась усталость, но и что-то ещё — словно он уже планировал следующий этап нашего обучения, несмотря на все события этого сумасшедшего дня.
Кира уже забралась в палатку, раскладывая спальники. Её движения были неторопливыми, размеренными — она тоже чувствовала усталость, но не позволяла ей взять верх, пока все приготовления не будут закончены.
Ночной воздух пустыни быстро остывал. После дневного зноя это было даже приятно, но я знал — к утру станет по-настоящему холодно. Впрочем, наше снаряжение было рассчитано на такие перепады температур.
Последний взгляд на горизонт — всё спокойно. Луна поднялась уже высоко, заливая пустыню призрачным светом. В этом освещении дюны казались волнами застывшего серебра. Красиво, но немного тревожно — словно сам пейзаж напоминал о том, что мы находимся в чужом, неизведанном мире.
Забравшись в палатку, я улёгся рядом с Кирой. Она уже почти спала, но всё же нашла в себе силы придвинуться ближе, устраиваясь удобнее. Её тепло рядом действовало успокаивающе — после всех событий дня это напоминало о том, что мы всё ещё живы, всё ещё вместе.
Снаружи доносился тихий шум прибоя — размеренный, убаюкивающий. Ветер иногда задевал ткань палатки, создавая лёгкий шелест. Где-то вдалеке — настолько далеко, что звук едва различим — раздавался крик какой-то ночной птицы.
Усталость брала своё. События дня проносились в сознании, постепенно теряя чёткость — бой с разрушителями, погоня, телепорт через море или океан… Всё это казалось уже почти нереальным, словно случилось не с нами или было давным-давно.
Последней связной мыслью было то, что нужно будет обязательно расспросить Виктора о том способе видения, о котором он упомянул. Но это завтра. Всё завтра. А сейчас — только тёплое присутствие Киры рядом, шум прибоя вдалеке и наконец-то наступающий сон…
Сознание возвращалось медленно, выплывая из глубин сна, притянутое каким-то невероятным ароматом. Запах свежесваренного кофе, густой и насыщенный, казался почти нереальным здесь, посреди пустыни.
Первые несколько секунд я никак не мог сориентироваться — сознание отказывалось соединять этот божественный аромат с реальностью вокруг. Где я? Что происходит? Тут на моём плече зашевелилась Кира, и реальность начала обретать чёткость.
Открыв глаза, я уткнулся взглядом в тент палатки, через который уже пробивался утренний свет. А запах кофе… Ну конечно — Виктор. Кто же ещё мог устроить такое изысканное пробуждение посреди пустыни?
Кира тоже открыла глаза, её взгляд был всё ещё затуманен сном:
— Ты тоже чувствуешь этот запах?
— Да, солнце, — я улыбнулся, наблюдая, как она принюхивается, словно котёнок. — Похоже, Виктор — ранняя птица и решил разбудить нас таким вот экстравагантным способом.
— Мм… — она потянулась, окончательно просыпаясь. — Очень эффективный способ, надо признать.
— Пошли уже кофе будем выпрашивать, — я начал выбираться из спальника. — А то мне кажется, или запах становится всё более соблазнительным?
Выбравшись из палатки, мы обнаружили Виктора у небольшого костра. Рядом с ним располагалось какое-то хитрое приспособление, похожее на походную кофеварку, из которой и исходил этот умопомрачительный аромат.
Утреннее солнце ещё не успело как следует прогреть воздух, и с моря дул свежий бриз. Волны мерно накатывали на берег, создавая почти медитативный ритм. Эта картина в сочетании с запахом кофе создавала удивительно умиротворяющую атмосферу.
— Доброе утро, — поприветствовал нас Виктор, разливая напиток по кружкам. — Надеюсь, не слишком рано разбудил?
— После такого кофе тебе всё простится, — улыбнулась Кира, принимая свою порцию.
Мы устроились на укреплённом фортификатором песке, наслаждаясь напитком и видом на море. Какое-то время просто сидели молча, позволяя кофе и утреннему солнцу окончательно прогнать остатки сна.
— Нужно обсудить дальнейшие планы, — наконец произнёс Виктор, отставляя пустую кружку.
— Думаешь, сейчас подходящее время для новой атаки? — спросил я, хотя уже догадывался об ответе.
— Прямо сейчас напасть на Главного не получится, — покачал головой Виктор. — Он сейчас от каждого шороха будет шарахаться. После вчерашнего… — он усмехнулся, — его паранойя достигнет новых высот.
— Но и выжидать слишком долго — тоже не вариант, — задумчиво произнесла Кира.
— Именно, — кивнул Виктор. — Поэтому у меня есть предложение: можно пока суть да дело сгонять в мой дом — кое-что оттуда взять.
Я глянул на таймер КД для прыжков между параллельностями — ещё два часа до возможности перемещения. Виктор, заметив мой жест, кивнул: