"Фантастика 2023-176". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– Местьер маршал, – Кимон ди Рейф сделал приглашающий жест. Невысокий, худощавый, с костлявым лицом, Кимон ди Рейф немного шепелявил, за что получил у солдат прозвище Кимон Змей. – Добро пожаловать в мой шатер. Стакан шабюта?
– Давайте к делу, господа, – предложил ди Мерат. – Час назад мой дозор наткнулся на горцев. Была стычка, есть потери. Враг активно следит за нашими маневрами.
– Слушаюсь, местьер маршал.
Адъютанты Кимона ди Рейфа расстелили на деревянных козлах посреди шатра огромную карту, начертанную на пергаменте из целой бычьей шкуры. Сам же Кимон рассыпал на карте горсть черных и белых камешков.
– Мы сейчас здесь, в пятнадцати лигах южнее Маервента, – начал он, обозначив белыми камешками расположение имперской армии. – Волахи находятся у Угольных Башен, Колтерса, и их силы мне пока неизвестны. Однако я почти уверен, что воинов у них немного, не более полутора тысяч. Дать нам сражение здесь, у Колтерса, они не рискнут – для них это верное поражение. Моя конница разведала дорогу до самого Луг-Тара; местность сильно раскисла от проливных дождей, но не настолько, чтобы мы не могли организовать конную атаку. Не сомневаюсь, что они постараются отойти за Лофт.
– К Ай-Раху, не так ли? – спросил маршал.
– Именно. Этот Ай-Рах – ключ ко всему Хэншу. В прошлую кампанию мы штурмовали его несколько месяцев и взяли с большим трудом. Крепость контролирует всю долину между рекой Ченз и горой Десяти дев. Местность крайне неудобная для действий конницы. Вот тут они и дадут нам сражение. И у них будет два преимущества перед нами – крепкие стены Ай-Раха и знание местности.
– Так ли надо штурмовать Ай-Рах? – спросил ди Мерат, взглянув на карту. – Проще будет обойти его и идти дальше, к Ри-Раху и Даркуотеру.
– И оставить армию горцев у себя в тылу?
– Это, конечно, рискованно, но все же лучше, чем штурмовать хорошо укрепленную цитадель, не имея осадных машин. Я слишком ценю наших солдат, чтобы позволять им умирать ради какой-то жалкой крепости.
– И отвлекать их от главной цели похода! – раздался громкий голос.
Маршал обернулся. У входа в шатер стоял молодой белокурый воин в белом плаще с черным крестом на плече.
– Я подумал, что мне тоже следует знать о планах войска, – сказал Хорст фон Гриппен, проходя в шатер. – Я мог быть бы вам полезен, господа.
– Полезен? – повторил Кимон ди Рейф. – Да, конечно, местьер рыцарь. Думаю, представителю божественного императора есть что нам сказать.
– Вы говорите о том, как правильно спланировать битву, – сказал фон Гриппен, – я же подумал о другом. Наша конечная цель не просто разбить вражеское войско. Мы должны покончить с богопротивным язычеством, угнездившимся в этой земле. Язычеством и черным колдовством, которое, как я слышал, натворило немало зла в столице вашего королевства. Я – рыцарь Ливонского ордена Святой Марии, и мне доверена самим Богом великая честь; искоренять повсюду бесовское язычество, обращать заблудшие души в истинную веру. Поэтому я присоединился к этому могучему войску. Господа, я говорю зам – я не уйду из этой земли, пока смрад язычества не оставит ее. Огнем и мечом следует нам искоренять это зло, покуда и духу его не останется!
– Весьма проникновенная речь, – вполголоса заметил Эльгар ди Уард.
– Его величеством мне дано право приказывать, но я смиренно прошу у вас – дайте мне возможность первому пойти навстречу врагу, – продолжал ливонец. – У меня всего десять человек свиты, я прошу еще сто. С этим отрядом я готов атаковать врага, чтобы доказать всем и каждому – Бог и правда на нашей стороне. Согласны ли вы?
– Почему бы и нет? – произнес ди Мерат, обращаясь не то к самому себе, не то к своим военачальникам. – Если местьер фон Гриппен желает, пусть попробует нанести первый удар. Кто из вас, местьеры, готов доверить под его начало отряд из состава своих подразделений?
– Не думаю, что пехота была бы тут уместна, – заметил Эггер ди Скар. – Наверное, лучше использовать орибанцев. Они хороши и в пешем и в конном бою и могут быстро маневрировать. Как вы считаете, Фаррангиф?
