"Фантастика 2023-176". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Рука у тебя крепкая, Йол, – усмехнулся Акун, поднимаясь на ноги. – Всегда была крепкая.
Он бросил в Легата сразу два ориона. Один демон успел отбить, второй угодил прямо в белое лицо. Легат отшатнулся – видимо, он все-таки чувствовал боль. Акун воспользовался моментом и всадил крючья своего шеста в голову чудовища. Мгновение спустя Хейдин ударил из терции Блеском, глубоко разрубив плечо Легата. Однако торжество оказалось недолгим. Из ран Легата пошел черный дым, и они затянулись прямо на глазах. Демон отсалютовал своим противникам мечом, развел руки в стороны, точно приглашал снова атаковать его.
– Похоже, ты ошибался, Акун, – сказал Хейдин. – Насчет того, что его возможно убить.
– У него должны быть уязвимые места.
– У меня их нет, – сказал Легат.
Хейдин с боевым кличем бросился на врага, ударил своим излюбленным приемом – снизу вверх. Легат перехватил этот удар, молниеносно ответил выпадом, ударив рукоятью меча Хейдина в лицо. Хейдин упал в снег, почти потеряв сознание от боли в сломанном носе. Акун тут же отвлек демона, напав с фланга. Легат легко ушел от сокрушительного удара шестом и в мгновение ока обошел старика, направляя меч Акуну в голову. Акун выкрикнул что-то, завертел шест перед собой мельницей, так что крючья завыли в воздухе. Легат отступил, потом атаковал ударом сверху. Акун пытался парировать удар. Выпад Легата не достиг цели, но шест из твердого дерева под ударом Ро-Руэды переломился пополам.
– Был один, стало два, – Акун подхватил обломок шеста, отступил, орудуя обломками, как двумя боевыми цепами.
Хейдин, вытирая льющую из носа кровь, начал заходить на Легата слева. Демон тут же приготовился к нападению; в левой руке у него появился кинжал с длинным широким лезвием.
– Не воображайте, что вы искусные воины, – сказал Легат. – Если бы не каролит, я бы давно вас прикончил. Тем хуже для вас, ваша смерть будет мучительной.
Сказал – и тут же атаковал Хейдина. Широкий рубящий удар справа Хейдин успел парировать и сам атаковал обводом, но Легат с непостижимым проворством сумел вывернуться из-под удара. Пустые глазницы демона так глянули на Хейдина, что ноги ортландца задрожали. Эту опасность Хейдин не предусмотрел – Легат обладал еще и гипнотическим воздействием на противника. Хейдин отшатнулся, перед его глазами полыхнул тусклый посверк меча, и левую сторону лица пронзила боль. Легат немного не рассчитал расстояние, чиркнув самым концом меча Хейдина между скулой и левым ухом.
– Пришла пора умереть, – сказал Легат.
Он обрушился на Акуна. Старый милд, не дрогнув, принял этот свирепый натиск. Он искусно отбивал атаки Легата своими импровизированными боевыми цепами – только щепки летели на снег. Обманув врага ложной атакой в голову, Акун всадил один из цепов прямо в грудь Легата. Демон попятился от Акуна, размахивая мечом.
– Сердце! – завопил Акун. – Туда, где сердце!
Перехватив меч врага своим вторым цепом, Акун вцепился в торчащий из груди врага обломок шеста и потащил его вниз, распарывая стальным крюком призрачное тело. Легат дважды ударил кинжалом в левой руке. Акун продолжал тащить цеп. Хейдин, пытаясь помочь товарищу, ударил мечом прямо в глазницу Легата. Однако тварь опять вывернулась ужом и в мгновение ока отошла назад, к воротам усадьбы, где замерла в ожидании.
Акун закашлялся, поднес к губам руку. Пальцы окрасились кровью. На глаза старого милда наплыла темная пелена. Акун тряхнул головой, чтобы ее отогнать, но пелена не уходила.
– Стой на месте, парень, – велел он Хейдину, который было шагнул к старому воину, чтобы помочь. – У меня еще хватит сил проломить эту овечью голову.
Хейдин загорелся лютым гневом. Он понимал, что хороший воин должен сохранять спокойствие в любой ситуации, но ничего не мог с собой поделать. Блеск засвистел в воздухе, обрушился на Легата. Один из ударов демон попытался парировать кинжалом – лезвие кинжала не выдержало, переломилось. Легат упал на. колено; Хейдин тут же нанес косой секущий удар в основание шеи. Однако меч рассек пустое пространство – Легат уже стоял за спиной Хейдина, спокойно держа меч на плече.
