1000 и 1 жизнь 7 (СИ)

— Долго ли он проживет на искусственном? — спросил он.
— Десятилетия, — бросил Сергей, не прекращая работы.
С него бы тоже ручьем лил пот, если бы он не озаботился заранее. Трубки просто давали нужную магическую проводимость и были сделана из сплава, не отторгаемого организмом, но сами по себе никакой магии не несли и потому не могли быстро «разрядиться», не требовали подпитки. Впрочем, Одноглазый (на основе работы с артефактами-конечностями которого Сергей и пришел к идее трубок) был прав, и Сергей финальным жестом добавил в трубки заклинание медленного преобразования.
Через год на их месте остались бы только нормальные магические каналы и ткани тела.
— Поверить не могу, — покачал головой Грег, разумеется, уловивший все искусственным глазом.
— И не надо, — устало отозвался Сергей, отступая от стола и встряхивая руками. — Все еще сотню раз может пойти не так.
Короткая операция, минуты, но словно прошел два или три жестоких боя. В то же время Сергей испытывал горделивую радость — сумел, справился. В одиночку! Да еще и обзавелся отличным образцом проклятия на силе крови Священного Рода, будет чем порадовать Нинон.
А то и вовсе отвезти голема в БАМ, к старушке Портер, чем не предлог для посещения?
— Отец? — сын коменданта пришел в себя, но подняться не смог, только повернул голову. — Кто вы? Что вы сделали с моим отцом?
Сергей повел рукой, освобождая его от пут, и присел в сторонке, ощущая желание закрыть глаза и закурить, а то и махнуть стаканчик чего-нибудь алкогольного. Будь здесь жены, особенно Меган, так еще и занюхали бы чего-нибудь взбадривающего, но Сергей обошелся бутылкой воды.
Сын кинулся к отцу, упал, разумеется.
— Не покалечится? — спросил с сомнением Одноглазый. — Ему вообще можно вставать?
— Можно, можно, — проворчал Сергей, — все равно не угомонились бы.
Комендант очнулся, последовала масса криков и объятий, потом попыток упасть и облобызать руки и ноги Сергею, от чего он решительно отказался. Комендант все равно упал на колени, вознося хвалу Матери и кому-то там еще, затем затараторил клятву верности.
— Отец! Что ты делаешь? — закричал сын.
Комендант почти влепил ему затрещину, но опомнился, и ограничился словесным рыком, смысл которого сводился к тому, что сын свинья неблагодарная и тоже должен поклясться в верности тому, кто его вылечил. Сергею эти клятвы, в сущности, не требовались, просто небольшая страховка на всякий случай.
— Что⁈ Этого не может быть! Семь лет⁈ А как же моя Розита⁈ — снова закричал сын.
— Никаких воспоминаний, типичный случай при проклятии, — авторитетно заметил Грег, — может, оно и к лучшему, редко кого излечивают полностью.
— Семь лет, сынок, семь лет! — по лицу коменданта катились слезы и Сергею вдруг стало неловко.
Комендант развернулся к нему и снова затараторил.
— Чего это он? — нахмурился Грег.
— Старая невеста давно замуж вышла, спрашивает, можно ли взять дочку губернатора в жены сыну, — объяснил Сергей и тут же махнул рукой. — Да, да, бери, не жалко.
Раз воспоминания пропали, то последнее, что помнил сын, как он сражался за империю и потом боролся с болезнью. Неудивительно, что он раскричался об измене, подумал устало Сергей, вдруг сообразивший, что ему сейчас еще и губернатора убивать, а потом Хранителю источника рога обламывать.
Заниматься этим Сергею совершенно не хотелось.
— Как вы только без меня справлялись с источниками, — проворчал он.
— Как и ты, только толпой, — сообщил Грег. — Навалились, оглушили, сели в осаду, пока источник не ослабнет и защиты не спадут.
— Защиты, — задумался Сергей и повернулся к коменданту. — А что, губернатор, дорожит своей семьей?
— Дорожит, — закивал тот, — только они все во дворце, а тот…
— Внутри источника, знаю, — перебил его Сергей. — Дворец в ларце, а тот в яйце и внутри все на игле.
Одноглазый посмотрел подозрительно и недоуменно, а Сергей дал себе самому по губам мысленно. Усталость сказывалась, стоило последить за языком, особенно в присутствии Одноглазого.
 
