Сибирский папа

Сейчас я проснулась рано только потому, что нервничала. Отчего? Праздник ведь!.. Просто слишком много нового появилось в моей жизни, вещей, к которым непонятно, как относиться. И в голове никак не установится новая картина мира. А старой больше нет.
– Так… А вот и наша любимая именинница… – Отец, завидев меня на лестнице, стрельнул в потолок конфетти.
Йорик взвизгнул, потом захлопал, жена отца, сидевшая с телефоном за большим кухонным столом, встала навстречу, улыбнулась, мне показалось очень искренне.
– Что же ты так рано? – посетовал отец. – Я не успел тебе цветы наверх отнести! Только что привезли букетик…
Я оглянулась и ахнула. Вот откуда этот потрясающий запах!.. В гостиной на полу в большой вазе, скорее похожей на изящное глубокое корытце, стоял букет из белых и нежно-розовых роз. Штук… сто. Или двести, не знаю. Или триста. Такого количества роз вблизи я не видела, разве что в цветочных магазинах.
Я подошла к букету и присела, вдыхая потрясающий аромат.
– Ну что, моя прекрасная дочь, а вот и наш главный подарок… Кстати, машину поменяли, взгляни, во дворе стоит, специально в гараж не загоняли, чтобы ты с утреца вышла и оценила подарок.
– Спасибо… – растерянно проговорила я, глядя в распахнутую дверь на огромный белый внедорожник.
– Да, я решил – эти хлипкие кабриолеты – кому они нужны! По нашим дорогам не наездишься. Но это ладно, по мелочи!
– Ничего себе мелочь… – пробормотала я. Я не знаю, какая из машин дороже, но сегодняшняя выглядела просто потрясающе. И мне она больше понравилась.
– Как? Здорово? – Отец подошел, обнял меня, поцеловал в висок, прижал к себе. – Машенька… Оля, не ревнуй! – Он обернулся к жене и шутливо погрозил ей пальцем. – Вот и проблема с дочерью решена! Я же всё подговариваю ее рожать, – понизил он голос. – А тут – ты. Так что полный комплект детей. Да, Оля?
– Да, – кивнула та, и сейчас я не поняла, искренне ли она улыбается, я понадеялась, что искренне.
Я обняла отца. Такой родной и близкий мне человек. Как я жила без него? Как буду теперь жить, если уеду? Он тоже еще крепче обнял меня.
– Ну, Машенька, а теперь наш главный подарок… Приготовься…
Оля, так и сидевшая за столом, теперь встала и протянула отцу какую-то бумагу. Он, шутливо поклонившись ей, торжественно вручил ее мне.
– Читай внимательно! – Отец смотрел на меня, явно ожидая реакции.
Я осторожно взяла бумагу. Даритель… земельный участок… пять гектаров…
– Что это? – не поняла я.
– Это твоя земля, дочка. Ведь у каждого человека должен быть свой кусочек земли. Ты сможешь там построить дом своей мечты. Или просто приехать и провести там день, понимая, что это твоя земля. Или построить там отель. Спа-комплекс. Космодром. Что захочешь.
– А… где это? – Я не знала пока, как реагировать и что говорить. – Пять гектаров – это очень много…
– Ты рада?
– Конечно, да… Спасибо…
– Что ты будешь делать с землей? – поинтересовалась Ольга.
– Хвастаться… – пожала я плечами.
Отец засмеялся, Йорик – за ним. Ольга улыбнулась:
– Какая вы интересная девушка!..
– Машенька построит роскошный отель, и там будут проходить съезды экологов и заседания мирового правительства, да, я всё правильно говорю? – Отец подмигнул мне. – А то и коммуну можно создать, со справедливым миропорядком и раздельным сбором мусора…
Я пожала плечами. Как-то всё это несерьезно – и то, что я делаю, и то, как к этому относятся мои близкие.
– Спасибо, – еще раз сказала я. – Это совершенно неожиданно.
– Я хочу, чтобы ты чувствовала себя свободной, – сказал отец. – Имела возможность выбирать. Могла путешествовать по всему миру. Вот куда ты хочешь поехать?
– Не знаю… На Камчатку, наверное.
– Отлично. Оригинальный выбор, как обычно. Берем билеты, летим на пару дней туда-обратно?
– Прямо сегодня? – удивилась я.
– А что откладывать? Оля, ты как? Двадцатилетие дочери бывает раз в жизни. Йор, ты с нами?
Йорик, уткнувшийся теперь в телефон, кивнул.
– Да! Всё, решено! Сегодня вечером или… завтра рано утром летим. Прямой самолет только надо найти, от нас не улетишь, придется долететь на чем-то до какой-нибудь из столиц… Решим, всё решаемо! Для нас ничего невозможного нет!..