 
– Ты недостаточно проворен, – пронеслось в голове Хейдина.
Хейдин будто в страшном сне увидел, как демон ударил мечом Акуна. Рубанул, держа меч двумя руками, так, что старый воин взлетел в воздух и упал на снег в нескольких шагах от Хейдина лицом вниз. Хейдин заревел, бросился на Легата. И тут случилось то, чего ортландец даже в кошмарном сне не мог себе представить; встретившись с клинком Легата, Блеск переломился. Легированная орбанская сталь с жалобным звоном упала на снег.
– Теперь ты умрешь, – сказал Легат.
Хейдин помертвел. Это все сон, подумал он. Явь не может быть такой страшной. Неподалеку на снегу стонал умирающий Акун, а он в одиночестве стоял перед Легатом с эфесом меча в руке. Чтобы не умереть жалкой смертью, Хейдин нагнулся и поднял обломок Блеска. Меч переломился у самого эфеса, и в обломке было фута три с четвертью. Хейдин отбросил бесполезный эфес, обмотал основание клинка платком и встал в позицию, ожидая атаки Легата.
– Уважаю храбрецов, – сказал Легат. – Постараюсь убить тебя с одного удара.
Хейдин встретил меч врага парирующим приемом, но не удержал свое импровизированное оружие. На его счастье, кольчуга выдержала скользящий удар Ро-Руэды в правое плечо, однако Хейдин, инстинктивно пытаясь уклониться от удара, не удержался на ногах и упал в снег. Теперь смерть была неминуема, и Хейдин понял, что бой закончен. Легат обеими руками занес меч, чтобы пригвоздить противника к земле. Хейдин подумал о Липке. Пусть Оарт поможет ей спастись…
Удара не последовало. Легат стоял с занесенным мечом, но почему-то не опускал его. Хейдин, пользуясь передышкой, тут же перекатился, уходя из-под занесенного клинка, вскочил на ноги. Легат стоял неподвижно, не замечая врага. И тут неподалеку от Хейдина на истоптанный грязный снег упало что-то крупное и черное. Упало и затрепыхалось, разбрызгивая кровь. Присмотревшись, Хейдин увидел, что это гриф. Пронзенный стрелой.
– Дядя Хейдин!
Ратислав подбежал к ортландцу – в руках у него был лук. Завопив, Ратислав натянул лук и послал стрелу в Легата, потом еще одну. Легат продолжал стоять неподвижно, будто теплившаяся в нем призрачная жизнь внезапно покинула его. Стрелы Ратислава засели в теле Легата, но он их не замечал, и черный дым больше не шел из ран демона, исцеляя их. Зато раненый гриф, перестав трепыхаться, начал на глазах исчезать, растекаясь струйками черного тяжелого дыма, пока совсем не растаял прямо на глазах.
За спиной Хейдина испуганно заржал белый жеребец демона – он тоже исчезал прямо на глазах, превращаясь в белый зловонный пар, похожий на болотный туман.
Меч скроллингов упал в снег. Нестерпимое зловоние распространилось по двору. В одно мгновение грозный демон-убийца рассыпался черным пеплом, который поднявшийся ветер разметал по двору усадьбы.
Хейдин бросился к Акуну. Старик был еще жив, но жизнь покидала его. Глаза Акуна уже ничего не различали, кровь на губах пузырилась розовой пеной – удар кинжала поразил легкое. На страшную рану в животе Хейдин боялся даже посмотреть. Чтобы хоть как-то помочь Акуну, продлить его жизнь, ортландец стянул с пальца каролитовый перстень, надел на руку умирающего, и тут заметил, что на грудь старика легла белая ладонь, будто сотканная из тумана.
Хейдин вздрогнул, поднял глаза. Призрак – дряхлый старик в рыцарском плаще, – улыбнулся ему.
– Он все равно умрет, – сказал призрак. – Ты только продлеваешь его муки. Сними перстень.
– Он не должен умереть! – воскликнул Хейдин.
– Не печалься о нем, Хейдин ди Варс-ле-Монкрайт. Он выполнил то, что должен был выполнить в жизни, и душа его найдет покой.
– Кто ты?
– Риман ди Ривард, Великий Видящий скроллингов. Я пришел сказать тебе, что меч Ро-Руэда теперь принадлежит тебе. Ты взял его в бою. Я рад, что Меч скроллингов теперь в достойных руках.
– Не я убил Легата. Его убил Ратислав.