Изломанная душа (ЛП)

ИЗЛОМАННАЯ ДУША
ПРОКЛЯТОЕ НАСЛЕДИЕ
КНИГА 3
МОРГАН БИ ЛИ
Над книгой работали:
Karina
Katana
Предупреждение о содержимом:
• Смерть (на странице)
• Смерть главного персонажа (не переживайте, она не окончательная)
  
• Наркотики
• Женское доминирование / свитч
• Групповые сексуальные сцены (без M/M)
• Графическое насилие
• Потеря близкого человека (в прошлом)
• Упоминания насилия в детстве
• ПТСР
• Сомнофилия (с заранее данным согласием)
• Сталкинг (МГГ преследует ЖГГ)
• Ненормативная лексика
• Пытки (на странице)
ПОЗНАКОМЬСЯ С БОГАМИ
Арати — Королева Богиня
Богиня страсти, любви, гнева, войны, мести и огня. Произносится — Ара-ти
Гален — Богиня Знаний
Богиня жизни, исцеления, пророчества, искусства и истории. Произносится как — Га-лен
Коа — Бог Мудрости
Бог земли, богатства, магии, правды и лжи, знаний, растений и плодородия. Произносится — Ко-а
Раан — Бог Безмятежности
Бог воды, лунного света, мира, штормов, изобретений, открытий и океанов. Произносится как — Ран
Синтич — Богиня Жнец
Богиня духов, судьбы, души, времени, снов, тьмы, и смерти. Произносится как — Син-тич
Фели — Бог Веселья
Бог воздуха, неба, легкомыслия, надежды, света, смеха, перемен и второго шанса. Произносится — Фе-ли
Сахар — Бог Судья
Не считается частью пантеона. Вечный судья душ, пожинаемых его сестрой-близнецом Синтич, когда она переносит их в Запределье. Произносится — Са-хар
ПРОЛОГ
Мэйвен
Три года назад
Я втыкаю Пирса в набедренный ремень, пока Лилиан заворачивает еще одну буханку овсяного хлеба. Как обычно, я не в настроении болтать, но я могу сказать, что она нервничает, потому что не может перестать говорить.
— … именно так, конечно, поступают фейри, — продолжает она, кладя буханку хлеба в сумку, который сделала из обрезков старой одежды.
Передо мной проплывает прозрачное гуманоидное пятно, машущее тонкой рукой, чтобы привлечь мое внимание. Я точно знаю, кто это. Она следит за мной уже семь лет, с тех самых пор, как произошел тот инцидент.
Я никак не реагирую, так как мой опекун беспокоится всякий раз, когда я общаюсь с призраками.
Лилиан принимается за последнюю буханку, сдувая с лица прядь светлых вьющихся волос. — А помнишь, я рассказывала тебе о фильмах-ромкомах? Они были мои любимые, но Эдгар не был их поклонником. Я думаю, это из-за того, как он был воспитан, поскольку большинство семей фейри очень прагматичны. Они очень много работали, чтобы поддерживать свою собственную культуру. Эдгар любил говорить, что его семья была единственной, кто помнил, как правильно готовить настоящую медовуху фейри…
О-о-о. Если она болтает о своем бывшем муже из своей давней жизни в мире людей, она встревожена больше, чем я предполагала.
Она кладет смятый кусок пергамента, покрытый рунами фейри и английскими записями, в мешок и завязывает его. Я обхожу призрака, чтобы принять это от нее, перекидывая сумку через плечо.
— Перестань волноваться. Со мной все будет в порядке.
Моя сиделка смотрит на меня нежными, обеспокоенными голубыми глазами и вздыхает. — Я знаю, что, сказав это, ты почувствуешь себя неловко, но это действительно милая и добрая вещь, которую ты делаешь. Это показывает, что тебе небезразлично гораздо больше, чем ты когда-либо охотно признала бы.
Я, милая и добрая? — Вряд ли.
— О, правда? Тогда почему ты снова рискуешь своей жизнью ради них?
— Я не могу рисковать тем, чего у меня нет, — замечаю я.
Лилиан протестует, что ей не нравится, когда я так говорю, прежде чем покачать головой. — Я просто не думаю, что сегодня лучшая ночь для еще одного захода. У тебя был долгий, ужасный день, маленький ворон. Я была вынуждена стать свидетелем большей части этого, так что даже не пытайся притворяться, что это не так.