– О нет! – Хорст фон Гриппен поднял руку, так и не дав ответить орибанскому военачальнику. – Это будет не просто вылазка. Я покажу язычникам, что их ждет, если они не захотят обратиться в истинную веру и признать императора наместником Бога в этой стране. Я преподам им урок, который они нескоро забудут.
– О, тогда только Риф ди Дарн вам поможет! – воскликнул ди Мерат. – Наведение порядка и преподана уроков – это его обязанность.
– И помогу, – ответил командир Красных плащей, у которого по лицу внезапно пошли багровые пятна. – Эти нелюди убили моего брата в Венадуре, и я готов на все, чтобы отомстить за него.
– Значит, решено, – сказал ди Мерат. – Возьмите сто гвардейцев и отправляйтесь впереди войска. Это ваше решение и ваше право. Единый вам в помощь!
– Благодарю, – фон Гриппен поклонился командирам и размашистой походкой вышел из шатра.
– Хлыщ, – сказал Кимон после минутной паузы. – Не думаю, что божественный поступил мудро, приставив этого пустозвона к войску.
– Не наше дело обсуждать решения божественного, – ответил маршал. – Что там у него было на шлеме, который он держал под мышкой? Кажется, женские волосы?
– Дивные волосы, шелковистые и белокурые, – Кимон неожиданно игриво подмигнул командирам. – Мы-то с вами, добрые местьеры, хорошо знаем, с какой чудной головки они срезаны!
– И все-таки в этом воине что-то есть, – задумчиво сказал ди Мерат и посмотрел на карту. – Впереди Маервент. Посмотрим, что ожидает там наш авангард…
Ветер донес до них запах смерти задолго до того, как они увидели деревню Маервент. И Лейрин Рысь приказал отряду спешиться. Оставшиеся поллиги они прошли пешком.
Пожар погас задолго до наступления ночи, но кое-где руины еще мерцали алыми огоньками углей и источали сизый зловонный дым. Волахи шли клином, с оружием наготове, продвигаясь к центру деревни, и смотрели по сторонам улицы, стараясь хорошенько запомнить все, что видели их глаза. Запомнить и, когда придет время, отомстить.
Первые трупы попались им уже ближе к центру деревни. Мужчина со стрелой в спине. Голая женщина с распахнутыми остекленевшими глазами, руки которой привязали к перекладине забора. Отрубленная голова посреди дороги. У сгоревших оград еще дымились трупы собак – имперцы даже их не пощадили. Потом они вышли на площадь, к дому собраний.
Здесь Лейрин встал, не в силах идти дальше. От дома собраний остались только закопченные стены с исходящими дымом провалами окон. Сгоревшая кровля провалилась, по черным балкам еще пробегали сизые огоньки. И тошнотворно пахло горелым мясом. Лейрин сразу понял, что тут случилось; что-то очень похожее готовилось в Венадуре. Тогда обреченных удалось освободить. Теперь палачам никто не помешал. И Лейрину кажется, что в свете луны он видит среди углей и головешек черные как ночь, исковерканные, протягивающие к небу отгоревшие руки силуэты – все, что осталось от десятков людей, жителей деревни Маервент.
– Командир! – слышит он. – Командир, сюда!
Лейрин шагает на крик, с трудом понимая, куда идет – все расплывается перед глазами. Потом он видит своих воинов. Дюжий горец держит на руках голенького ребенка. Кто это – мальчик, девочка? Сколько ему лет? Руки и верхняя часть тела сильно обгорели, лица не разобрать; сплошная обугленная корка в багровых трещинах, из которых сочится сукровица.
– Она жива, – шепчет рыжебородый Хаукер Рыжелис, и глаза у него полны слез. – Она еще жива! Я нашел ее возле того дома, откуда валит дым.
– Все равно помрет, – говорит кто-то за спиной Лейрина.
– Не помрет! – В глазах Хаукера отчаяние и надежда. – Клянусь духами долины, не помрет! Мы довезем ее до знахарей живой…
– Не довезем, – говорит тот же голос.
– Она может говорить? – Лейрин как во сне слышит собственный голос. – Хаукер, спроси ее, кто это сделал?
– Сейчас, сейчас, – шепчет Хаукер, и видно, что этот огромный воин с трудом сдерживает рыдания. – Деточка, кто тут был? Деточка, ты можешь говорить?