Медея идёт ко дну (СИ)

— Какая умненькая девочка, — сказала она. Очередной выстрел заставил её немного отшатнуться, но пуля пролетела насквозь так, будто перед ней никого и не было.
— Всё, что происходит, происходит из-за меня.
— И?
— Не трогайте их. Ни Эллиота, ни доктора Лосано. Давайте поговорим.
— Разве покушение на убийство можно замять разговором?
— Можем узнать, если попробуем, — предложила Сильвия. Она встала так, чтобы автомобиль был прямо за её спиной. Не лучший щит, но хоть какой-то.
Брюнетка повернулась куда-то в сторону. Её взгляд был слишком выжидающим.
— Пусть попробует.
Снова этот противный писклявый голос.
— Меланта. Давно тебя не было видно.
— Да уж, — русалка даже слегка улыбнулась. Самым кончиком уголка губ. — Обещаешь в этот раз меня не убивать?
— Не сегодня. Хочешь, поклянусь?
Меланта кивнула.
— Клянусь всеми святыми, сегодня я Меланту не убью, — отчеканила Сильвия так чётко, как только могла.
— Братом. Вряд ли после дна тебя волнуют святые.
Сильвия недовольно выдохнула. Помедлив, она всё же произнесла:
— Клянусь Эллиотом Чемберзом, что сегодня Меланта не умрёт.
— Умница, — Меланта взглянула на ту, что застрелила водителя и еле заметным кивком отозвала её. Брюнетка, женщина-полицейский, водитель стоящей спереди машины… Черт подери, сколько их там было? Все они — девушек, наверное, семь — собрались вокруг двух русалок — настоящей и бывшей.
— Меланта, — начала Сильвия. Глубоко вздохнув, она взглянула ей прямо в глаза. Такие голубые. Ледяные. Если в таких тонуть, то замерзать насмерть. — Прекрати за мной гнаться. Я больше не могу тебе навредить.
Разумеется, это не поможет. Нельзя просто так взять и попросить убийцу не убивать. Но можно было сделать вид, что ты глупее, чем есть на самом деле. Меланта усмехнулась. Русалки рассмеялись, вторя за ней.
— Ты правда думаешь, что я спущу покушение на себя тебе с рук?
— Слишком много телодвижений для человека, который и так убегает.
— И что ты предлагаешь? — она испытующе посмотрела на Сильвию.
— Я оставляю тебя, ты оставляешь меня.
— Ох, нет, моя дорогая. Так не пойдет. С того момента, как ритуальная ткань коснулась твоих волос, ты принадлежишь мне.
— Ритуальная ткань? Значит, так вы теперь называете мешок?
Арбалет блондинки взметнулся, но Меланта его перехватила.
— Сказывается воспитание сестрицы. Она бы тебя ни за что не оставила в этой сухой дыре.
— А мне она говорила не возвращаться, — заметила Сильвия. Сон это был или нет? Какая, по сути, разница?
— Она наконец выбралась в люди? — Сильвия не понимала, была ли наигранность Меланты настоящей, или это отголоски обычного поведения прошлых времён. — Впрочем, неудивительно. Сломала бы шею — и дело с концом, боже… Но вернемся к сути. Что ты предлагаешь отдать мне в обмен на себя? Брата? Сестру? Мать?
— Сестер у меня нет. Брата я не отдам, — твердо ответила Сильвия.
— Ребенок, — предложила одна из русалок. Раньше Сильвия её не видела. Может, просто не замечала в толпе.
Меланта задумалась. Пока она молчала, Сильвия чувствовала то напряжение, что витало в воздухе. Вот она, цель всех этих русалок, стоит перед ними. И никакой возможности убить.
— Меня этот вариант устраивает. А тебя, Сильвия из Нового Орлеана?
— Я из поместья Чемберз, штат Луизиана, — поправила её Сильвия. — Сильвия из рода Чемберз. Сильвия Чемберз, меня все так зовут.
— Вот как. Устраивает ли тебя обмен собственной жизни на суше на жизнь ребенка в моем услужении, Сильвия из рода Чемберз?
— Да, — ответила Сильвия.
— Даю тебе три года. Не будет ребенка — заберу твоего брата.
Меланта широко улыбнулась и протянула Сильвии руку. Рукопожатие отдалось разрядом тока по всему организму. Сильвия только что совершила ошибку. Раздался выстрел — полицейский сам себя застрелил под чарами брюнетки. Машинам больше ничего не мешало, даже куча машин и женщин на обочине. Поток наладился.
— Они нас не видят?
— Люди не видят ничего, кроме своих мелочных проблем и мыльных опер по ТВ, — с отвращением ответила ей Меланта. — Добро пожаловать в твой новый мир!
 