Мой день был таким же, как и все остальные с тех пор, как Амадей вырвал мне сердце два с половиной года назад: я тренировалась до тех пор, пока буквально не падала замертво.
Однако Лилиан права в том, что сегодняшний день немного изменился с тех пор, как некроманты привязали меня в своей лаборатории для дополнительной — усиленной тренировки. Дагон, главный некромант, разрезал мне кожу, испытывая, как капает кислота на оголённые вены — по одной капле за каждое прикосновение его кожи к моей.
Даже я должна с неохотой признать, что этот метод пыток был гротескно художественным. Я уже давно так сильно не кричала.
Это почти вызывало ностальгию.
Но некроманты потом исцелили меня, как они всегда это делают, без малейшего намека на шрамы. Так что я в порядке — не нужно тратить время, позволяя Лилиан нянчиться со мной. Кроме того, мне нужна эта информация как можно скорее. Амадей размышлял о своей мести больше, чем обычно, и в данный момент он очень зол.
Это только вопрос времени, когда меня наконец отправят в мир смертных.
Я выглядываю в окно без стекол и ставней изолированной лачуги, которая всегда была моей, расположенной на окраине королевства Амадея, недалеко от извилистого леса. Освещение в Нэтэре всегда слабое, но ночью для глаз смертных там кромешная тьма. Если я буду ждать дольше, я не смогу найти вход в систему пещер, которые я тайно использовала, чтобы добраться до ближайшего поселения людей, больше года — с тех пор, как я дала клятву на крови, что вытащу их из Нэтэра.
— Я ухожу сегодня вечером. Еда не может ждать, — тихо напоминаю я Лилиан.
Нэтэр далек от процветания. Амадей и его двор, монстры, нежить и все остальное, что населяет этот адский план существования, в первую очередь плотоядны. Лилиан усердно трудилась, выращивая дикий овес и грибы, а у Амадея есть плененные люди, которые ухаживают за маленькими фермами по всему королевству, чтобы прокормить пленников, но еда здесь всегда была дефицитным ресурсом.
Несколько месяцев назад две из этих ферм сгорели дотла. Теперь единственные люди, получающие достаточно еды, — это слуги в цитадели и те, кто вынужден сражаться насмерть на арене ради развлечения.
Соседний поселок умирает с голоду.
Лилиан обдумывает ситуацию и, наконец, протяжно и медленно вздыхает.
— Хорошо. Я буду молиться всем богам, чтобы ты добралась туда и вернулась целой и невредимой. — Она видит, как у меня вытягивается лицо, и приподнимает бровь. — Ты можешь подумать, что молиться бесполезно, но я обещаю, что это не так. Боги…
— Давным-давно оставили всех в этой дыре, — заканчиваю я за нее, в последний раз перепроверяя все, что у меня есть при себе.
Оружие, есть.
Мешок с домашней и украденной едой, за которую мы будем строго наказаны, если это обнаружат, есть.
Руны фейри, есть.
Назойливый призрак, который сейчас пытается постучать меня по плечу, есть.
И, наконец, один загадочный, прозрачный осколок.
Есть.
— Мэйвен. — Голос Лилиан останавливает меня, когда я подхожу к двери.
Когда я смотрю на нее, она выглядит более взволнованной, чем я когда-либо видела, как будто пытается сообщить что-то важное, но не знает как.
— Боги не оставили нас. Вот почему ты здесь. Ты — долгожданное благословение — хотела бы я сказать тебе, насколько ты важна, маленький ворон.
Правильно. Потому что свобода и жизни тысяч людей лежат на моих обреченных плечах.
  
Никакого гребаного давления.
Я ухожу, не сказав больше ни слова. Спустя два часа и несколько попыток приблизиться к цели я убеждаюсь, что берег чист, прежде чем, прихрамывая, выбираюсь из устья пещеры к уродливым древним каменным зданиям. К этому моменту за мной следует горстка бормочущих призраков, которые устремились ко мне, когда я проходила мимо них в извилистом лесу по пути к этому поселению.