  
– Да я просто так сказала… – растерянно проговорила я. – Не обязательно так спешить… Или можно поближе куда-нибудь слетать…
– Поближе? – обрадовался отец. – А как насчет Ниццы? Это проще. Как?
– Я не знаю… А загранпаспорт?
– Ну… это детали… Хорошо. Пока готовимся к празднику. Гости начнут съезжаться с двенадцати. Еду мы заказали, официанты и обслуга приедут раньше, кое-что придется готовить здесь, чтобы с пылу с жару, на улице установят мангалы и там… всё, что нужно… А мы с Олей должны будем отъехать на пару часиков по делам. Ну что, наливаем первый бокал шампанского и пробуем новую машину? – Отец подмигнул мне, на самом деле ловко откупоривая бутылку. – Как тебе новая жизнь?
– Классно… – выдохнула я, слыша, как бурчит телефон в кармане. Я быстро глянула – родители. Вадик… Интересно, встала ли мама… Сегодня суббота – спит как обычно или все-таки решила поздравить с самого утра? – Я сейчас! – кивнула я отцу и быстро вышла во двор, подошла к своей новой машине.
Вблизи она оказалась еще больше и красивее, белая, но с каким-то необыкновенным отливом, жемчужным, с легкими изгибами мощного корпуса.
– Маня! Гм… – бодро, но как-то растерянно начал Вадик. – Маняша!.. Мы тебя поздравляем! Мы тебя любим и хотим, чтобы ты была счастлива! А мы счастливы оттого, что ты у нас есть!
– Так, подожди… – Трубку взяла мама. – Дочка, поздравляю тебя!.. Прости нас… Наверное, мы что-то не так делаем… раз ты осталась там… – Мне показалось, или моя мама как-то подозрительно хлюпает носом? Уверена, что показалось.
– Маняша, не слушай ее! Ты что? – Это Вадик сказал уже маме. – Маня, празднуй, веселись, как ты себя чувствуешь?
– Хорошо…
– Что ты спрашиваешь? – Мама снова отобрала трубку у папы. – Мань, ты где, с кем? Всё как-то странно…
– Дай сюда трубку… – Вадик прокашлялся. – Дорогая наша Маня, будь здорова и счастлива. Мы тобой гордимся. Ты самая лучшая дочь… Двадцать лет это… да… Я не умею говорить, тем более по телефону. В общем, приезжай, тебя ждет подарок. Сказать, какой? Тебе очень понравится.
– Не надо говорить… – решительно встряла мама. – Мань, ну хватит уже, давай дуй домой! Ты обиделась? На что? Ну, извини! Это ведь я наверняка что-то не так сказала! Вадик, дай мне с дочерью поговорить! Нет, ты всё не так говоришь!..
Я молча слушала родителей, тем более, что они, как обычно, препирались между собой и особо не ждали от меня ответа, хотя и задавали вопросы. Да и что я им могу сказать?
– Спасибо, – ответила я. – Хорошо. Я… скоро приеду.
– Маня! Когда «скоро»? – стала наступать мама. – Что такое «скоро»? Когда у тебя самолет? Ты где вообще сейчас? Ты в гостинице?
– Что ты ее допрашиваешь!.. – опять подключился Вадик. – Манечка, пусть у тебя всё будет хорошо, только не молчи, не прячься, хорошо? У тебя же всё хорошо, да? Ты поэтому не приезжаешь? Тебе весело, ты с хорошими людьми?
– Да, мне весело, я с хорошими людьми.
Почему у меня самой было ощущение, что я их предаю и разговариваю, как сволочь? Нет ведь! Никого я не предаю. Это они сделали так, что я не могла столько лет общаться со своим родным отцом!
– Манечка, я слышу, что ты не хочешь или не можешь говорить. Пожалуйста, знай, что мы тебя очень любим, – сказал папа и сам отключился, чему я была несказанно рада. Тем более что в ухо пикали и пикали сообщения.
Я быстро пролистнула экран. О, вот это Геник дает… Тринадцать сообщений… Да половина – словами! «Я никогда не думал, что встречу…» «Моя любимая…» «Ты самый близкий мне человек…» «Никто так не понимает меня…» «Ты мне помогаешь петь…» «Я пою для тебя…» «До встречи с тобой я пел по-другому…» Я вздохнула. И написала в ответ: «Лучше бы ты вообще никогда не пел, Геник!» И стерла сообщение. Зачем в свой собственный день рождения говорить гадости людям, тем более Генику, который считает, что я – его любимая. Неважно, что я так не считаю. Ведь любовь – у него в душе. Возможно, самая большая, на которую Геник способен.