Она тихо засмеялась, русалки позади — тоже. Миг — и они пропали. Осталась только брюнетка, которая уже вытаскивала из машины тело водителя. Кровь запачкала сидение, руль и рычаг переключения передач, но её это нисколько не смущало. Как и Диего, и даже Эллиота. Они оба смотрели перед собой с выражением крайней степени блаженства на лице.
— Что вы с ними сделали?
— Просто спела одну песенку с радио. Когда я уеду, они придут в себя.
— Твое счастье, если придут.
— Твое счастье, если закроешь рот и поедешь молча. Меланта добра к тебе. Я бы тебя убила.
Несколько часов дороги тянулись как жвачка, которую пытались отодрать от подошвы, но все же машина добралась до Нового Орлеана без приключений. Сильвия не доверяла русалке, но она сделала то, что должен был сделать убитый ею мужчина — довезла до Модести в целости и сохранности. Правда, воркование Диего и Эллиота совершенно не добавляло поездке комфорта. Хотелось ударить обоих чем-то тяжелым по голове. Но русалка сдержала обещание. Едва она ушла, оба пришли в себя и совершенно не поняли, что происходило во время и после пробки. Сильвии хотелось бы, чтоб и она этого не помнила, но увы.
— Сильвия! Девочки, Сильвия! Живая! — звонко прокричала на всё фойе Коринн Рени, едва она вошла. Теперь на посту портье она выглядела куда более уверенно, чем полгода назад, когда Сильвия только её приняла.
— Куда я от вас денусь, дети мои, — Сильвия засмеялась. Сначала её обняла Коринн, потом Томми, второй портье, который почему-то оказался на работе в ночную смену вместе со своей сменщицей. Носильщик Леви и даже начальник службы безопасности Ник.
Каждый спрашивал, что случилось, перебивал другого, который спрашивал то же самое, кто-то предлагал устроить по такому поводу банкет, все равно в тот день ничего не проводилось. Но Сильвия узнала того, кто замер на лестнице, рассматривая вакханалию в фойе своего отеля. Сильвия по губам прочла своё имя. Она не заметила, как подбежала к нему, лишь почувствовала настолько знакомое тепло, крепкие руки на спине и дыхание в волосах. Все пройденное вмиг превратилось в обычный страшный сон. Она снова дома. Снова рядом с Диланом.
Даже в момент, когда Сильвия только переехала в Гарденс, она не была так рада просто находиться в доме Гарденберга. Сейчас каждый цветок, даже немного засохший, из-за того, что его забывали поливать, почти что кричал «Ты дома, Сильвия!». Каждая неубранная на место тарелка. Каждый стакан из-под кофе на рабочем столе. И она готова была кричать в ответ.
Следующим же утром Сильвия, открыв глаза, наконец увидела знакомые задернутые шторы, а не голые стены или, что еще хуже, полуразложившиеся в воде деревяшки. Рядом Дилан. Странно было видеть, как он спит в это время. Сильвия взглянула на часы — почти десять. Она осторожно растолкала его. Вряд ли он был бы рад узнать, что Сильвия осознавала, что он опоздал, и ничего не сделала.
Либо ей показалось, либо Гарденберг на самом деле вначале отпрянул.
— Доброе утро, солнце мое, — он улыбнулся так лучезарно, что сам мог бы заменить солнце на небосводе.
— Ты не представляешь, как я хотела снова здесь оказаться, — Сильвия положила голову не плечо Дилана.
— Я так и не смог примириться с тем, что ты пропала.
— Ты меня похоронил.
— Твои родители меня заставили. Сказали, сроки прошли, и, если ты… — он запнулся и отвел взгляд. — Сказали, если ты найдешься, тебя всегда можно будет похоронить заново.
 
— Другого от них и ждать было нельзя. Пошли к черту. Я вернусь из ада только чтобы досадить им и их пособиям.
Дилан усмехнулся. Сильвия обняла Дилана так сильно, как только могла, а он так и не рисковал прижимать её. Боялся, что она снова исчезнет? Не дождется.
— Ты изменилась за это время.
— Правда? Как?