— Вызывай губернатора и подготовь место для моих Псов, — приказал он коменданту.
— Кому?
— Тьфу ты, проговорился, да и плевать, — сплюнул Сергей. — Давайте уже закончим с этой историей.
  
Глава 17
 
17 апреля 1993 года, источник Лонгхэдов
Сергей помассировал переносицу и еще раз перечитал заголовок в «Британских новостях» от вчерашнего числа. «Герхард Хофманн пообещал найти и наказать тех, кто покушался на императора Германии».
— Найдет и накажет, — уверенно заявил Честер Филипс.
Вокруг суетились магические слуги, за стенами зала, где собрались главы Родов, продолжались работы над особняком Лонгхэдов. Инков все же отбросили и Галатея с Джимом, делившие постель и положение главы Рода, приняли решение строиться и окапываться, и закладывать поля и плантации разных растений и деревьев. От Лонгхэдов здесь присутствовал Джим, который больше молчал и старался не таращиться на Белинду Лагранж, даже тут распространявшую ауру сексуальности и страсти.
Волны страсти, если делать поправку на силу крови Лагранжей.
— Или не найдет, — немного меланхолично заметил Сергей, — если в деле замешан Союз Единения.
— Насколько мне известно, следы ведут в Британию, — отозвался Лукас Малькольм.
Он что-то съел для вида и теперь крутил в руках бокал с вином, остальные же поглощали «еду Лонгхэдов».
— Ложный след — первое дело в таких случаях, — авторитетно заявил Нейтан Вульф.
Глава рода и «почти родственник», раз уже сговорились, Нейтан даже обличьем своим смахивал на волка, бакенбарды и грива жестких волос, могучее тело хищника, готового прыгнуть и вцепиться в горло жертве. Сергей бросал на него взгляды, но вяло, в голове его шумели прошлые четверо суток, уговоров, обещаний, взлома мозгов, ударов по фортам и мелким источникам, переговоров и подъема арауканов, воздействий магией на массы. Он что-то ел и пил там, решал вопросы на лету, кого-то трахал, пусть и без брака, выступал перед волшебными существами, кому-то показывал, кто тут самый сильный и все это сливалось в одну полосу «поднятия мятежа на юге».
— Герхард не уступает Гамильтону и нашему дорогому Гарольду, — сказал Честер Филипс, — и разберется.
— Пусть разбирается, если это его удержит вдали от нашей небольшой войны, иначе вместо прибылей выйдут одни лишь убытки, — ответил Лукас Малькольм со сдержанной улыбкой.
Нашей, подумал Сергей, переводя на него взгляд. Приятно, конечно, что главы верны союзу, но воевала в основном британская армия, и уж дедуля Фейн точно не упустил бы своего после победы.
— Погоня за прибылью приведет к поражению в войне, — нахмурился Сергей. — В армии нет нормального оружия, лишний раз маботы и технику в поле не выпустят, ведь ремонт так дорог, особенно здесь, вдали от Британии. Священные Рода думают об интересах Родов и прибыли, а только потом о победе.
— Верно! — Нейтан не стал бить кулаком по столу, но голос повысил. — Рано делить шкуру неубитого инка!
— Об этом, Гарольд, надо говорить с императором Фейном, причем именно вам, — прозвучал голос Белинды Лагранж, — а мы поддержим.
Чтобы если что все шишки достались мне, подумал Сергей беззлобно. Поговорить! Поговорил уже разок, примчался в Лондон, сверкая пятками, нарвался на выговор. Как тут разговаривать, если победы над инками пока не случилось и вряд ли случится, если к их силам добавятся поставки от врагов Британии и противодействие в тылу со стороны Священных Родов «обеспокоенных» его усилением.
— Поговорю, — кивнул Сергей, — но позже.
— Ходят слухи, — якобы небрежно заметил Лукас Малькольм, поправляя белокурые волосы, — что вы захватили казну инков, Гарольд?
— Захватил и деньги эти будут потрачены на войну против них же, подкупы, взятки и оплату союзникам, как это уже случилось на юге. Белинда, я ожидаю удара во фланг и тыл силам инков, которые уже готовятся там обрушиться на мятежников.